Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

Отец Келли — опять-таки при содействии Агнес Джо — руководил общей молитвой и прослужил своего рода рождественскую мессу. Обручившего Стива с Джули священника тоже пригласили поучаствовать, но тот отказался и остался в купе. Стива и Джули почти не видели. Очевидно, даже лавина не могла помешать им отмечать медовый месяц — и кто мог их за это винить.

Мальчишеский хор пел рождественские куплеты вместе с Роксанной. Все присоединились к ним, стараясь изо всех сил. Порой казалось, что у каждого есть мелодичный голос. Когда стало совсем поздно и ребята начали все чаще зевать, все начали прощаться. Незнакомые люди хлопали друг друга по спине и говорили, что это замечательный сочельник. Затем пассажиры отправились спать.

Элеонора и Том пошли с Роксанной укладывать мальчиков. Они уже собирались уходить, когда один из ребят позвал проводницу.

Она присела рядом с маленьким мальчиком по имени Оливер.

— Что случилось? — спросила Роксанна. Том и Элеонора стояли рядом.

Глаза Оливера казались огромными, размером чуть ли не с него самого. Его голосок мог очаровать и восхитить самого жестокого человека на планете, и обычно он вел себя беззаботно, однако сейчас выглядел встревоженным.

— Патрик сказал, что Бога не существует.

Роксанна ахнула:

— Что? Патрик, подойди-ка сюда.

Подошел Патрик в полосатой пижаме и в очках. Это был один из старших мальчиков — высокий и худой, держащийся очень уверенно. Он постоянно читал и был одаренным ребенком.

Роксанна нависла над ним, положив руки на свои широкие бедра.

— Объяснись. Почему ты сказал ему это?

Другие мальчики подняли головы, готовясь смотреть и слушать. Том с Элеонорой обменялись взглядами.

— Это просто процесс отсеивания, по сути, эволюционный цикл.

Он поправил очки, словно очень юный профессор, обращающийся к аудитории.

— Что-что?

— Ну, в начале была Зубная фея. У тебя выпадает молочный зуб, ты кладешь его под подушку, на следующее утро зуб пропадает, и на его месте появляются деньги. Большинство детей осознают, что это небылица, примерно в пять лет. Хотя я, естественно, понял это гораздо раньше.

— Патрик, тебе сейчас десять, — сказал его брат Тони, — а ты по-прежнему кладешь зубы под подушку.

— Тони, это потому, что мне хочется получить деньги, а не потому, что я все еще верю в фею. — Патрик повернулся обратно к Роксанне. — Другой пример — пасхальный кролик: еще одна небылица, которую разоблачают лет в семь. Далее идет Санта-Клаус. Взять, к примеру, сегодняшнего: разве его играл не один из пассажиров…

Роксанна перевела взгляд на детей помладше, которые, похоже, были готовы расплакаться от слов Патрика.

— Патрик, давай перейдем к главному, — прервала она, — к Богу.

— Хорошо. Если бы добрый Бог существовал, разве он позволил бы случиться такому? Сейчас мы, по идее, должны находиться дома, проводить Рождество с семьями. Вместо этого застряли посреди снежной бури, и у нас заканчивается топливо и продовольствие. Если бы Бог существовал, разве он допустил бы это?

Несмотря на уверенный вид, Роксанна чувствовала, что Патрик напуган не меньше остальных, и на самом деле надеется, что она объяснит, почему Бог существует, а не согласится, что его нет.

Роксанна усадила Патрика рядом с собой, а Оливера — на колени.

— Ну, проблема твоих умозаключений в том, что ты предполагаешь, что застрять здесь — это плохо.

Патрик поправил очки:

— Это и в самом деле плохо, разве нет?

— Не совсем. Сначала надо бы рассмотреть и проанализировать факты. Что произошло сегодня вечером?

— Снегопад усилился, а на кухне закончилась еда.

— Помимо этого.

Оливер подал голос:

— Мы отпраздновали сочельник и открыли подарки. Это хорошо.

— Мы могли бы сделать это с родными, — возразил Патрик.

— Верно, — сказала Роксанна, — но разве твои родные были бы напуганы и голодны и разве находились бы в странном месте в окружении незнакомцев?

— Ну, нет, — ответил мальчик, подумав.

— В отличие от пассажиров этого поезда, верно? Пассажиры совсем не хотят находиться здесь, потому что это не их дом, а хотят быть с любимыми и семьей, верно?

— Верно, — с энтузиазмом сказал Оливер.

— Но это подтверждает мои слова, — заметил Патрик.

— Нет, насколько я помню, ты говорил, как может существовать Бог, если происходят такие скверные вещи. А я задаю вопрос, так ли скверно, если группа незнакомых, напуганных и голодных людей, желающих находиться на Рождество где угодно, но только не здесь, проводят вечер вместе и так веселятся, что смеются и поют вместе, а также раздают приготовленные для своих родных подарки незнакомцам.

Она посмотрела на Тома с Элеонорой:

— Вы сегодня отлично провели время, не так ли?

Элеонора улыбнулась детям:

— Это был один из лучших сочельников в моей жизни.

— Что ж, в этих словах есть смысл, — уступил Патрик.

— Быть может, Бог сделал так, что вы оказались в этом поезде, чтобы вы могли петь и помогать напуганным людям на время позабыть о проблемах с помощью прекрасной музыки, — добавил Том.

— Тоже хороший довод, — сказал обрадованный Оливер.

— Да, верно, — согласился Патрик.

— Видите, — Роксанна сняла Оливера с коленей и отвела Патрика на его место, — часто говорят, что пути Бога неисповедимы. Вам необходимо всерьез обдумывать, что Он пытается сделать. Нельзя с ленцой верить в Бога — это не так просто. Чтобы по-настоящему веровать, необходимо иметь силу духа и страсть. Как и с большинством достойных целей в жизни, усилия вернутся вам сторицей. Только в случае с верой вы получаете намного больше.

Она помогла Патрику забраться в постель и накрыла одеялом.

— Еще вопросы? — спросила женщина.

Оливер поднял руку:

— Только один, мисс Роксанна.

— Хорошо. Какой?

— Можете отвести меня в туалет?

* * *

Позже ночью Том с Элеонорой стояли бок о бок и смотрели в окно на снег.

— Что ж, — заметил Том, — на дворе почти Рождество, а все глухо. Даже мыши не скребутся.

— Прямо сейчас я бы предпочла старине святому Нику и его топчущимся по крыше северным оленям спасательную команду Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям.

— Где же твой приключенческий дух, где твой романтизм?

— Я израсходовала весь его запас с тобой, — парировала женщина. И коснулась его руки. — Почему ты не пошел? Скажи правду.

— Забыл смазать лыжи.

— Том, я серьезно.

Он посмотрел на нее:

— Элли, я говорил себе, что отправляюсь в это путешествие, чтобы исполнить желание отца. Но на самом деле я отправился потому,