Игры героев - Андрей Лавин

– Ты пришел в мой мир. – Мне послышался акцент в речи Краснобара. – Ты явился в мой город. Ты хотел убить меня. Ты устроил беспорядки в тюрьме. Ты погубил моих людей. Мы – враги.

– Слушай, ты же обычный американец, simply American, low-abiding citizen[6]. Мы не можем убивать друг друга просто так. Это – игра! Мне нужно только освободить царевну! Вайранскую телку, ты ее похитил. Нужно, иначе я умру. Реально. По-настоящему. Помоги мне, мы же люди.

– Russian scam![7] Это – не игра! Ты не знаешь, во что ввязался. Ты прешь наобум. Ты рушишь мои планы. А теперь ты умрешь.

Ха!

Меня воспитали в ненависти и недоверии к американцам. Я мог долго, очень долго пытаться уболтать его, но, если не получалось, убил бы шпиона без зазрения совести даже в реале.

А уж в игре…

Шар с «Проклятьем Сарда» удобно лег в ладонь.

Я не учел двух вещей: девичей страсти к мелодраматизму и самоотверженной любви Ярины.

Заметив, что диалог приостановился, а я не спешу атаковать, отчаявшись достать Краснобара стрелами, она решила, что сейчас меня убьют. Собственно, для того были все основания: обозвав меня швалью, Краснобар крутанул свою саблю и двинулся в неспешную, но, несомненно, эффективную атаку.

Ярина оттолкнула меня (откуда только силы взялись?) и кинулась к Краснобару.

На ее приближение не сработала магическая сфера: девушка была практически без оружия, ни из чего не целилась и ничем не резала. Она просто, сделав классическую «разножку», вплотную подскочила к великану, зашагнула так, чтобы оказаться сбоку, ухватила за плечо и затылок и натянула на поднятое колено. Удар пришелся аккурат в солнечное сплетение Краснобара, защищенное доспехом.

Взрыкнул дракотигр. Ощерился.

Черт!!!

Я одновременно пытался следить за Яриной, за Илаем, соображать, что делать, и тут еще эта тварь. Честно говоря, не представляю, какой ассоциативный ряд заставил меня вспомнить об отравленном языке болотной волчицы. Наверное, мохнатая морда пета Краснобара… В общем, я вытащил осклизлый язык и швырнул пету.

Сработали инстинкты: клыки щелкнули, дракотигр захватил добычу.

Тут же затряс башкой, осев на задние лапы, чихнул, взвыл. По телу его прошла судорога, пет упал, забился в конвульсиях.

Ярина тем временем перехватила руку соперника, прижала ее к груди так, что локоть приходился вверх, и повернулась, закручивая Краснобара, заставляя его потерять равновесие…

Это было красиво.

Хрупкая девушка почти справилась с великаном, почти уложила его на пол, еще немного – и он попросил бы пощады…

Ярина снова попыталась достать Краснобара коленом. Видимо, ослабила хватку или сделала неправильное движение – нельзя тянуть на себя, нужно идти за соперником, – и великан освободился.

Сабля взметнулась вверх и опустилась на тонкую девичью шею.

Фонтан крови ударил в невидимый потолок.

И только потом, через бесконечность секунд, разжались пальцы Ярины на руке Краснобара.

Я успел еще увидеть его самодовольную улыбку – и мир остановился, прекратил свое движение.

Вселенная – то, чем мы живем. Нет для человеческого мозга абстрактной бесконечности. Нет абсолютно плохих и абсолютно хороших. Нет злых и добрых. Пока нет с чем сравнивать, не существует бесконечности, нет быстрого и медленного… А сравниваем мы с тем, что нам дорого.

И, только утратив человека, понимаем насколько.

Насколько зависели. Мы сами, наша система координат. Насколько любили. Насколько себя понимали – через него.

Ярины не стало.

Быстро, глупо, кроваво.

Тело Ярины упало. А рядом с ним упала ее голова. Широко открытые глаза, удивленный рот, поднятые брови. Немного чересчур круглые щеки, слишком наивное лицо – да, не стандарт красоты, но родное, любимое.

Я смотрел в усмешку Краснобара, как смотрят в зеркало. Не кривое – всего лишь правдивое.

– NPC, – сообщил Краснобар. – Ее не было. Ты играл с ней, Slava? Ты испортил мою любимую игрушку, я – твою. Теперь тебя.

Пальцы сами нащупали кулон в виде песочных часов. Единственный шанс спасти Ярину – отмотать время назад, использовать амулет Вианы.

– Поиграем мы с тобой, – сообщил я. – С твоим трупом, свинья.

Я бросил в него песочные часы.

Перенос во времени не подобен возвращению домой. Нет в нем ничего от усталой поступи странника, завидевшего родные окна, от улыбки сына, услышавшего запах маминых пирогов, от удовлетворения после пройденного пути.

Отчаяние солдата, вернувшегося на родину и обнаружившего развалины, ближе путешественнику.

Вязкая и мутная тьма, порыв ледяного ветра, головокружение – я пошатнулся, едва устояв на ногах.

– Ну? – усмехнулся Краснобар. – Come and get some! Cock sucker![8]

Самое паршивое было то, что я усомнился в успехе мероприятия. А что, если будущее предрешено, если мне не вернуть Ярину, если сейчас все повторится, я завязну во времени?..

Вместо того чтобы разговаривать, взывать к разуму и совести этого существа, я метнул в него Проклятье Сарда. По задумке, оно должно было пробить магическую защиту, а лучше – уничтожить Краснобара.

Полыхнуло, великан оказался внутри сферы темного пламени. Он забился, размахивая мечом. Я обернулся к Ярине:

– Не подходи! Поняла? Не смей к нему подходить!

Она испуганно и удивленно кивнула – видимо, светлая мысль кидаться на врага с голыми руками пока что не пришла в ее голову.

Дракотигр, естественно живой в этот отрезок времени, бросился на меня и получил отравленный язык. По крайней мере, судьба пета осталась прежней – через мгновение он рухнул на пол.

Темное пламя потухло. Краснобар, живой и неопаленный, стоял напротив меня, поигрывая саблей.

Вроде бы теперь его можно убить – магический заслон, охранявший великана, разрушен. Но он все равно оставался грозным противником.

– Это должен сделать я. Сам, – напомнил я друзьям на всякий случай.

А то убьет Краснобара Хатбор – и все, сдохну от ледяной сетки под черепом.

Имаджи и Бард жаждали крови не меньше, чем я. Отключившись от Илая, полностью сосредоточился на противнике. Сзади рыкнул Хатбор, и, к удивлению своему, я услышал голос Вианы, произносящей заклятия. Кажется, она говорила, что почувствует действие отматывающего время амулета и придет на помощь… Видимо, ведьма пробила портал, или же я притянул ее этой магией.

Мы с Краснобаром двигались по кругу. Сместившись, я рассмотрел, что творится в зале: Виана, Ярина, Хатбор и даже Борк бились с пустоглазыми обитателями лаборатории. Вспышки молний, заклятья, удары мечей. Зомби наступали неорганизованно, но их было много. Увы, помочь я ничем не мог.

Вслед за пустоглазами подтянулись гноллы…

Краснобар сделал выпад и рубанул сверху вниз. Он был быстрым, очень быстрым, но инерция огромного меча давала преимущество мне. Я скрутился, уходя от удара, и, пока Краснобар заново поднимал меч, шагнул почти вплотную к врагу. Он понял, что я собираюсь делать, глаза его расширились, но отреагировать не успел – Бард клюнул Краснобара в шею, немного вернулся – и вонзился снова.

Кровь била струей – артериальное кровотечение.

Великан разжал руки, уронил саблю и попытался зажать рану. Тщетно – не зажмешь ты ее. Я отвернулся и бросился к друзьям – им приходилось туго…

И в спину ударило заклятье.

Умирая, Краснобар решил прихватить меня с собой. Как в замедленной съемке, едва продираясь сквозь ставшее вязким пространство, ко мне бежали Виана и Ярина.

Захотелось крикнуть: «Нет. Стой. Не приближайся к нему!» Хотя бы зажмуриться захотелось, но ничего не выходило – пространство становилось все тверже, сковывая меня, подобно тому, как янтарь сковывает насекомое…

Виана что-то заметила. Нахмурившись, эльфа оттолкнула Ярину так, что девушка кубарем покатилась по полу. Ведьма протянула руки: манящим, страстным жестом, будто открывая объятья… Я снова мог дышать, шевелиться, а Виана стояла без движения, и вокруг нее сгущалась медовая сфера. Магиня забрала мою смерть.

Я не мог второй раз отмотать назад время, я ничего не мог сделать. Виана улыбнулась – и застыла с улыбкой на лице.

И одновременно сжалась ледяная сетка у меня под черепушкой: я убил Краснобара, но не освободил принцессу Миа Чиа…

Зомби и гноллы наступали. Хатбор держался из последних сил – лишившись мощной магической поддержки Вианы, мой маленький отряд начал сдавать позиции.

С холодной яростью я понял, что хочу убивать. Убить их всех.

– Хатбор! Ярина! Борк! К излучателю!

А сам достал самый страшный из оставшихся артефактов —

Стеклянная смерть

Магическое оружие.

Класс: уникальное.

Воздействие:

Тело раненого становится хрустальным. Воздействие необратимое. Радиус воздействия – 5 метров.

Главное – не попасть под удар. Когда Виана рассказывала мне про это оружие, она упомянула, что темные маги любят украшать дома стеклянными скульптурами. Теперь Виана – сама скульптура. Нет, она не успела стать мне другом или возлюбленной, но она помогла и пожертвовала собой, чтобы спасти меня.