Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

ОНИ БЫ УБИЛИ МЕНЯ, ЕСЛИ БЫ СМОГЛИ, напомнила она ему и стыд переполнил его, когда-то он сам собирался это сделать. ПРОЩЕН, напомнила ему Релпда. НО Я НЕ МОГУ ПРОСТИТЬ ТЕХ, КТО ВСЕ ЕЩЕ ХОЧЕТ ЗАБРАТЬ МОЮ ЧЕШУЮ И МОЮ КРОВЬ.

Под ними бестолково бегали люди, кто-то прятался в домах, кто-то выбегал на улицу, чтобы посмотреть, что происходит. Тонкие вопли ужаса разносились в холодном утреннем воздухе, а потом к ним добавился рев горнов. Драконы насмехаясь затрубили в ответ, а потом, так внезапно, что Седрик вскрикнул от неожиданности, разлетелись в разные стороны, разделились на небольшие группы и резко снизились. Крики перепуганных людей стали слышны лучше.

На мгновение он разделил их страх. Пришли драконы, чтобы пролить яд, который расплавит плоть на их костях. Их дома падут, любой человек, осмелившийся поднять на них руку обязательно умрет, а их осиротевшие дети будут хныкать и распускать сопли на опустевших, дымящихся улицах. Они ничего, ничего не могли сделать, чтобы противостоять драконам, великим, восхитительным, прекрасным драконам, которые заслуживали их поклонения и послушания. Им надо бежать, бежать, бросить дома и бежать из города, это единственный шанс…

ОХ НЕТ, НЕ ТЫ. Релпда резко остановила подчиняющий поток эмоций. Седрику показалось что он оглох, его мысли были защищены от драконьих чар, направленных на тех, над кем они пролетали.

Они летали вокруг города по сужающейся спирали, обрабатывая людей внизу своими чарами. Оказалось, что лошади, собаки и даже ярмовые волы так же подвержены их влиянию, Седрик видел, как они обезумев от страха бросались бежать по улицам, прочь из города, не обращая внимания на препятствия, не взирая на то, живые они или нет. Поднимались новые крики, начинали петь все новые трубы, колокола били все неистовее и ему стало дурно от того, что он является частью всего этого. — Я просто хочу, чтобы все это закончилось, — пробормотал он себе под нос.

СКОРО, пообещала Релпда. СКОРО.

Суп почти закончился. Чассим снова наполнила их бокалы. — Приговоренные едят от души, — отметила она.

Где-то неподалеку вскрикнула женщина. Хор криков становился все громче. — Что это такое? — Сельден попытался встать, но она жестом остановила его. Она немного неуверенно поднялась и подошла к ограждению балкона. — Улицы заполнены людьми. Все бегут. Они показывают вверх, на нас. Она со страхом уставилась на них. Потом она обернулась и посмотрела наверх. И задохнулась.

Она повернулась, отклонившись назад так далеко, что Сельден потянулся и схватил её за щиколотку. — Не упади! — потребовал он. — Не уходи без меня!

Она подняла руку и указала вверх. — Драконы. Все небо заполнено драконами.

— Помоги мне подняться, — взмолился он. Так как она продолжала смотреть в небо, неспособный дышать, он спросил: — Синяя королева. Ты видишь синюю королеву драконов среди них?

— Я вижу красного дракона. И серебряного, и двух оранжевых. Королеву?

— Самку. Прекрасную, синюю, с серебряными и черными отметинами. Грациозную, словно бабочка, быструю, словно нападающий ястреб. Посрамившую небеса своей синевой.

— Я не вижу ни одного синего дракона.

Он оттолкнулся от подушек, встал на колени и оперся на руки. Недостаточно сильный, чтобы подползти к краю балкона, он тянулся до тех пор, пока не смог лечь на пол и посмотреть на небо. Она была права. Его дракона там не было. — Не мой дракон. — сказал он и надежда покинула его.

Драконы приближались к дворцу Герцога. Они снижались. Маленький серебряный неистово трубил, вместе со звуком проливая яд. — Са всеблагая, нет, — взмолился Сельден. Он видел, как Тинталья использовала яд в Удачном, отражая атаку калсидийских захватчиков. Он видел, как капли, попавшие на людей, мгновением позже выпадали с другой стороны их тел, вместе с кровью и потрохами. Ничто не останавливало их. Он пытался найти слова, чтобы предупредить Чассим, но не мог подобрать их.

Яд серебряного падал беспорядочно, его капли подхватывал ветер. Сельден полным ужаса взглядом проследил за серебристым туманом, пока тот падал вниз и закончил свой путь на статуе в саду. Он не услышал шипения, но представлял его, когда едва зазеленевшие растения внезапно увяли и превратились в кучки коричневой трухи на земле. Мгновением позже статуя развалилась в облаке пыли.

— Они атакуют дворец, — не дыша проговорила Чассим. — Они выплевывают что-то и все, во что они попадает, рушится. Быстро. Назад, в комнату!

— Нет. — Он оцепенел. — Если мы спрячемся внутри, это нам не поможет. Если только ты не хочешь, оказаться под обломками, когда все это рухнет на нас. — Его рот пересох, голос стал хриплым. — Чассим, сегодня мы умрем. Нас ничто не спасет.

Она внимательно смотрела на него, широко раскрыв глаза. Потом снова посмотрела на свой город. Полоса разрушений вокруг цитадели Герцога теперь была отчетливо видна с башни. Она становилась все шире, череда разрушенных зданий и расплавленных тел подбиралась все ближе. План драконов был очевиден. Внутри кольца все будет пропитано ядом. Они стояли на пути приближавшейся смерти.

— Мои люди, — сказала она тихо.

— Они бегут. Посмотри на улицы, на те что дальше. — Сельден сел дрожа. Страх придает человеку сил, подумал он.

— Драконы не преследуют их. — Медленно сказала Чассим глядя вниз, на улицы заполненные людьми. Казалось, что каждый житель города убегал прочь от них. — Мой отец, Герцог. Они пришли за ним, ведь так?

Сельден умудрился кивнуть. — Мне жаль. Они уничтожат все, чтобы добраться до него, я думаю.

— А мне не жаль. — Без сожалений произнесла она. — Мне жаль моих людей. Мне грустно видеть их напуганными. Но мне не жаль моего отца и я не сожалею о конце, который он навлек на свою голову. И я не жалею о том, что ему не удастся осушить тебя и вернуть мне твое тело. Хотя бы от этого я избавлена.

Она резко села на пол рядом с ним. Не глядя он потянулся и взял её руку в свою. По её щекам бежали слезы, но на губах трепетала улыбка. — Мы все равно умрем вместе. — Дрожащей рукой она потянулась к чайнику. Не выпьешь ли ты со мной последнюю чашку чая?

Он перевел на неё внимательные глаза. Странное спокойствие разливалось в нем. — Я бы предпочел поцелуй. Мой первый и последний, я полагаю, поцелуй.

— Первый поцелуй?

Он нервно рассмеялся. — То через что я прошел, не не включало обмен поцелуями.

Она моргнула и слезы побежали быстрее. — Как и мои. — она наклонилась немного ближе к нему, а потом замерла.

Он посмотрел на неё. Она закрыла глаза. Её волосы