Грэйв - Диваныч Ватников

Остатки картошки почистили быстро. Порезали. Зашипело масло на сковородке, высыпали картошку. Эдик помыл ножи, рассмотрел снова.

— Вещь!

— Дарю!

В глазах Эдика вспыхнула радость, почти счастье. Но радость сменилась тревогой.

— Ножи дарить нельзя. Примета плохая. Надо обязательно монетку какую-то отдать. Эдик вытер руки, полез в карман, достал кошелек, выбрал монетку, отдал Максу

— Пятиалтынный. Юбилейный притом.

Макс посмотрел на монетку. Белый металл, надпись 15 копеек, выше справа знакомый с детства герб СССР. На обороте слева надпись 1917–1967. справа какие-то женщина и мужик с серпом и молотом в соединенных поднятых руках. То ли фигуристы, то ли гимнасты, а может и какие-то известные здесь всем революционеры, недаром год революции стоит, 1917-й. Максу плохонькое изображение ничего не говорило. Скорее всего революционеры, дата к 50 лет революции подходит. Макс положил монетку в кейс, пока не потерялась.

Эдик помешал картошку, налил еще по рюмке коньяка. Выпили за праздник, закусили сырокопчеными сосисками Макса.

Эдик восхитился.

— Классные у тебя охотничьи колбаски, люблю их, жаль, что жуткий дефицит, всего несколько раз видел их в продаже. Сейчас покажу, как их надо готовить.

Эдик помчался наверх и принес оттуда пивную бутылку, заткнутую такой же полиэтиленовой пробкой, как у коньяка. Положил четыре сырокопченые сосиски на тарелку, подложил под нее разделочную доску и открыл пробку бутылки.

— Спирт! Технический! Предназначен для протирания контактов. Тонким слоем. Выпиваешь — Эдик изобразил глоток- и выдыхаешь тонким слоем на контакты. — Эдик улыбнулся своей шутке. — Из армии привез, на всякий случай. Вместо одеколона хорошо использовать после бритья — и дезинфицирует и не воняет. Ну и для всяких других целей. Пить тоже можно, проверено.

Эдик слегка полил сосиски спиртом. Чиркнул спичкой. Поджег.

— Грамм десять спирта. Равномерный разогрев в полевых условиях за минуту. И еще вкуснее становятся.

Эдик наполнил рюмки, задул голубое пламя над начавшими потрескивать сосисками и приглашающе повел рукой.

— Так выпьем же за кибернетику! — провозгласил он странный тост.

Сосиски, приготовленные таким оригинальным образом, Максу понравились. Тут и картошка подоспела. Насытившись, новые приятели закурили и продолжили разговор. Макс подталкивал его в нужное русло, конечно, грэйв прошерстит всю информацию этого мира, но бытовые мелочи нигде не описываются, узнавать их придется самому, и хорошо бы не набить шишек.

— А куда устраиваешься, сколько в месяц получать собираешься? — спросил Макс

— Да в деньгах я, по сравнению с армией, с зарплатой лейтенанта, конечно получать буду меньше. Был бы я сразу после института — так по распределению обязан был бы три года отработать. Таким «крепостным» много не дают, рублей сто — сто десять для начала. Я же теперь птица свободная, в армию меня не призовут, ну разве что на сборы. Так что я кадр ценный. Меньше ста сорока таким не предлагают. Был бы я местным, с жильем у мамы-папы, еще десятку дали бы. Был бы местным, со своей квартирой, можно было бы и на сто шестьдесят претендовать. Ну, конечно, плюс премии, прогрессивки, тринадцатая зарплата. Конечно, после лейтенантской зарплаты в любом случае будет маловато. Я получал девяносто за звание и девяносто за должность — сто восемьдесят. Плюс трехразовое питание в офицерской столовке, авиация все-таки. Плюс бесплатный проезд в отпуск, хоть на другой край страны. Чуешь, как низко я падаю?

В общем, нашел я тут одно интересное местечко. НИИ микроприборов, на Московской улице. С транспортом хорошо — три маршрута, автобуса, три маршрута трамвая, в пятнадцати минутах ходьбы электричка, на ней можно прямо сюда доехать. У них там симбиоз института с реальным заводом, микросхемы всякие делают. Самому интересно, дело новое, и сидят в современном здании, ему лет десять всего. Чистота невероятная, все в белых халатах ходят, прямо как в больнице. Дают пока сто сорок рублей, буду в лаборатории то ли эмэнэсом, то ли лаборантом, один хрен. В общаге прописывают, но мест там пока нет, да и не хочу я общаги, буду снимать квартиру, пока свою не дадут. Обещают лет через пять-семь, а если женюсь и дети пойдут, то максимум года через три. В общем, в любом случае мне осмотреться надо, в Риге по моей радиотехнике полно и заводов, и НИИ.

— Да, специальность у тебя хорошая. Кстати я тоже по этой части — приврал немного Макс, он уже давно забыл все данное ему в институте, электроника в 21-м веке шла семимильными шагами и те знания порядком устарели.

— Ты как вообще успехи советской радиотехники оцениваешь?

Эдик скривился.

— А с переменным успехом. Все военное передовое, надежное как кирпич и все равно ломается, хоть и редко. Все гражданское старое. Вон, микросхемы делать буду, а в стране телевизоры до сих пор ламповые выпускаются. Ломаются безбожно. Магнитофоны есть хорошие, вроде «Юпитера», но жуткий дефицит, мало выпускаем. Радиоприемники хорошие выпускаем, переносные, но посмотри — прошлый век, тяжелые и питания жрут немерянно. Девятивольтовое питание — либо шесть круглых батареек, а они весят, как танк, либо «Крона». — Эдик с горя вылил себе в рюмку остатки коньяка из первой бутылки и жахнул, не приглашая Макса и не закусывая. — А ты встречал хорошую «Крону»? — продолжил он — Мало того, что дефицит, так еще и емкость никакая. Купишь три, одна из них совсем пустая. У всех, абсолютно у всех вместо «Кроны» две «плоские» изолентой снаружи примотаны. Почему снаружи? Почему изолентой? Почему бы не сделать тогда более толстый корпус, куда эти «плоские» вставляются штатно? Почему в доме этот радиоприемник должен работать тоже на батарейке? Неужели нельзя приемник как-нибудь от сети питать? Трансформатор большой и тяжелый, а приемник переносной? Ну так сделайте блок питания выносным, воткнул разъем и не трать батарейку!

Эдик не на шутку разошелся. Макс открыл второй коньяк и наполнил рюмки. Выпили. Закурили. Макс попробовал местные сигареты. Табак был непривычным и сыроватым. Что было хорошо в местной сигарете, так это то, что она без затяжек тухла. В 21-м веке сигареты будут гореть как порох, даже без участия курильщика. Все для того, чтобы больше покупали. Возьмем хотя бы вот эти местные сигареты «Элита». На пачке указана стоимость, 30 копеек. Получается, сдал три пустые бутылки и вот тебе пачка, да еще стоимость половины бутылки осталась. Выходит, через 40 лет то ли бутылки безбожно подешевели, то ли сигареты безбожно подорожали.

Эдик продолжал разоряться

— Я тут вчера в пятницу в комиссионку на экскурсию заходил, представляешь, что видел? Лежит импортная счетная машинка, калькулятор называется, не только плюс-минус-умножить-разделить, она еще корни вычисляет и логарифмы, синусы, косинусы и прочие котангенсы! У нас как считают? Берешь «Феликса», логарифмическую линейку, книжку таблиц Брадиса и считаешь столбиком.