Последний конвой - Виктор Романович Саморский

«Рукопашной не будет», — успел подумать Стивен с легкой грустью.

Патроны в «Калаше» закончились полностью, и он выбросил бесполезную железяку. Растеряно оглянулся на капрала.

Что дальше?

— Возьми мой, — прокричал Круз сквозь непрерывный грохот пулемета, — там еще полрожка осталось. Он привстал на одно колено удерживая пулемет на весу, повел им слева направо неприцельно рассылая свинец вокруг себя.

Стивен метнулся вперед, подхватил «Калаш», и не увидев, а скорее почувствовав движение справа от себя, резко обернулся. Оскаленная черная морда оказалась совсем близко, буквально в полуметре. Почти не соображая, что делает, нажал спуск и выпустил остаток патронов одной очередью. В следующую секунду удар прикладом в челюсть отправил его в глубокий нокаут.

* * *

Стивен пришел в себя от сильного удара сапогом по ребрам, дернулся, застонал и открыл глаза. Сумерки сгустились окончательно, на небе выступили первые звезды. Слабые отплески пламени небольшого костра пляшут на почти неразличимых в темноте лицах.

— Встать! — грубый окрик на чистейшем немецком языке.

Стив ошарашено обернулся. Сильно загорелое, но несомненно европейское лицо, такая же изрядно поношенная и вылинявшая форма, как и у переговорщика-африканца. НАТО-вские знаки различия оборваны, опознать звание, должность и принадлежность к роду войск невозможно. Ствол М-16 уткнулся в грудь Стивена.

— На колени!

Стивен нехотя повиновался. Руки связаны за спиной, саднят ребра, челюсть пульсирует в такт биению сердца, в остальном все терпимо. Во всяком случае могло быть значительно хуже.

Сколько же я без сознания валялся? Никак не меньше полчаса.

Покрутил головой и увидел Мишку неподалёку. От сердца отлегло. Жив! И судя по внешнему виду, даже не ранен. Только сильно избит, связан и поставлен на колени неподалеку. Кивнул успокаивающе, Мишка в ответ хотел улыбнуться, но не смог, лицо перекосила гримаса. Перевел взгляд чуть дальше и похолодел.

Их уложили в ряд, словно патроны в обойме, голова к голове, ноги к ногам. С краю капрал, изрешеченный пулями словно старая мишень в тире. Не менее обоймы выпустили в мертвое тело. Чуть дальше Франсуа, выглядит ненамного лучше Круза, почти невозможно опознать, все тело жутко изуродовано. Еще дальше Борман и япошка, разглядеть подробности не дает темнота.

Послышались истеричные всхлипывания и к свету костра вытолкали Ковтуна со связанными руками.

— Я все сделал как мне велели, — высоким дискантом визжал тот, — мне обещали жизнь и вознаграждение.

Африканцы дружно загоготали, хотя никто и не понимал воплей насмерть перепуганного водителя. На встречу шагнул давний знакомый двухметровый африканец, увешанный оружием. Что-то гортанно выкрикнул на своем языке и вытащил из-за пояса тесак.

— Что хотеть глюпый р-рюски? — спросил он на эсперанто у европейца. Мысленно Стивен обозвал того «куратором», так как группой командовал долговязый африканец переговорщик. Кем же в таком случае мог быть «немец»?

— Вознаграждение, — ответил европеец с ехидной ухмылкой. Выходило что русский язык он понимал.

Африканец загоготал и быстро взмахнул ножом. Все произошло настолько быстро, что Стивен не успел ничего понять, только что Ковтун голосил на всю пустыню требуя оплату и вдруг захрипел, упал на колени и теперь смотрел на боевиков округлившимися от удивления глазами. Рубашка на груди мгновенно окрасилась темным, а на шее, куда Стивен изо-всех сил старался не смотреть, словно образовался еще один огромный улыбающийся рот. И этот страшный оскал издавал жуткий хрип и булькающие звуки. Через пару секунд глаза Ковтуна подернулись дымкой, а затем остекленели. Бездыханное тело почти беззвучно рухнуло на песок. Африканец пинком сапога поправил его, уложив рядом с остальными в один аккуратный ряд.

К горлу подкатила тошнота. Мишка шумно сглотнул и хлюпнул носом. Стивен внезапно четко и ясно осознал, что их с Мишкой сейчас тоже убьют.

А зачем вообще оставляли в живых? Может быть им нужны рабы, или переводчик? Да нет, вряд ли. Именно он, Стивен, вел переговоры, значит хотят сначала допросить, а потом пустят в расход. А Мишку? Может быть им нужен водитель чтобы перегнать грузовики?

Я торгуюсь, озадачился Стивен, значит пытаюсь найти причину, по которой нас оставят в живых. Но ее скорее всего нет. Поэтому если хочешь жить, нужно действовать немедленно.

А что я могу сделать со связанными руками?

Он пошевелил кистью. Связали за запястья, но не слишком туго, есть небольшая свобода для маневра. Вспомнил слова капрала: «нож за голенищем, в правом сапоге». Долго и старательно, до рези в глазах вглядывался в полумрак. На секунду показалось, что он видит небольшое утолщение на правом сапоге Круза. Нож непременно должен быть там, потому что трупы никто не обыскивал. Тело капрала совсем рядом, резко пригнуться, прыгнуть и на лету развернуться спиной вниз. Вытащить нож из-за голенища сапога убитого товарища, избавиться от веревок. С ножом в руках напасть на ближайшего африканца и завладеть автоматом.

Он внутренне содрогнулся. План был настолько дырявый, что пытаться его осуществить полное безумие. Но другого все-равно нет.

Давай прикинем еще раз, секунда на прыжок и падение, еще две — три секунды чтобы извлечь нож. Как быстро он сможет разрезать веревки? Ну пусть еще столько же. Накинем еще пару секунд на форс-мажорные обстоятельства. Итого? Секунд десять понадобится, чтобы освободится. А африканцу хватит и одной, чтобы развернуться и одной очередью «срезать» их вместе с Мишкой.

Значит нужно потратить еще полсекунды на то, чтобы убрать Михаила с линии огня. Если сильно толкнуть его в плечо, наверняка не удержит равновесие со связанными руками и грохнется на песок. Масса тела играет решающее значение.

Так, давай сначала…

Толкнуть Мишку, затем прыжок с переворотом на спину. Выхватить нож из сапога и перехватить веревку. Это все можно сделать очень быстро, одним движением. Нужно порепетировать, хотя бы мысленно, думаю, что смогу уложиться в три секунды.

Но что потом?

Потом будет очередь из автомата…

Так, а если учесть? Кто откроет огонь? Скорее всего вон-тот, худощавый. Не снимает палец со спускового крючка и все время глазками зыркает на пленников. Остальные расслаблены, автоматы не в боевом положении. Значит его назначили присматривать за арестованными. А чего им бояться? Пленники связаны, оружия у них нет.

А если всмотреться пристальнее? Самое важное — детали. Худощавый ранен в левую руку, вон грязная