Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

Глава 26

Через час Роксанна дала официальное объявление по громкой связи, разъясняющее пассажирам, что произошло и какие меры по спасению предпринимаются. Последних оказалось немного, поскольку прямо сейчас мало что можно было поделать. Как она объяснила, две горы снега преграждали и путь к Лос-Анджелесу, и обратно в Чикаго. Поезд находился прямо посередине. А в условиях накрывшего регион бурана с его мощными ветрами и снегопадом максимум, что можно сделать, — сохранять спокойствие и оставаться в своих купе. Следовать этим указаниям было нелегко, и в коридорах постоянно толпились встревоженные пассажиры в надежде получить больше информации.

Херрик Хиггинс ушел поговорить с машинистом и вернулся с еще более обеспокоенным видом. Том и Элеонора присоединились к компании Мисти и Макса в вагоне-люксе. Они поочередно смотрели в окно на белое снежное полотно, напрягаясь с каждым ударом ветра о стенки вагонов, и время от времени оглядывались на груду снега высотой в двести футов слева от поезда. Лелия благоразумно ретировалась в купе вместе с новым знакомым — земляком Кристобалем.

— Я знала, что это произойдет, — сказала Мисти. — Четыре шестерки — разве могло быть иначе?

— Вообще-то, мы ездим тут очень давно, и подобного никогда не случалось, — сообщил Хиггинс. — Поезд — самый безопасный из доступных здесь способов путешествия, даже безопаснее самолета, если сравнить число катастроф.

— Может ли сойти новая лавина? — спросила Мисти. — Которая угодит в поезд?

— Все на милости матушки-природы, — ответил старик, — так что может произойти что угодно. Но думаю, раз было уже две лавины, большая часть снега сошла.

Том посмотрел на пожилого железнодорожника:

— И что теперь? Как они доберутся до нас? Мы же не можем ждать весеннего таяния снегов.

— Нет, не можем. Однако добраться до нас непросто. Владеющая этой железной дорогой грузоперевозочная компания весьма приличная, с обширными ресурсами, но при заваленной снегом колее и при такой погоде они мало что могут сделать. Тут узко, недостаточно пространства для маневра. А маленькому самолету или вертолету здесь совсем негде приземлиться, даже если буран уляжется.

— Утешающие известия, — заметил Макс.

В вагон вошла усталая Роксанна. За последний час она моталась повсюду: успокаивала пассажиров, утешала мальчиков из хора, следила, чтобы были предприняты все возможные меры для комфорта пассажиров. Она села, переводя дух.

— Вдобавок ко всему прочему орудовавший в «Кэпе» ворюга, похоже, сел на «Чиф»: многие пассажиры сообщают о пропаже вещей.

Макс покачал головой:

— Просто изумительно.

Он и Мисти переглянулись.

— Есть и хорошая весть, — сказал Хиггинс, — на «Ла Хунта» мы установили третий двигатель, так что теперь нам помогает дополнительная силовая установка.

Роксанна кивнула.

— Что вы имеете в виду? — спросил Макс.

— Я имею в виду электричество, которое поддерживает освещение, температуру и прочее — оно вырабатывается электрогенераторами в двигателях: их питают движки на дизельном топливе. Так называемая головная сила.

— Стало быть, когда у нас закончится топливо, то закончится и электричество, — заметил Том.

— По сути верно. Но благодаря дополнительному двигателю у нас в запасе больше времени.

— Насколько больше? — спросил Макс.

— Трудно сказать. Мы запаслись дополнительным топливом в Канзасе, однако дозаправиться «Чиф» должен был в Альбукерке, который примерно в двухсот пятидесяти милях отсюда.

— А на то, чтобы взобраться на перевал, ушло много топлива, так что дизельные баки отнюдь не полны, — заметил Том. Хиггинс кивнул. — Следовательно, не исключено, что до отключения электричества остались считаные часы.

— Ну, машинист делает все возможное, чтобы сэкономить топливо.

— Разве нельзя посадить всех пассажиров в несколько вагонов и отключить подачу электричества в остальные? — предложил Макс.

— Нет, система так не работает. Двигатели генерируют электричество по тому же принципу, что и в отеле: три ли вагона нагреваются или десять, расход топлива одинаков. Когда я виделся с машинистом, мы выработали стратегию. Он переключается между тремя локомотивами, переводя сначала один, а затем другой в режим ожидания — оптимальный для подачи электричества во время стоянки. Так расход топлива распределяется равномерно между локомотивами и экономится, потому что находящиеся не в режиме ожидания двигатели медленно работают вхолостую и расход топлива минимален.

— Почему бы просто не выключить часть двигателей? — спросила Элеонора.

— Чтобы завести их снова, потребуется слишком много топлива, — ответила Роксанна.

Хиггинс кивнул и добавил:

— Еще одна проблема — отсутствие антифриза в охлаждающей системе поездов: он потребляет слишком много воды. Приходится держать двигатели в работающем состоянии, чтобы трубы не замерзли. В такой холод стоит только отключить головную силу, как температура упадет и меньше чем через час трубы начнут замерзать. После чего не останется воды для приготовления пищи, питья и санитарных нужд.

— Хорошо, что мы погрузили дополнительные припасы в Канзас-Сити, — сказала Роксанна. — Начнем ограничивать порции прямо сейчас, раз неизвестно, сколько мы здесь пробудем.

Она поднялась — надо идти работать дальше.

— Если что-то понадобится, я могу рассчитывать на всех вас, верно?

Все кивнули в ответ. Женщина храбро улыбнулась и ушла. Четыре часа спустя стемнело. Большинство пассажиров вернулись в купе, накрылись одеялами и теперь размышляли над своей возможной трагической участью.

Том зашел к читающему Библию отцу Келли.

— Знаете, отец, возможно, вам стоит провести в поезде службу, чтобы подбодрить людей.

— Но не все тут католики, — заметил священник.

Том посмотрел в окно. Снег по-прежнему падал, а ветер по-прежнему бился в стенки вагонов.

— Не уверен, имеет ли это теперь значение.

— Боюсь, я подрастерял навыки.

— Это как езда на велосипеде: научившись, уже никогда не забываешь.

Лэнгдон обнаружил Макса и Мисти в двойном люксе прижавшимися друг к другу. Мисти все еще пребывала в депрессии, а вот к Максу вернулось веселое настроение, даже несмотря на пропажу «Бруно Мальи».

— Думаю, тому, кто их забрал, они нужнее, чем мне.

— Щедро с твоей стороны, — заметил Том.

— У меня и так слишком много вещей. Однако, должен сказать, все произошедшее станет основой для великолепного фильма — если только я это переживу и смогу заняться съемками.

— Макс! — возмущенно произнесла Мисти.

— Всегда думал, что я погибну в какой-нибудь грандиозной катастрофе. Но и подумать не мог, что это случится в поезде.

— Спасибо, Макс, очень обнадеживает, — заметила Мисти.

— Ну, Мисти, — судьба же написана звездами. Скажи мне, каково твое предсказание? Что говорят тебе карты?

— Макс, не сейчас.