Демоны Вебера - Денис Кучеренко

Сжав зубы до появления шума в ушах, предсказатель сгребает остатки своих фишек в охапку. Неровным шагом он идет в уборную, ударом распахивая дверь и обливая себя потоком ледяной воды, прямо из-под слегка проржавевшего крана. Он оглядывает себя во вмонтированном в стену серебряном зеркале. Верго мертвецки бледен. Он хочет отыграться, он готов на все чтобы отыграться, но ставки так чертовски высоки…

Дрожащими руками мужчина проворачивает на себе галстук, уже затягивая узел. Привстав на умывальник, он цепляет галстук за острые края газовой люстры. Тяжело дыша, он топчется на скользкой керамике, застыв в нерешительности.

«Один раз. Только один. Я просто один единственный раз отыграюсь и уйду. Пожалуйста», — пробормотал предсказатель, готовясь спрыгнуть.

Что-то останавливает его. Не просто примитивный животный страх, что в последний момент сковывает всех самоубийц, заставляя бороться за свою жизнь. Нет. Это было поистине дурное предчувствие.

Сдернув галстук с люстры и спрыгнув на кафельный пол, мужчина крепко выругался, схватившись побелевшими пальцами за горло.

«Что если это не видение? Что если я просто умру? Она хочет, чтобы этой силой я спасал жизни, так с чего же ей помогать мне, когда я сам готов отнять свою?» — пронеслась в голове предсказателя устрашающая череда мыслей.

Нет, так рисковать собой он не будет. Даже его годовой заработок этого не стоит. Но как на счет того, чтобы рисковать другими? Раньше, когда страдал кто-то из числа тех людей, на судьбу которых ему было не наплевать, все жуткие события всегда оказывалось видением, лишь яркой предварительной демонстрацией грядущего будущего. Может, впервые ему самому стоит стать инициатором своих видений?

В кабаке был только один человек, жизнь которого что-то для него значила. Вебер побелел пуще прежнего. Хватит ли у него силы воли чтобы отнять жизнь друга? Убить его только для того, чтобы отыграться самому?

«Это будет просто видение. В реальной жизни никто ведь не пострадает? Убийство кого-то из своих видений, сродни убийству воображаемого приятеля — шалость, да и только, — пробормотал ошарашенный своими же мыслями предсказатель, доставая из кармана тонкий канцелярский нож. — У образов в видениях нет чувств, им не может быть больно, ведь они же не реальны. А я реален. Мои проблемы реальны…»

Находясь в состоянии близком к исступлению, мужчина покинул комнату, вернувшись в помещение, служившее импровизированным игорным залом. Срывая дыхание, быстрым шагом пошел он в сторону стола, за которым сидел его друг, пряча в кармане правую руку, все так же сжимающую острый предмет.

***

«Ну это и гадость», — едва не сплевывает предсказатель, слегка отпив из предложенной ему фляги.

«Дело здесь не во вкусе. Ты подожди немного. Позволь настойке сделать свое дело, — деловито проговаривает де Голь, протягивая другу бокал с красным игристым вином, чтобы тот мог смыть неприятное послевкусие. — Это хит сезона. Вне всякой конкуренции, уж поверь мне. Спрос настолько велик, что мне пришлось переоборудовать всю мою грибную ферму только под выращивание Красного Гриба».

Верго откидывается на спинку плетеного кресла, позволяя приятному теплу распространится по всему его телу. В голове слегка прояснилось, краски мира стали чуточку ярче. На лице мужчины появилась едва заметная улыбка.

«Я слышал, что в медицине экстракт из этих грибов используют как мощный седативный препарат. Если поиграться с дозировкой, то он может быть и отменным транквилизатором. Но я вот нашел ему другое применение. Думаю, ты со мной согласишься, было бы грешно оставлять это чудо только для лечения тела, тогда как душа, подчас, требует лечения ничуть не в меньшей степени», — продолжал говорить Нил, тоже отхлебывая из фляги.

«Если у тебя она еще есть…» — с трудом шевелил языком одурманенный Вебер.

«Если она у тебя еще есть, — с улыбкой согласился с ним друг, задумчиво окидывая собеседника взглядом. — Знаешь, Верго. Я ведь хотел поговорить с тобой сегодня и о кое-чем важном. Для тебя есть работа. Это хорошие заказчики, я давно с ними сотрудничаю. Ничего сложного — сопроводить конвой, пронаблюдать чтобы с грузом ничего не случилось. Работа на пару дней. Это легкие деньги».

«Я… Нет, у меня дела…» — неуклюже облачал свои мысли в слова предсказатель.

«Дела? У тебя то? Я так не думаю», — усмехнулся Нил, привставая с кресла и неспешно подходя к раскрытому настежь буфету.

«Нет… Нужно…Нужно посетить родню. Я давно хотел. Завтра поезд…» — До Вебера начало доходить что он отхлебнул слишком уж много настойки для первого раза. Он размеренно и неумолимо приближался к состоянию овоща.

«Твоих родителей, надо полагать? Нет, тебе это не нужно. Ты же не маменькин сынок? Тебе ведь больше не нужно прятаться за мамину юбку? У тебя нет семьи. У нас ее быть и не может. Но у тебя есть работа. Давай, отдыхай, завтра возьмешься за дело. Я уже обо всем договорился, — мягко, но настойчиво проговорил де Голь, копошась в забитом под завязку буфете. — И еще, в дорогу я дам тебе еще одну склянку настойки, и если сделаешь все как следует — после дела получишь еще парочку. Ну? Что ты на меня так смотришь? Мы же друзья. А друзьям полагается помогать друг другу. Именно поэтому я тебе и помогаю».

***

Одетый в одну только длинную конопляную рубаху, маленький мальчик со всех ног бежал вдоль пологого берега пруда. Грязь с пылью липли к ногам ребенка, но тот совсем не обращал на это никакого внимания.

Оббежав крупный амбар, справившись с полуметровой оградой и пересекши обширное вспаханное поле, мальчик оказался наконец у порога старого кирпичного дома. Облюбовавший тенистые влажные стены постройки хмель оплетал каменное жилище, укрывая собою стены, извечно находящиеся в тени. Зеленый каменный гигант манил собой ребенка, но тот не спешил пересекать порог.

Помявшись у входа, мальчик решился-таки осуществить задуманное и не без труда приоткрыл тяжелые деревянные двери, запуская в дом ласковые лучи столичного солнца. Пройдя мимо гостиной и спальни он остановился на старом потертом ковре, прямо перед входом в кухню. Оттуда доносился неприятный его носу запах кислой выпивки.

Чихнув и утерев рукой нос, юный Верго предстал перед сидящим с недовольным видом отцом. Мужчина, чье грубое загорелое лицо закрывала пышная борода, перерастающая в слегка неопрятные бакенбарды, держал в руках полупустой глиняный кувшин, что обычно использовался для заготовок яблочного сидра.

«А где матушка?» — выпалил мальчик, словно позабыв за