Наемники Судьбы.Пенталогия - Юлия Федотова

Хлопнул в ладоши. Прибежала простоволосая босоногая девка из мелких людишек, коим не положены имена. Хорошая девка. Хоть и тоща, а сильная, кровь горячая. Хорошая, сытная еда… Теперь, пожалуй, дотянет…

Беженцы двигались с юга сплошным потоком. Бесконечная вереница самых разных повозок, от золоченых карет знати до разбитых телег землепашцев и гномьих рудничных тачек, заполонила дорогу. В огромной толпе смешались народы и языки: люди, гномы, кудиане, разномастные онэльны, – кого тут только не было. Богатые камзолы вельмож и кринолины дам мелькали рядом с рубищами городских нищих и калек. Все оказались равны и одинаково беззащитны пред лицом общей, доселе невиданной беды. Детские крики, старческие причитания, рев скотины, скрип колес, шарканье тысяч ног слились в единый глухой гул, казалось, сама земля стонет, прощаясь со своими исконными обитателями.

Живые шли молча, почти не переговариваясь, не оглядываясь по сторонам, едва выволакивая ноги из топкой рыжей грязи превратившихся в месиво дорог. А рядом на раскисших обочинах, среди брошенных пожитков и развалившихся повозок, валялись тела тех, кому не по силам оказалась эта страшная дорога. И могильная нежить копошилась над ними, не обращая внимания на проходящих мимо живых…

«Хорошо, что мы оставили лошадей, – думала Меридит. – По такой слякоти на них против течения все равно не пробиться, да еще ктонибудь наверняка захотел бы их отобрать, а Аолен с Рагнаром не позволили бы применить оружие против несчастного мирного населения…»

– Спасибо, что пешком пошли! – чуть не в один голос заговорили Хельги и Энка, и диса рассмеялась тому, как совпадают иногда их мысли.

А Ильзе было не до смеха. Она уже до слез устала работать локтями, расталкивая нескончаемую толпу. Да еще Орвуд действовал на нервы своими наставлениями: «Смотри, не поскользнись, не споткнись. Упадешь – в лепешку раздавят!» Как будто она сама не видела! Тут они, под ногами… И правда, не споткнуться бы!

– Это настоящее безумие! – крикнул спутникам Аолен. – Вы посмотрите, мы топчемся почти на одном месте! Надо сходить с дороги.

– Куда? В воду? – сердито пропыхтел гном.

Снег, внезапно и в таком безобразном количестве наваливший на и без того разбухшую от весенней влаги землю, так же неожиданно растаял, затопив овраги и низины. И если на самой дороге пока было весьма относительно сухо, то по обеим ее сторонам, не ниже чем по колено, а местами, пожалуй, и по пояс, стояла грязная талая вода. И кто там, голодный, скрывался в ней, одним богам и демонам было известно. Лезть в нее не улыбалось никому, а гному, в силу малого роста, особенно.

Вот если бы можно было поехать верхом на Рагнаре – другое дело.

Увы. Посадочное место было занято. Благородный рыцарь, наследник престола Оттонского уже тащил на хребте – кого? – разумеется, Бандароха Августуса собственной персоной. Полуживого магистра собирались вместе с лошадьми оставить на попечение ведьмы. Но тот, как на грех, немного пришел в себя, понял, что его ждет, и закатил страшнейшую истерику. Рыдал, бился, стонал, кидался в ноги, умолял больше не бросать его одного, иначе он непременно умрет. Наемники плевались от омерзения и стыда, но доброе сердце Рагнара дрогнуло. Сославшись на Силы Судьбы, он взвалил ученого на закорки, примотал простыней на южный манер – так аттаханские бабы таскают за спинами детишек – и поволок на юг. А о благополучии друга Орвуда даже не подумал.

– Ну хочешь, садись на меня, – любезно предложил подменный сын ярла.

Орвуд отказался. Как ни крути, а в деле переноски тяжестей Хельги до Рагнара далеко. Хотя бы потому, что сам весит не в пример меньше. Да и характер у него тот еще. Решит, что устал, и свалит ношу на полпути, прямо в топкую жижу. Скажет, сам дойдешь.

– Не скажу, не свалю, – пообещал нимало не уязвленный демон. – На Меридит пересажу. Будем тебя по очереди тащить.

Меридит не возражала, но Орвуд даже возмутился.

Еще не хватало, чтобы почтенный гном при всем честном народе ехал верхом на девчонке! Да что о нем подумают? Под «честным народом» он разумел соплеменников. Люди, кудиане и прочий сброд его мало смущали.

Энка принялась убеждать, что у беженцев свои проблемы: помирать собрались – им ни до чего дела нет. Гном был неумолим. На Меридит у всех на виду – ни за что! Вот если бы Бандароха – тот сейчас легкий как пушинка – взял Хельги, тогда освободился бы Рагнар…

– И не надейся! – оборвал демонубийца. – Даже не притронусь. Тем более он у нас совсем спятил, а я психов с детства боюсь.

– Что так? – заинтересовалась Энка.

Хельги принялся рассказывать долгую и ужасно занимательную историю о том, как в РунФьорде сошла с ума их соседка. Стала слышать голоса, гонять мужаберсеркера, петь висы, сидя зимой на крыше в одной исподней рубашке. А его, Хельги, однажды поймала за шиворот, затащила в курятник и потребовала, чтобы он выводил птенцов, потому что наседка ее – не простая курица, а богиня Фрейя, и негоже ей сидеть на гнезде. Пришлось тогда папашеярлу самому отправляться к соседям и вызволять постылое подменное чадо из курятника, ведь где это видано, чтобы фьординги из почтенных правящих родов сидели на яйцах?..

Пока они спорили, Орвуд вдруг с удивлением обнаружил, что они давно бредут мимо дороги и ехать на ком бы то ни было уже нет смысла, – все равно вымок по самую пятую точку включительно.

Так и добрались спасители мира по воде до самого Гвена. Порядком простуженные, но, к счастью, никем изпод воды не укушенные. И за то Силам Судьбы отдельное спасибо.

Странно и жутко было в городе, из которого ушла жизнь. Улицы пустые, не то что человека или домового гоблина – собаки с кошкой не встретишь. Только веселые по весеннему времени воробьи да крысы, мгновенно осмелевшие и обнаглевшие. Порывами налетает ветер, хлопает калитками палисадников, разметает по мостовой клочки и обрывки какойто дряни. Дома заколочены: на дверях и оконных ставнях доски крестнакрест, как перед бурей. Зачем? Орки все равно разнесут… Тихо, мертво, одиноко.

– До затмения почти неделя, нам надо гдето жить, – решила Энка, нацеливаясь боевым топором на дужку навесного замка. Судя по всему, это был дом весьма состоятельного горожанина – каменный, двухэтажный, с красивой дубовой дверью и львиной головой над входом. Но Рагнар ее выбор забраковал.

– Идемте в замок, – пригласил он. – Там нам будет удобнее.

– А твоя тетка и ее граф? – засомневалась диса. – Что они скажут?

– Уж не думаешь ли ты, что они сидят одни во всем городе и дожидаются орков? Они теперь либо на север ушли, либо у нас в Оттоне. И вообще, они будут только рады, если мы у них поживем. У них своих детей нет, они меня обожают до страсти… – И добавил печально: – Помоему, даже с перебором.