Последний конвой - Виктор Романович Саморский

— Подожди, — насупился капрал, — вместе пойдем. Черт его знает, что у них на уме.

Он быстро снял свой автомат и отдал Франсуа, слегка поколебавшись отдал и запасной магазин.

— Держи этого субчика на мушке, если стрельба начнется вали сразу на глушняк, не задумываясь. Не доверяю черножопым ни на грош.

— Понял, — кивнул француз. Перехватил оружие поудобнее, снял с предохранителя и устроился на песке, за колесом МАЗа, прицелился.

— Нам тоже белый флаг нужен? — озадачился Стив, — я не в курсе, как правильно нужно идти на переговоры. Не подстрелят, если мы без флага?

— Обойдутся, — буркнул Круз сквозь сжатые зубы. Озабоченно бросил беглый взгляд наверх, сквозь решетчатый купол турели установленной на крыше кабины МАЗа проступала макушка Михаила, напряженно застывшего у пулемета.

Посол боевиков остановился метрах в пятидесяти. Не спеша снял М-16, небрежно и демонстративно швырнул на песок. Вытащил из-за пояса коротенький автомат, аккуратно опустил сверху удерживая за ремень. Открыл застежку и отцепил пояс вместе с кобурой, бросил туда же. Откуда-то из кармашка разгрузки извлек еще один, очень маленький пистолет, покрутил в руке, а затем кинул в быстро растущую кучу оружия. Добавил пару гранат и шикарный армейский нож. Похлопал себя по карманам с озабоченным видом, как бы демонстрируя что остался совершенно безоружен. Ослепительно улыбнулся, обнажив мощные белые зубы, вновь поднял руки высоко над головой и сделал три десятка шагов навстречу. Остановился и размашисто помахал платком приглашая на конфиденциальный разговор.

— Пошли, — решительно сказал капрал, — побазарим с ниггером. Может чего умное скажет?

Стивен и Круз вышли из-за кузова и стараясь идти как можно медленнее направились к переговорщику. Поднимать руки никто из них не стал. Стивену было немного не по себе под прицелом двух десятков стволов, однако он постарался не показать испуга. Вроде бы удалось.

— Если начнется замес, — едва слышно прошептал капрал, почти не шевеля губами, — у меня нож за голенищем. В правом сапоге. Понял?

Стивен ничего не ответил, только нарочито медленно моргнул. Остановились метрах в пяти от скалящегося боевика, поприветствовали взмахом руки. Африканец оказался почти на голову выше Стивена, не меньше двух метров загорелого мускулистого тела. Под блестящей, словно лакированной кожей перекатывались впечатляющие бугры мышц.

Вот же чертова горилла!

С близкого расстояния стало видно, что бронежилет старой модификации, сильно потрепан и даже побит осколками. Брюки защитного цвета тоже порядком подзатерты и местами вылиняли до белого под палящими лучами немилосердного африканского солнца.

Без оружия Стивен почувствовал себя голым. Чтобы скрыть растерянность начал разговор первым:

— English? Deutsch? Français? Japanese? Может быть «русский?»

— Р-р-рюски не-е, — противным скрипучим голосом выдавил из себя африканец, — esperanto.

— Справишься? — тихо спросил капрал, — это ты у нас полиглот, а я плохо языками владею.

— Попробую, — пожал плечами Стивен в ответ, — радует, что хоть за переводчиком возвращаться не нужно, — добавил он, нервно хихикнув, — французского и японского вообще не знаю.

— Твоя люди ходить мой земля, — важно изрек боевик жутко коверкая слова эсперанто, — твоя люди уходить, моя машины забирать.

Стивен растерянно переглянулся с Крузом, на всякий случай перевел.

— А харя не треснет? — едва слышно прошептал тот.

— Мы готовы заплатить за проезд, — сказал Стивен на прекрасном эсперанто, — что вас интересует? Еда, одежда, оружие, боеприпасы, медикаменты?

— Твоя люди уходить, — ухмыляясь повторил африканец. Глаза просто сияли от восторга, словно он только что выдал великолепную шутку и теперь наслаждался произведенным впечатлением на зрителей. Однако те почему-то не улыбались, а растеряно переглядывались между собой.

— Моя ехать далеко, — старательно подражая боевику и схожим образом коверкая речь, заговорил Стив, — моя платить за проезд по твой земля. Что ты хотеть получать за это?

— Твоя люди мало. Моя все забирать. Машина забирать. Груз забирать. Топливо забирать. Вода забирать. Твоя люди уходить пустыня.

— Вынуждены отклонить ваше предложение, — как можно вежливее произнес Стивен, кривляться ему быстро надоело — предлагаю поискать разумный компромисс, устраивающий обе стороны.

— Твоя ходить пустыня — твоя умирать пустыня. Земля — мой. Машина — мой. Груз — мой. Твоя — умирать.

— Пошел ты к черту! — вдруг громко и отчетливо произнес капрал по-русски с нотками явно выраженной агрессии, он и без перевода понял содержание разговора и с трудом скрывал ярость.

Как это ни странно, но африканец тоже понял смысл сказанного без перевода на эсперанто, дебильная улыбка сперва перекосилась, а затем и вовсе сползла с закаленного солнцем и ветром иссиня-черного лица.

— Твоя люди уходить, моя машины забирать, — в третий раз, скороговоркой, но уже гораздо менее уверенно, словно заученную мантру повторил боевик, и добавил скалясь — глюпый белий р-рюски умирать пустыня.

— Вали нахер отсюда, — внезапно вскинулся капрал, — ни черта тебе, негритос, не обломится. Сунетесь, рога поотшибаем, — и внезапно перешел на очень плохую интерлингву, примерно такого же уровня, как эсперанто африканца — моя ехать далеко, твоя ходить к черту.

Последнее слово было демонстративно произнесено по-русски, видимо в словарном запасе капрала зияли приличные лакуны, но перевод африканцу не потребовался и в этот раз.

— Моя твоя пиф-паф, — Круз сложил пальцы ладони «пистолетиком» и направил указательный палец в сторону негра. Сделал небольшой рывок, словно рука сотряслась от выстрела, затем поднял кисть вертикально, поднес палец ко рту и слегка дунул на воображаемый дым из условного ствола револьвера.

— Моя уходить, — хмуро выдавил из себя боевик, — твоя думать. Твоя хорошо думать — твоя уходить пустыня, медленно умирать. Твоя плохо думать — твоя умирать быстро.

— Это мы еще посмотрим, — хмыкнул Круз, — вали отсюда, пока я команду «огонь» пулеметчику не отдал. Понял меня ниггер?

Боевик вздрогнул, услыхав знакомое слово, поиграл желваками, но ничего не ответил, развернулся и размеренным шагом пошел обратно, всем своим видом презрев опасность выстрела в спину. Яйца у африканца видимо стальные, так ни разу и не оглянулся.

— Мда-а-а, — протянул Стивен, задумчиво глядя на удаляющуюся фигуру, — разговора не получилось. Выдвинул ультиматум и ушел в закат, гордо расправив плечи.

— Пошли, Молодой, — проворчал Круз, едва слышно, — а то мы для них слишком хорошие мишени. Если у кого-то нервы не выдержат, положит нас как куропаток одной очередью.