Психоисторический кризис - Дональд Кингсбери

Итак, думал Эрон, рассеянно следуя указаниям автоматического проводника, кто-то ее все-таки прочитал. Интересно, к каким последствиям это приведет? В психоисторическом смысле. К каким отклонениям от «исторической погоды»? И тогда какой-нибудь психолог-чиновник нажмет на кнопку и введет корректирующий импульс. А какая-нибудь «башня» впрыснет в атмосферу человечества порцию успокаивающего критического воздействия, возвращая исторический «климат» в норму, давно предписанную, то есть «предсказанную» календарем Братства.

И он так пока и не нашел Ригона.

XLII

ЛЕТАЮЩАЯ ШКОЛА

ГОД 14798-й

Внезапное появление разумных существ семейства гоминид нанесло удар по цветущей биосфере Терры, сравнимый разве что с падением крупного астероида.

Однажды Эрон, отправившись в соседнюю деревню за овощами и фруктами для кулинарных изысков Магды, разговорился с группой подростков, которые, по своему обыкновению, прыгали вокруг него, выпрашивая подачку. Он поинтересовался, что они знают о звездах. Оказалось, им известно даже меньше, чем древним поселенцам каменного века, — они не знали даже названий! На звездах, по их мнению, жили маги и пророки, а улицы мостили золотом.

Эрон пришел в ужас. Он купил юным попрошайкам по мороженому, и пока они ели, принялся рассказывать о подвигах и достижениях их далеких предков. История о том, что египтяне проводили сложные геодезические измерения без всяких волшебных квантовых приборов, их только позабавила, а простейшая модель маятника, которую Эрон сделал для иллюстрации, использована была лишь для того, чтобы колотить друг друга по голове. Они продолжали свистеть, прыгать и орать. Один из мальчишек, весь перемазанный мороженым, высказал, хихикая, предположение, что древние умели летать, хлопая ушами. А как насчет ковров-самолетов с вшитой навигационной системой? Их страшно развеселили фантастические байки странного чужака, и они принялись толкаться и кувыркаться, явно не воспринимая ничего, что выходило за рамки привычной деревенской жизни. Эрон вздохнул и стал выбирать овощи для Магды.

На обратном пути он сделал крюк, чтобы еще раз посмотреть на «летающую крепость». Она уже стояла на взлетном поле, как величественная прародительница всех боевых кораблей Галактики, ее алюминиевая оболочка ярко сверкала в лучах заходящего солнца. Кону так и не удалось уговорить ни одного из инженеров лететь с ним, и он, к великому ужасу Эрона, набрал команду из аборигенов. Адмирал посчитал, что раз сапиенсы когда-то строили первые подобные машины и летали на них, то вполне смогут справиться со своей задачей и теперь. По мнению Эрона, эти рассуждения несколько устарели — примерно на семьдесят пять тысяч лет. С таким же успехом можно доверить свою жизнь мозгам шимпанзе. К сожалению, сам он был назначен вторым пилотом и увильнуть от полета никак не мог. Слава Космосу, некоторые из шимпанзе, которых Кону удалось заарканить, были «более равными», чем прочие. Эрон долго стоял, глядя на «крепость», пытаясь обнаружить дефекты в обтекаемых линиях ее фюзеляжа.

— Вы собираетесь облететь на этой штуковине вокруг всей Терры? — спросил он как-то раз адмирала.

Тогда он еще не до конца принял идею совместного полета.

— Конечно. А ты что, думал, я полечу на ней на Марс? — развеселился Кон.

Пререкаться с инженерами Эрону пришлось вплоть до самого последнего момента. Всего за несколько дней до того, как машина была признана пригодной к полету, они явились к нему и предложили установить внутри крыльев маленькие антигравитационные устройства — просто на всякий случай. Ответ был — нет. Сам Эрон давал выход нервному возбуждению, проводя долгие часы на компьютерном тренажере, отрабатывая действия пилота в экстренных случаях. Магда, которая входила в команду в качестве кока, должна была по совместительству выполнять обязанности стрелка, защищая брюхо машины с помощью примитивного инерционного оружия. Она очень гордилась оказанной честью и вела учет всех виртуальных противников, которых ей удавалось разнести на куски во время тренировок. Сдвоенные автоматические пушки полудюймового калибра она, казалось, воспринимала как еще один музыкальный инструмент, который надо освоить. Воздушный корабль имел все положенное ему оборонительное вооружение, за исключением двух пулеметов в передней части, вместо которых установили два эффективных ракетных двигателя, обеспечивавших экстренную посадку в случае короткой посадочной полосы.

Эрону удалось спрятаться во время первого пробного полета «Королевы», как Кон окрестил самолет. Впрочем, в тот раз Кон всего лишь поднялся в воздух, пролетел совсем немного без всяких воздушных фигур, включив все контрольные измерители параметров, и тут же приземлился — на шасси и на высокой скорости! Он просто сиял от радости. Это была первая из моделей боевых кораблей, на которой ему удалось полетать. После Эрон получил задание внести кое-какие мелкие исправления в ряд рабочих систем. Но во втором полете он должен был участвовать обязательно — Кон его предупредил. Главным изменением была модификация двигателей, которая вдвое увеличивала срок их жизни и позволяла «Королеве» в экстренных случаях ускоряться — правда, ненадолго — до пятидесяти метров в мгновение. Конечно, для этого пришлось слегка пойти против совести в отношении сплавов, но… в конце концов, никто не может знать на сто процентов, какие сплавы применялись в машине первоначально.

Поскольку сбрасывать бомбы они не планировали, бомбовый отсек был переоборудован в эффективную подсобную мастерскую с компактным репликатором и шаблонами для каждой детали, которая могла понадобиться. Все работы в мастерской должны были производиться терранцами. Углеводородное топливо больше не было на Терре стандартным товаром, поэтому в мастерской был также установлен синтезатор, который работал на любых органических материалах и мог за час наполнить баки «Королевы».

Адмирал не всегда был последовательным в своих требованиях к аутентичности модели, и более того, не всегда мог позволить себе их выполнить. Встроенные инструменты были в основном примитивными, но вполне адекватными: грубый альтиметр, основанный на разнице давления, неточный индикатор скорости, тахометр, секстант для навигации и так далее — но древний автопилот не только устарел, но и был нелегален. Закон не одобрял человеческого пилотирования и требовал, чтобы в каждом таком случае человек получал разрешение робота-пилота, который, в свою очередь, обязан был доложить об этом терранской Службе воздушных сообщений для принятия соответствующих мер. Как правило, роботы разрешений не давали и чрезвычайно пунктуально сообщали об отклонениях от утвержденного полетного плана. Кроме того, Кона самого не устраивал скверный древний альтиметр, и он установил специальный информационный экран, который выдавал разноцветную рельефную карту местности с указанием высот и расстояний. Россум № 26, который был самовоспроизводящимся, подарил адмиралу карманный навигатор собственного производства, который определял координаты машины с точностью до десяти метров и держал в памяти четырнадцать миллионов исторических достопримечательностей, чьи характеристики в свободное время самостоятельно находил в открытой информационной сети.