Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

о том, чем ему предстоит заняться этим днем. Если его не дернут на какое-нибудь особое задание, день в штаб-квартире Вашингтонского полевого офиса открывал перед ним полный набор вариантов. Глава отделения, или, по-иному, специальный агент-руководитель (САР) полагал, что агенты, имеющие большой опыт работы во всех сферах деятельности секретной службы, являются в силу этого обстоятельства лучшими кадрами. Алекс в принципе разделял точку зрения шефа. Ему самому на этой неделе пришлось контролировать ход двух текущих расследований, транспортировать заключенных и охранять заезжих знаменитостей. На этой же неделе его один раз даже откомандировали в отряд так называемых привратников, безвылазно торчавших в дежурной части Вашингтонского полевого офиса секретной службы.

Отряд «привратников», являясь частью группы охраны, вступал в дело каждый раз, когда кто-то начинал ломиться во врата Белого дома и требовать встречи с президентом без предварительной договоренности. Подобное, надо сказать, происходит гораздо чаще, чем полагает широкая публика. Был один парень — он появлялся тут раз в полгода и объявлял, что это его дом, а они все нарушают права собственника. Агенты секретной службы давно подметили, что активность подобного рода заметно усиливается каждое полнолуние. Такое неординарное поведение граждан требовало появления «привратников», за которым следовала многочасовая беседа со специалистом по «усушке» мозгов, а иногда и путешествие в тюрьму или психиатрическую лечебницу Святой Елизаветы — в зависимости от того, насколько, по мнению агентов, у визитера съехала крыша.

Алекс запарковал машину, вошел в здание ВПО, кивнул охраннице — обладательнице бедер невообразимого объема, мазнул пластиковой картой по идентификационному устройству в кабине лифта и поднялся на четвертый этаж, где располагалась городская оперативная группа вашингтонского офиса секретной службы. Городская оперативная группа работала в тесном контакте с полицией Виргинии и Мэриленда, так же как и с федеральными правоохранительными органами. Сферой их общих интересов были мириады дел о разного рода финансовых махинациях. Кооперация — это хорошо, думал Алекс. Плохо то, что преступный мир развил бурную активность и оперативная группа не справляется с навалившимся на нее объемом работы.

Секретная служба занимала три этажа здания, и он направился в свой, расположенный на четвертом этаже, кабинетик с прозрачными стенами. Там его ждало электронное письмо от Джерри Сайкса, имевшего официальный титул помощника специального агента-руководителя (ПСАР). В сообщении говорилось, что Алексу следует сразу по прибытии на службу подняться на шестой этаж.

Интересно, подумал он, чем вызвано это отступление от привычного хода вещей? Неужели он ненароком во время ареста нарушил гражданские права манипулировавших с банкоматом жуликов?

Алекс поднялся на шестой этаж и, выйдя из кабины лифта, двинулся по коридору, раскланиваясь на ходу с многочисленными знакомыми. Он прошел мимо информационного щита на стене — с помощью магнитов на нем крепились фотографии всех агентов вашингтонского офиса. Фотографии были сгруппированы в соответствии с исполнителями текущего задания. Несмотря на то, что к высоким технологиям эта система отношения явно не имела, она была очень практичной, позволяя немедленно установить местонахождение любого сотрудника. Существовал, конечно, и электронный вариант списка назначений, поскольку некоторые шутники забавлялись, меняя фотографии местами. Агент, назначенный на расследование уголовного преступления, ненароком мог обнаружить, что ему якобы предстоит зубодробительно скучное дежурство за письменным столом в отделе кадров.

Некоторые фотографии были прикреплены вверх тормашками, и это означало, что агент в данный момент работает в каком-то другом месте. Некоторые снимки были помечены красными или синими точками. Это вовсе не означало, что один из агентов — республиканец, а другой — демократ, как с улыбкой объясняли сотрудники редким экскурсантам. Пятнышки лишь указывали на место жительства агента — Мэриленд или Виргинию. Когда Алекс появился в дверях, помощник поднялся из-за стола.

— Присаживайся! — кивнул он на стул.

Алекс сел и, расстегнув пиджак, спросил:

— Должно ли это означать, что я по уши в дерьме, или наше свидание носит любовный характер?

— Как же, как же, наслышан о твоих подвигах прошлой ночью. Начальство обожает агентов, готовых задарма трудиться в нерабочее время. Не стесняйся и делай это почаще.

— Вообще-то я не прочь каждую ночь задерживать по грабителю, если в знак благодарности буду получать дополнительную зарплату.

— Получишь, но только в сладком сне. А пока получи новую игрушку. — Джерри похлопал по лежащей перед ним на столе папке. — Дельце, в натуре, горячее! Штаб-квартира срочно направила это специальному агенту-руководителю, а тот, как из рогатки, перепулил его мне.

— У меня куча дел, Джерри, — с сомнением в голосе произнес Алекс. — В то время как некоторые пытаются употребить деньги в дело, другие идут на все, чтобы их украсть или подделать.

— Про деньги пока забудь. Как ты относишься к тому, чтобы поработать на убийстве?

— Не знал, что это входит в круг обязанностей нашей конторы. О расследовании убийств в уставе ничего не сказано.

— Посмотри на свой значок и на платежку по зарплате. Там сказано: «Департамент внутренней безопасности», а не «Казначейство», поэтому в нашем мешке куча новых игрушек, в которые придется поиграть. — Сайкс взглянул на папку и продолжил: — Этим утром на острове Тедди Рузвельта нашли парня по имени Патрик Джонсон. Он умер от выстрела в рот, рядом с ним валялись револьвер и пустая бутылка из-под виски. В кармане, естественно, нашлась предсмертная записка.

— И кто же он такой? — спросил Алекс.

— Работал в Национальном центре по оценке опасности, — ответил Джерри. — Иными словами — был одним из нас. Именно поэтому ты и понадобился.

— Но НЦПОО уже не входит в нашу систему, — запротестовал было Алекс. — Его передали в Национальный разведывательный центр. Так же как почти все остальное!

— Верно. Но мы пока не совсем отлипли от этого пирога, и Джонсон, по крайней мере формально, является совместной собственностью двух агентств — секретной службы и Национального разведывательного центра.

— Выстрел в рот. Парень скорее всего был пьян, револьвер на месте, записка имеется. Чего же здесь расследовать?

— Да, все признаки самоубийства налицо. Возможно, все так и окажется. Поскольку труп обнаружен на федеральной территории, а покойник был федеральным служащим, расследование ведут ФБР и парковая полиция. Но мы хотим, чтобы кто-то позаботился и о наших интересах. Если это самоубийство, то пусть все идет своим чередом. Если же окажется, что это нечто иное, нам придется копнуть поглубже. Здесь ты и вступишь в дело.

— Но с какой стати остров Теодора Рузвельта? Неужели парень был фанатом Тедди?

— Вот это тебе и предстоит выяснить. Но не позволяй парням из ФБР давить на тебя.

— Но почему мне такая непруха, Джерри? — взмолился Алекс. — Разве подобные расследования не входят в круг обязанностей инспекционного отдела?

— Входят. Но