Тень Хаоса - Найрэ

Он попытался открыть глаза. Окружающий мир сильно расплывался. Из плеча по-прежнему торчала злополучная стрела. Все тело невыносимо ныло.

Возле него стояло существо в полупрозрачных белых одеждах. Длинные волосы спадали почти до земли. Внешность незнакомца была пугающей особенно эти глаза с такой же белой радужкой. Лир смог их разглядеть в точности, потому что нечто склонилось над ним довольно близко. Тонкие черты лица, не присущие даже эльфам. Таких созданий ему видеть не доводилось.

— Кто ты? — хотел спросить Лир, но у него не было сил даже что бы просто издать звук. Держать глаза открытыми он тоже долго не мог и снова окунулся во мрак.

— Имеет ли это значение? — произнесло нечто, голос его был всё же ближе к мужскому чем к женскому, но, тем не менее, очень мелодичен. — Я просто хочу предложить тебе последовать за мной.

— Куда? — подумал Лир. Он уже понял, что незнакомец способен общаться ментально.

— Это то от чего ты попросту не сможешь отказаться.

— Где мои друзья? Что сними? — вдруг вспомнил Лирнэ.

— Они больше не здесь.

— Они мертвы?

— Не обязательно. Так ты пойдёшь за нами?

— Я не знаю, кто вы, но мне уже всё равно. Почему бы и нет.

— Я жду от тебя однозначного ответа.

Внезапный свист стрелы и существо с диким криком схватилось за левы глаз. Из-за валуна показался Ангарэль с луком наготове. Нечто с диким криком металось по земле, заливая своё одеяние кровью. Красная кровь, на белом. Вскрикнув напоследок, оно исчезло в наспех созданный портал.

Белые лепестки всё так же падали на алтарь. Лирнэ Элрэт лежал, не дыша, и красная кровь из раны окропляла белые цветы. Ангарэль поспешил к нему со всех ног. Он провёл рукой по его лицу. Рыжие волосы на бледной коже в полумраке казались такими же красными как кровь. Что за наважденье! Ангарель стоял, как вкопанный, не в силах поверить в смерть друга. Нет, он е мог умереть, просто не мог! Слезы потекли из глаз, он не пытался их сдерживать. Руки потянулись к лютне. Он заиграл и слова пришли сами собой:

«Что могут рассказать серебреные стрелы,Пока несутся в цель по меткому прицелу?Что может рассказать, топор над головою,Пока ещё совсем не окропился кровью?Твой враг тебя простил, пока ты ненавидел,Смотря в глаза тебе, не зная, чем обидел.Не зная, что ты слеп, от ненависти ложной,Его волшебный меч, так не покинул ножен.Он знал на всё ответ, и не просил пощады,А ты свою стрелу смочил смертельным ядом.Что думал он, когда все покидали силы?На твой вопрос ответ унёс в свою могилу».

— Как трогательно. Только вот такая досада, что я ещё жив. А ты уже плачешь по мне. Да, поплачь, пока я ещё жив, — услышал Ангарель в голове голос Лирнэ.

— Лир! Ты жив! — воскликнул Анго. Лютня со звоном полетела в сторону. Сейчас ему было не до инструмента.

— Да, пока что жив, — снова беззвучно повторил Лир. — Достань зелье из сумки, что возле седла.

Ангарель встрепенулся и помчался к лошади. Руки его дрожали, среди всяческого хлама ему попалась заветная склянка с живой водой. Не щадя зелья, он влил его в рот другу. Это вряд ли хватит, чтобы исцелить столь сильные раны, но лучше это чем ничего. Элрэт открыл глаза и криво улыбнулся.

— Я сам не могу вытащить стрелу, — прохрипел он.

— А как!? — эльф был готов впасть в панику.

— Нужно срезать оперенье и рывком вытащить. Она прошла навылет. Да и к тому же там яд.

Ангарель привёл Лира в сидячее положение. Элрэт был слишком слаб, что бы двигаться сам. Он громко вскрикнул, когда Анго выдёргивал стрелу, Лир прокусил губу до крови. От боли в плече он чуть было не потерял сознание снова, но усилием воли пришёл в себя. Кровь из раны начала хлестать с новой силой. Эльф принялся наскоро перевязывать рану. Ему впервые приходилось оказывать подобную помощь.

— Ты идти можешь? — спросил он.

— Постараюсь, — ответил Лир.

Опёршись на плечо эльфа, Лирнэ спотыкаясь, побрел к своей кобыле. Сель присела, позволяя ему забраться в седло. Они двинулись в путь. По начала Лир пытался держаться ровно, потом завалился на шею лошади и снова опустился в небытие. Сель неслась быстро и плавно, всё же, когда действительно нужно строптивое животное проявляло заботу.

Около суток они ехали без остановки на ночлег по просьбе Лира. И за это время преодолели гораздо большее расстояние, чем планировали. На рассвете следующего дня вдалеке показались стены Терси. Город-крепость стоял в низине на берегу реки. Река служила границей империи. Что было на другом берегу, они не знали.

Пост стражи на воротах, письмо с гербом, всё как в тумане мелькало в глазах у Лира. Лишь только пальцы сжимали заветную шкатулку, спрятанную за пазухой. Он повторял мысленно, как молитву или заклинание «Передать лично герцогу Терси». Они куда-то шли, земля убегала из-под ног голова кружилась. Герцог, он что-то говорил, но Лирнэ не слушал, молча, всучил ему посылку. И в глаза бросилась мостовая.

Глава 6

Прошло три дня. Ангарель не отходил от постели Лира. Тот до сих пор не приходил в себя. Лишь бредил и твердил: «Уезжай домой. Я чую беду». Анго старался его не слушать. Лекари делали всё, что могли, но слишком сильным был яд и слишком много крови вытекло. Целебных зелий тут даже за гору золота не достать. Ангарэль уже пробовал и раз. Целители сказали, что если в скором времени не очнётся, то точно умрёт. Он умирал. Анго уже жалел, что отсрочил смерть друга.

А шум снаружи всё нарастал и топот множества ног по замку не предвещал ничего хорошего. По спине Анго пробежала нервная дрожь. В тесную комнату ворвалась служанка с криками: «Враги у городских ворот!» Эльф лишь взглянул на неё с горечью и тяжело вздохнул. Женщина схватилась за сердце, взмахнула грязной тряпкой и побежала дальше. Анго так и остался сидеть на стуле и, обхватив руками плечи, как бы ища защиты, глядеть в пол. Бежать, как и все, к воротам, ему не хотелось. Он только зашторил окно, чтобы не взглянуть ненароком. Хотелось ещё немного пробыть в сладком неведении, как будто и нет никакой осады. Только, они с Лиром. Только Лир и его битва за жизнь, в которой, к сожалению, ему уже никто не может помочь. Под вечер красный свет стал пробиваться сквозь шторы. Может быть закат, а может зарево пожара. Крики и шум всё не стихали, но ему было уже всё равно.

Элрэт лежал всё так же неподвижно, лишь тихое дыхание всё ещё выдавало в нём живого. Косы его были расплетены чьей-то заботливой рукой, от них остались только мелкие кудри, обрамляющие бледное лицо. Внезапно губы эстира расплылись в улыбке. Он приоткрыл глаза.