Времяточец: Исход - Терренс Дикс

– Её отец уже не молодой человек, а курс перевоспитания довольно суров. Она прекрасно понимает, что его выживание, не говоря уже о его освобождении, зависят от её сотрудничества.

– Классический метод, герр Доктор. Позвольте вас поздравить.

Доктор скромно пожал плечами:

– Думаю, будет лучше всего, если я сразу поеду в музей Рейха один, а вы останетесь тут с ней.

Хеммингс озадаченно переспросил:

– Простите, герр Доктор, я не совсем понимаю, что вы хотите, чтобы я сделал?

– Что сделал? – спросил Доктор с наигранным удивлением. – Мой дорогой лейтенант, она изменница, подозреваемая в связях с подпольем. Я хочу, чтобы вы её арестовали и допросили!

***

Когда в его дверь забарабанил посыльный из ближайшего штаба Freikorps, смотритель приготовился к смерти. Он против Рейха совершил лишь небольшое преступление – помог пытавшемуся сбежать художнику-еврею, продав часть его семейных драгоценностей – но даже мелкие преступления означали депортацию или смерть. Хотя смотритель был старым и больным, он не хотел умирать. Он боялся не столько смерти, сколько оставить на произвол судьбы то, что осталось от его любимого музея. В те дни, когда музей Рейха ещё назывался Британским Музеем, он был профессором и старшим куратором. Теперь, когда музей был закрыт, он был скромным смотрителем, но он был там, был там каждый день. Теперь этому всему конец.

Высокий худой старик с редкими седыми волосами, он быстро оделся, не желая, чтобы его выволокли в ночной рубашке, и пошёл вниз по лестнице. Он открыл дверь и оказался лицом к лицу с обычным громилой из Freikorps. Тот сидел верхом на мотоцикле, на котором подъехал до самой входной двери.

– Я готов, – сказал смотритель, стараясь сохранить достоинство. Ему хотелось, чтобы его колени перестали дрожать.

Посыльный из Freikorps вытаращил глаза:

– Ты ещё даже не знаешь, зачем я приехал, старый дурак!

– Но ведь... – смотритель замолчал. – Я готов делать то, ради чего вы приехали.

– Да уж, постарайся. Какая-то большая шишка из штаба Freikorps хочет порыться в военных архивах. Тотчас отправляйся в музей встречать его. И моли о пощаде, если ему придётся тебя ждать.

Ревя двигателем, посыльный уехал.

Произнося про себя благодарственную молитву, смотритель сходил за ключами и выкатил из коридора свой древний велосипед. Крутя педали по безлюдным улицам разрушенного Блумсбери, смотритель говорил сам себе, что это ещё не значит, что у него нет проблем. Если посетитель доберётся туда раньше него... Высокие чины Рейха не привыкли к тому, что их заставляют ждать, и жалоба разгневанного важного лица вполне могла стать для него концом.

Свернув на Музейную улицу, он увидел припаркованный напротив входа в музей чёрный лимузин. Он крутил педали изо всех сил, слез с велосипеда возле входа и, тяжело дыша, облокотил его на колонну.

В тот же миг шофёр лимузина – ещё один громила из Freikorps – выпрыгнул из машины и начал на него орать:

– Ты опоздал, свинья старая. Я доложу об этом! Герру Доктору пришлось ждать. И это ты называешь уважением к чиновникам Рейха? – он занёс кулак, и куратор сжался, ожидая неизбежного удара.

– Минуточку! – раздался позади них голос. Невысокий темноволосый мужчина в кожаном пальто и чёрной шляпе вышел из машины. Холодными серыми глазами он посмотрел на шофёра: – Вы!

Громила стал по стойке смирно:

– Герр Доктор?

– Кто вам разрешил говорить?

– Но, герр Доктор...

– Молчать! Сядьте в машину и ждите моего возвращения.

– Слушаюсь, герр Доктор. Позвольте узнать, как долго...

– Не позволю! Но если по моему возвращению вы не будете сидеть за рулём, то я о вас доложу.

– Так точно, герр Доктор.

Шофёр забежал обратно в машину, сел за руль, выпрямился, и уставился вперёд.

Мужчина по имени Доктор подошёл и коснулся руки дрожащего куратора.

– Никаких проблем, – мягко сказал он. – Мы прибыли почти одновременно, жалобы не будет. Пройдёмте вовнутрь?

Вынув огромную связку ключей, старик отпер дверь. Его руки так дрожали, что ему тяжело было попасть ключом в замок.

– Вы очень добры, герр Доктор. Я бы не хотел лишиться привилегии работы в Музее, хотя он сейчас и закрыт... – он закатил свой велосипед в фойе и запер дверь. – Идёмте за мной, Доктор. Военные архивы находятся в дальней части здания, нам нужно пройти по галереям.

Он повёл Доктора вверх по лестнице и через первую галерею. Смотритель заметил, что посетитель оглядывается по сторонам с явным удивлением. Огромная галерея, как и последующие галереи, была почти пуста. Там, где раньше были картины, статуи, гобелены, сейчас не было ничего. Голые стены, пустые постаменты, и гулкая тишина, в которой разносилось эхо их шагов.

– Теперь я понимаю, почему Музей закрыт для публики, – сухо сказал посетитель.

– Боюсь, публике тут почти не на что смотреть. Большая часть экспонатов сейчас в Берлине. Маршал Геринг лично следил за их изъятием.

Посетитель кивнул:

– Да, он всегда был увлечённым коллекционером...

Смотрителя удивило явное удивление этого человека. Естественно, музей был выпотрошен. Национальная Галерея и все остальные музеи и художественные галереи также были опустошены, их культурные сокровища были отправлены в Музей Адольфа Гитлера в Новом Берлине.

Он провёл посетителя к пыльным кабинетам в задней части здания.

– Когда архив музея увезли в Берлин, здесь какое-то время размещалось Бюро Военных архивов. Сейчас Бюро уже закрыто, но документы всё ещё не перевезли. Какой период вас интересует?

– От начала войны до сегодняшнего дня.

– В таком случае, наверное, вот в этой комнате... – он завёл посетителя в длинную, пыльную комнату, уставленную шкафами с папками. – Все документы расположены по порядку, начиная с вот этого шкафа. Вам чем-то ещё помочь?

– Нет, спасибо. Вы очень добры.

Куратор побрёл прочь. Какой странный человек, – подумал он. Самый вежливый нацист, которых доводилось видеть. Даже не верится...

Оставшись один, Доктор подошёл к шкафу, вынул одну из папок и раскрыл её. В ней было полно карт и военных докладов. Он начал читать.

Начало событий шло по знакомому руслу. Всё началось в 1939 году. После продолжительной серии не встретивших серьёзных возражений «аншлюссов» Рейнской области, Австрии, и Чехословакии, которую нацистские историки называли «вдохновлённое Фюрером славное объединение законных наследий Рейха», Адольф Гитлер напал на Польшу, страну, чью безопасность неосмотрительно гарантировала Великобритания.

К явному сожалению историка, британцы решили соблюсти свои обязательства и потребовали от Гитлера уйти. Он должен был отвести свои войска, или же они объявят ему войну. Гитлер был абсолютно уверен, что британцы не станут воевать из-за Польши, и ошибся. В сентябре 1939 года началась война. Армии Гитлера с поразительной скоростью пронеслись по Европе в Блицкриге – молниеносной войне, британцы и французы были вынуждены отступать.