Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

Теперь все ясно слышали рев мощного двигателя. Через несколько секунд мимо них в тумане промелькнул зеленый огонек правого борта. Расстояние до патрульного катера едва ли превышало тридцать футов. Полицейские на борту за шумом своего мотора не могли слышать звук другого двигателя. Не могли увидеть они и гребную лодку, поскольку та плыла без опознавательных огней. «Верблюжатники» в очередной раз дружно вздохнули и устремили взгляды вслед удаляющемуся катеру. Когда звук мотора почти стих, Стоун скомандовал:

— О'кей, Робин, теперь греби.

— Почему ты не захотел обратиться в полицию? — Калеб принял сидячее положение.

Стоун промолчал. Заговорил он, лишь когда береговая линия обрела четкие очертания.

— Потому что мы находимся в лодке, которая нам не принадлежит, и в месте, где нам быть не положено. Убит человек, и его тело осталось на острове. Если мы скажем полиции, что являемся свидетелями убийства, мы признаем, что были там же. Мы, конечно, можем сказать, что видели двоих, кто хотел убить нас, но доказать этого не сможем.

— Но вы с Робином ранены, — вмешался Милтон, садясь рядом с Калебом.

— У меня всего лишь царапина, у Робина пуля прошла по касательной. Убедительных доказательств того, что ранения нанесены огнестрельным оружием, мы не имеем. Таким образом, полиция имеет дело со следующим фактом: имеется труп, который был доставлен на лодке на остров, где были мы. У нас есть лодка, на которой без труда можно было бы транспортировать человека, а поблизости не окажется никаких других судов, и пока то да се, моторки и след простыл. Кроме того, мы входим в круг граждан, к которым полиция никогда не испытывала доверия. Ну и к какому, по-вашему, логическому концу приведет история, которую мы им поведаем? — Стоун обвел взглядом слушателей.

— Они швырнут нас за решетку и выбросят ключи, — пробормотал Робин. Оторвав от рубашки клок ткани, он перевязал свою рану на руке и добавил: — Меня очень интересует, как эти мерзавцы вдруг поняли, что мы на острове!

— Скорее всего, они нас услышали, — ответил Стоун. — Или по какой-то причине вернулись и заметили что-то странное. Может быть, я положил записку и значок не так, как надо.

— Ты нам так и не сказал, что это за значок, — напомнил Калеб.

— Такие носят на лацкане агенты секретной службы.

— Думаешь, покойник был агентом? — спросил Робин.

— Агентом не агентом, но он мог быть как-то связан с этой службой.

Лодка тем временем приближалась к берегу. Как только суденышко коснулось земли, друзья выскочили на сушу. Еще несколько минут — и плавсредство было спрятано в заброшенном дренажном канале.

— Ну и что теперь? — спросил Робин, когда они уже шагали по тихим улицам Джорджтауна.

— Во-первых, — отгибая мизинец, сказал Стоун, — нам надо выяснить, кем был убитый. Во-вторых, — он оттопырил безымянный палец, — следует узнать, почему кто-то решил его прикончить. И в-третьих, — он отогнул средний палец, — мы обязаны установить, кто его убил.

Робин изобразил изумление.

— А я-то наивно полагал, что низложение Картера Грея — трудная задача! Да по сравнению с тем, о чем ты сейчас толкуешь, это нам раз плюнуть. Ты хотя бы отдаешь себе отчет в том, что предлагаешь?

— Прекрасно отдаю, — невозмутимо ответил Стоун.

— А почему вообще мы должны что-то предпринимать? — уныло поинтересовался Калеб.

Стоун поднял на него глаза и все так же спокойно произнес:

— Люди, которые убивают подобным образом, как правило, заметают следы, а это, в свою очередь, означает, что они сделают все, чтобы найти нас и прикончить. Мы не можем обратиться в полицию в силу уже известных вам причин. Поэтому я настойчиво предлагаю…

— Найти их прежде, чем они найдут нас, — закончил за него Робин.

Стоун шел первым. Остальные один за другим шагали следом.

Глава 11

Когда фургон миновал поворот дороги, взору его пассажиров открылся огромный красочный плакат со светящимися словами:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В БРЕННАН — МЕСТО, ГДЕ РОДИЛСЯ ПРЕЗИДЕНТ ДЖЕЙМС Х. БРЕННАН

Рядом с фосфоресцирующими строчками красовался вырезанный по дереву портрет самого Бреннана. Его сходство с оригиналом было вполне приличным. Сидящий на пассажирском сиденье фургона человек посмотрел на своих спутников и улыбнулся. Затем поднял воображаемый пистолет, направил его в голову президента и «выстрелил», всадив три пули в лоб самому могущественному на земле человеку.

Фургон покатился по центральным улицам. Бреннан, с населением почти в пятьдесят тысяч человек, пребывал в статусе главного спального пригорода Питсбурга, но его обитатели с недавних пор преисполнились убеждением, что теперь городу обеспечена другая, более яркая судьба. Появление здесь одного за другим новых предприятий, энергичное строительство и, соответственно, новые рабочие места говорили о том, что мечты отнюдь не беспочвенны. И зиждились они прежде всего на факте, что именно в этом городе появился на свет президент.

Даже возвышающаяся в центре давно бездействующая водонапорная башня не избежала налета величия. Вначале отцы города возжелали поместить на ней портрет президента и изображение президентской печати, но когда им сказали, что это дурной вкус и к тому же противозаконно, они разрисовали башню звездами и полосами, связав стоящего у власти великого человека со своим городом посредством национальных символов. Троих находящихся в фургоне также привлекала фигура президента, хотя и по совершенно иной причине.

Все трое были высокими, худыми и, судя по их виду, не придерживались диеты западных стран, изобилующей насыщенными жирами и сахаром. Двое — арабы, третий — иранец. Дабы не подчеркивать свое ближневосточное происхождение, они сбрили бороды и приняли облик студентов, облачившись в мешковатые джинсы, свитера и кроссовки. Манеру поведения они также приняли соответствующую. Строго говоря, они и числились студентами-вечерниками местного колледжа, специализирующимися по проблемам общего машиностроения. На самом же деле каждый был большим спецом в сфере наук, связанных с атмосферным давлением, отклонением ветра и даже с такими экзотическими предметами, как сила Кориолиса и гироскопическая прецессия.

Двое прибыли из Афганистана, и было им под сорок, хотя выглядели они значительно моложе. Третьему было около тридцати, и он пожаловал сюда прямиком из Ирана. Профессора колледжа и сокурсники считали их индусами или пакистанцами. Мусульмане эти, прибыв в Америку, открыли для себя забавный факт — для большинства жителей западного мира понятие «представитель Среднего или Ближнего Востока» включало в себя все три миллиарда людей разных вероисповеданий без разбору — без каких-либо этнических или национальных тонкостей и отличий. Для обывателей города Бреннана эти трое действительно не были диковиной. За последнее десятилетие в США прибыла масса эмигрантов со Среднего Востока, осевших главным образом