Повелители сумерек - Эндрю Свонн

Эви наткнулась на что-то головой. Подняв глаза, она увидела фибергласовую акустическую плитку, выкрашенную в черный цвет. Одной рукой крепко уцепившись за драпировку, кулаком свободной руки Эви изо всех сил стукнула по плитке. Та подалась, и на Эви сверху посыпались пыль и копоть. Вдобавок ее обдало струей слезоточивого газа. Плечо ее снова, словно кинжалом, пронзила острейшая боль. Она подтянулась в образовавшееся отверстие, а затем аккуратно вернула плитки на место. Слава богу, что она не страдает избытком веса. Железная арматура, в которую Эви уперлась руками и коленями, издавала зловещие стоны. Несколько мгновений она даже не осмеливалась пошевелиться. Эви замерла, дрожа от боли и напряжения. Сколько еще это продлится?

Ей было слышно, как легавые прорвались в зал. Они хлынули внутрь буквально изо всех щелей — из всех углов, из вестибюля, пожарного выхода, с балкона. Эви заметила, что они наткнулись на ее газ — их движения стали медленными и осторожными. Ей было слышно, как они переговариваются между собой, однако дым, плитка и маска мешали ей разобрать целиком все предложения, и до ее уха долетали лишь обрывочные фразы: «… крой выходы. Погоди, пока дым не… », «… жена и чрезвычайно опасна… » И спустя полминуты: «… бюро в пять… »

ФБР? Неужели она действительно вляпалась в какое-то большое дерьмо? Эви сделала несколько дыхательных упражнений. Куда, интересно, подевался этот псих с «Валькирией?» До нее больше не донеслось ни единого выстрела. Газ постепенно рассеивался, и дышать стало чуть легче. Кожа стала меньше чесаться, однако глаза настолько распухли, что превратились в узкие щелки.

«… проверь-ка в… », «ее нигде не вид… » — голоса становились все громче. Легавые, судя по всему, находились сейчас на балконе, как раз под ней. Слезоточивый газ уже почти весь рассеялся, впрочем, как и ее дымовая завеса. К счастью, Эви сумела немного успокоиться, и теперь ее метаболизм не даст о себе знать повышенным инфракрасным излучением. Ее не смогут засечь даже усилители лучей. Эви принялась оглядываться в поисках пути к отступлению.

«… назад. Я проверил верхние этажи», пауза, а затем: «ни один из террористов не замечен при выходе из здания».

«Причем здесь террористы?»

«Да, сэр», — ответил тот же самый голос в ответ на слова, которые Эви не расслышала. «Это касается каждого. Оставайтесь на своих местах. Ждите прибытия федеральнх агентов».

Откуда-то из пяти разных мест донеслось недовольное ворчание. «Это приказ, черт вас возьми», — в голосе полицейского слышалось раздражение.

Сколько еще? Минуты четыре? Три? И как вообще можно выбраться из здания, обложенного со всех сторон полицией, да еще среди бела дня? Забудь о здании. Подумай, куда можно отсюда попасть?

Сверху на Эви посыпалась пыль вперемешку со штукатуркой, и откуда-то сверху донеслось поскрипывание половых досок. Эви подняла глаза на потолочное перекрытие кинотеатра. Не удивительно, что здесь устроили дополнительный подвесной потолок. Старые лепные украшения над ее головой в большинстве своем растрескались и обвалились. Эви внимательно изучала сетку проржавевшей армейской арматуры и полусгнивших балок. Интересно, что еще оставалось в ее рюкзаке? Не слишком много. Кое-какие «жучки» и другие устройства для слежки, набор инструментов, бинокль, оставшийся после типа в доме напротив, запасной ствол к «Мишкову», аптечка и шприц с двумя десятками запрещенных ампул и военная электродубинка. Эви вытащила из рюкзака дубинку. Она не расставалась с этой штуковиной со времен той странной истории в Кливленде, когда она раскопала логово пришельцев.

Черная дубинка имела в длину около полуметра, и была сложена вдвое. Она поражала противника таким мощным зарядом, что гора мускулов весом в сто килограммов секунд на пятнадцать превращалась в сплошной кисель.

Эви нажала на кнопку «проба», и ей в ответ мигнул зеленый огонек. Снова наверху скрипнули доски пола, и на нее опять посыпалась штукатурка. Может, стоит рискнуть? Если не выдать себя ни единым звуком, и если тот, кто сейчас наверху, не имеет радиосвязи. Если твои расчеты верны и там сейчас больше никого нет, кроме…

«Абдель, — спросила она себя, — может у тебя найдется идейка получше?»

Таковой не нашлось. Эви закинула на плечо рюкзак и медленно, предельно медленно, поднялась на корточки под скрипучими досками. Она убедилась, что ноги ее крепко упираются в одну из железных перекладин, к которым крепилась рама подвесного потолка. Эви меньше всего хотелось в конечном итоге проломить преграду в совершенно противоположном направлении. Жаль, что ей не достает чутких ушей моро. Слух Эви был достаточно острым, однако биоинженеры, создавшие ее, не осмелились снабдить свое творение ушами, которые формой отличались бы от людских. Что касается глаз, то их нетрудно было спрятать. Теперь Эви, полагаясь исключительно на свой слух, старалась определить место расположения объекта, а это было чертовски трудно.

У Эви оставался один-единственный шанс, причем весьма призрачный. Она вся напряглась и левой рукой ухватилась за торчащую балку. Ее пальцы тотчас погрузились в гнилую мякоть проложенного под полом перекрытия.

Затаив дыхание, Эви ждала, когда доска скрипнет снова. Дождалась. Вложив все свои силы в одно движение, резко распрямила правую руку с зажатой в ней дубинкой.

Округлый конец пробил перекрытие. Половая доска издала негромкий треск. Руку Эви — от плеча до кончиков пальцев — пронзила нестерпимая боль. Дубинка разорвала в клочья ковровую дорожку и двинулась дальше вверх. На какие-то мучительные полсекунды Эви испугалась, что неправильно рассчитала момент и поэтому упустила возможность нейтрализовать объект. Дубинка наткнулась на что-то. Раздался хорошо знакомый треск электрического разряда. Эви учуяла слабый запах гари и обуглившейся ткани. Над ее головой раздался глухой стук, словно кто-то упал на пол. И снова на Эви посыпалась штукатурка.

Сначала она решила подождать немного. Ей хотелось убедиться, что поблизости нет других легавых. Однако, времени у нее было в обрез, и Эви проломила в полу еще две доски. Те скрипнули слишком громко, и Эви осталась недовольна. Она кое-как пролезла в образовавшуюся в полу и ковре дыру, снова больно задев поврежденное плечо. От боли она до крови прикусила губу. Оглянувшись по сторонам, Эви обнаружила, что находится в тускло освещенном коридоре. Распластавшись на дешевом сером ковровом покрытии перед ней лежал полицейский в полном боевом снаряжении — бронежилете, противогазе и тяжелых ботинках. Удар дубинки пришелся во внутреннюю часть бедра. В этом месте образовалась круглая обугленная метка, а вокруг нее — полурасплавленная ткань брюк.