Грэйв - Диваныч Ватников

— Потянет. Только поставь кейс в метре от телевизора и когда пойдет процесс, близко не подходи. Сосканируем и сразу синтезируем такой же. Это та минута, когда Эдика рядом не должно быть. Далее рассчитаем заказанную доработку, в худшем случае минут десять займет, но скорее всего и минуты хватит. Дальше опять удаляем Эдика на минутку, разбираем старый телевизор на атомы и синтезируем новый. Можешь с ним возиться хоть день, хоть два, будем имитировать на экране имеющиеся неисправности, потом ты ткнешь куда-нибудь паяльником и все заработает почти как надо. Покрутишь какие-нибудь триммеры да потенциометры, и картинка станет вообще идеальной. Небольшой совет — когда нет входного сигнала, желательно показывать на экране и в динамиках шум, я проанализировал информацию из моей памяти, в этом времени достигнутый уровень электроники еще не позволяет отключать экран и звук при отсутствии сигнала.

— Хорошо. Раз информация у тебя есть, делай репликацию максимально соответствующую этому времени. Проанализируй все варианты, я лишь общее направление обозначил. У меня то банка информации нет, я это время только краешком памяти помню.

Пришел Эдик, принес отвертку. Вместе перетащили столик с телевизором на середину комнаты, насколько хватало длины антенного кабеля.

Макс сходил за кейсом, сказав Эдику, что там у него есть кое-что, что может понадобиться, велев Эдику окрутить заднюю крышку. Когда он вернулся Эдик открутил уже все винты, кроме одного

— Тут пломба стоит.

— Ерунда, сам сказал, что телевизор уже не на гарантии. Ну ка, подвинься, давай сюда отвертку.

Макс сгреб пластилин пломбы отверткой, вытащил его и выкрутил винт. Сняли крышку. Макс окрутил от крышки разъем с проводом питания, удивляясь полету мысли конструкторов. Вместо того, чтобы пропустить провод питания у края крышки, нагородили дурацкий спецразъем на самой крышке. Типа снимешь крышку и тебя током не ударит. Нет, у конструкторов совсем мозгов не было — тот, кто может крышку открутить, тот и разъем открутит и вставит куда следует.

— Удлинитель есть? Включить надо.

— В кладовке у хозяев. Сейчас принесу.

Через минуту телевизор был разобран на атомы, записан в память и снова собран. Макс спустился вниз. Эдик все еще гремел чем-то в чуланчике рядом с кухней. Наконец вылез оттуда с удлинителем. Макс сказал

— А не выпить ли нам, дружище Эдик, за удачу в деле ремонта взбунтовавшихся телевизоров?

— А давай — согласился тот.

Выпили, закусили ветчиной. Закурили. Макс тянул время. Грэйв сказал, что расчет коррекции уже закончен, и желательно еще минуту не пускать Эдика наверх, тогда вообще все будет готово.

— Ладно, бери свой удлинитель, приступим к операции — сказал Макс спустя минуту.

Наверху на первый взгляд ничего не произошло — внутренности все те же. Макс воткнул штекер антенны и щелкнул выключателем. Экран засветился не сразу. Все правильно, типа лампы прогреваются. Макс достал из кейса резиновые перчатки и большую лупу. Надел перчатки, изображая продвинутого поборника техники безопасности. Взял тонкую отвертку, отвернул винты и повернул кронштейн с платами. Начал водить отверткой по дорожкам, слегка постукивая и рассматривая. Эдик сначала внимательно смотрел, потом заскучал. Макс велел ему смотреть на экран и, если вдруг что-нибудь изменится, тут же дать знать. Изображая процесс поиска, Макс дал мысленную команду Грэйву. Вскоре Эдик встрепенулся

— Вот! Только что резко стало! Вот, опять пропало! Опять хорошо!

Макс сделал вид, что сильно прижал дорожку кончиком отвертки. Изображение стало резким. Макс убрал отвертку, обошел телевизор и посмотрел на экран

— Радиотехника, дружище Эдик, это наука о контактах. Золотое правило, придуманное еще на тайной встрече Ньютона с Ломоносовым. Что оно гласит нам, это правило? Ежели где-то чего убудет, то где-то чего-то прибудет. И наоборот. То есть, если убыла работоспособность прибора, то где-то прибыло наличие отсутствия контакта. И наоборот, ежели отсутствие контакта устранить, то работоспособность телевизора возрастет до размеров, четко прописанных в инструкции на данный телевизор. Поставим опыт. Приложим к телевизору кинетическую энергию. Она просто обязана перейти в потенциальную. А раз потенциальной прибыло, то где-то чего-то должно убыть. И это «чего-то» и есть тот самый контакт, который убудет.

Макс хряснул по корпусу телевизора кулаком. Изображение моментально стало тусклым. Макс выключил телевизор, выдернул шнур питания из розетки и снял резиновые перчатки.

— Ну давай, чего сидим, включай паяльник, давай припой, канифоль, флюс, скальпель!

— Скальпеля нет. И флюса.

— Ладно, горе мое, тащи с кухни ножик.

Макс зачистил кусок дорожки в месте мнимой потери контакта. Набрал на жало припоя и глубоко макнул его в спичечный коробок с канифолью. Моментально коснулся жалом зачищенной дорожки, пока канифоль не выкипела. Ловко залудил. Посадил еще несколько капель.

— Выключай паяльник!

Макс опять включил телевизор. Изображение было нормальным. Макс постучал кулаком во все места корпуса. Удовлетворенно кивнул Эдику.

— Почти готово. Сейчас настроим. Одевай перчатки, буду показывать, чего где крутить, крути медленно, аккуратно, слушай команды.

Еще пять минут Макс заставлял Эдика крутить отверткой разные потенциометры и ферритовые сердечники катушек, командуя «давай, давай, стоп, назад. Стоп, назад, стоп». Эдик со своей стороны не видел, меняется что-нибудь на экране, поэтому Макс давно уже дал команду грэйву установить хорошую картинку и лишь изображал дирижера.

— Ну все! Давай, смотри.

Эдик восхищенно присвистнул.

— Класс! Я таких красок и не видел.

— Ну вот, а ты отечественную радиотехнику ругал. Нормально ведь показывает, хоть и ламповый. Если бы не кривые руки сборщика, дорожка не треснула бы. И радовал бы этот телевизор хозяев долгие годы, а ты бы сейчас сидел без телевизора и думал бы, как на него накопить.

— Теперь лишь бы хозяин не увидел, заберет ведь, а мне свой поставит, его куда хуже показывает.

— Ну заберет, так я тебе и его настрою. Настраивать плевое дело, это не пропавший контакт искать. Давай, закручивай крышку, ставим телевизор на место. Что хоть там по телепрограмме сегодня?

— Да что там может быть девятого мая? Программы не видел, но я и так знаю. Музыкальные программы, все эти слащавые Песняры, Зыкины и Кобзоны военные песни петь будут, весь день документальные фильмы какие-нибудь, в семь вечера минута молчания и военный фильм, потом в девять программа «Время» и опять фильм или концерт. Сегодня, возможно, почти до двенадцати что-нибудь показывать будут, а в будние дни, сам знаешь, в одиннадцать вечера уже настроечная таблица, и то, в лучшем случае. Когда я два года назад здесь институт заканчивал, было две программы, теперь их уже три, а смотреть особо нечего. Эта вторая программа вообще только вечером работает.