Адмирал Империи – 47 - Дмитрий Николаевич Коровников

— Вот спасибо на добром слове, господин адмирал, — покривился Моро. — От вас конечно ничего кроме правды не дождешься, могли бы и похвалить своего верного друга, а не унижать в очередной раз…

— Я и так хвалю тебя, не переставая.

— Да, можете не удивляться так сильно, я разделался с этими северянами достаточно быстро и без проблем, — продолжил Винсент. — Благо на них в тот момент не было «ратников», а на мне имелся. И вооружены они не были. Но это мелочи…

— Такие мелочи все и объясняют, — рассмеялся Демид Александрович, — значит ты храбрец перебил безоружных. И что же ты сделал дальше?

— Не пытайтесь расшевелить мою совесть, ее вы не внутри не обнаружите, когда дело касается спасения моего бренного, но такого дорогого мне тела, — сказал на это капитан. — А дальше я со всей скоростью, которую развивал мой бронескаф понесся в оружейный отсек, там где хранятся запасные обоймы для палубных орудий в огромном количестве. Достаточно было установить таймер на нескольких противоабордажных минах направленного действия, чтобы он сработал через десять минут. Дальше рассказывать? У вас на корабле оказался такой боезапас плазмы, что сначала целый флагманский линкор разломился на две части, а затем сдетонировавшие топливные баки довершили весь процесс — корабль исчез в огромном шаре взрыва. Кстати, чуть мой шаттл не зацепило, такая сильная была ударная волна… В общем, как вы понимаете все свидетели наших с вами делишек отправились в темноту пространства чуть раньше своего биологического срока.

— Нам с тобой действительно невероятно повезло, — подытожил Зубов, пораженный рассказом своего старпома. — А как ты сыграл роль простака, который перепутал кому приказано прибыть на «Петр Великий», это вообще театральная постановка! Я, если бы не догадывался что произошло, сам бы поверил твоим словам, так ты был убедителен в своей роли… Не думал после завершения карьеры военного начать службу в каком-нибудь из столичных театров? Клянусь, у тебя бы получилось завоевать сердца публики, и это не сарказм.

— Вот за такую похвалу, я вас от души благодарю, господин адмирал, — склонился в сценическом поклоне Моро, который в данный момент был явно доволен собой. — Вы зрите в самый корень… Театральные подмостки — моя детская мечта, которую я когда-нибудь обязательно осуществлю.

— Ого, я и не догадывался, — присвистнул Демид Александрович. — Как же так случилось, что мечта юности была променяна на бронескафандр и штурмовую винтовку?

— Не юности, а детства, — поправил его, Винсент Моро, — в юности у меня были совсем другие фантазии, по большей части связанные с женскими прелестями. А что касаемо желания стать актером, то да, не буду отрицать, я очень этого хотел и представлял, что мне аплодируют огромные толпы людей, бросают на сцену цветы и плачут…

— Я сейчас сам разрыдаюсь…

— Вот вы опять в своем репертуаре, сначала похвалите, потом обижаете…

— Не дуйся, старина… Будешь ты выступать на подмостках, я в этом уверен, — сказал Демид Александрович, стараясь не засмеяться. — То, что на «Лиса» Дессе ты произвел впечатление, это очевидно. Похоже, старик поверил твоим словам полностью. Вице-адмирала Кантор конечно ты не смог убедить, но это уже не так важно. Главное что командующий Северным флотом доверяет мне как и прежде, даже более того.

— Дамочку я не смог убедить, только по причине того, что та пылала к вам местью и попросту не внимала моей великолепной игре, — сказал на это Моро. — Ну что же, слава моему таланту, скорости реакции и инстинкту самосохранения… Мы живы, а это главное. Что же будем делать дальше, господин контр-адмирал? Какой приказ дал вам Дессе?

— Он поведал нам с Доминикой планы невероятно дерзкой операции, где именно на меня будет возложена ключевая миссия, — ответил ему, Демид Александрович. — Через несколько часов большая часть Северного космофлота выдвигается в направлении планеты Новая Москва-3 для ее захвата и удержания.

— Ничего себе! — удивился Винсент. — Это серьезное дело, планета практически такая же неприступная как та, на орбите которой мы в данный момент находимся…

— Но ведь Кронштадт мы взяли, — ответил Демид Александрович.

— Вы что-то чересчур оптимистично настроены, господин адмирал, — прищурился Моро, пытаясь разгадать, что на уме у его командира. — Так радуетесь предстоящей кампании, будто северянин. Нам-то с вами какой резон рисковать своими жизнями, отвоевывая столичную систему для Поля Дессе. Ладно, вице-адмирал Кантор будет из кожи вон лезть, чтобы первой ворваться на низкую орбиту Новой Москвы-3, но вы то…

— Вице-адмирала Кантор вообще не будет рядом со мной и Дессе во время штурма планеты, — пояснил Зубов. — Она с двумя неполными дивизиями остается охранять для командующего космическую крепость Кронштадт и прежде всего казну, хранящуюся в разгромленной станции внутри нее.

— А вы значит в фаворе у старика и снова на коне?

— Видимо так, — кивнул контр0адмирал и теперь уже сам склонился к уху Моро. — Но не думай, что он смог купить Демида Зубова должностью командующего в своем поганом космофлоте!

— А я так и не думал сразу, как только поступил к вам на службу, — подмигнул ему Винсент. — Вернее, я стал вам помогать именно потому, как знал, что долго вы на этом посту не пробудете. Ведь вами изначально был задуман какой-то другой план, так?

— Главное для меня в той ситуации, в которой я оказался после поражения от Красовского и Хиляева, это было выжить любой ценой, — кивнул Демид Александрович, который уже не боялся предательства человека, стоящего сейчас перед ним. — Хотя, если честно, сохранить жизнь я не особо рассчитывал да и не хотел, после того как одна «женщина»…

Зубов замолчал, и было видно по его лицу, как ему больно вспоминать ту, которую молодой человек по-настоящему полюбил, и которую сейчас ненавидел больше всех остальных во Вселенной.

— В общем, если бы не адмирал Васильков, навряд ли я стоял сейчас здесь и беседовал с тобой…

— Согласен, — кивнул Винсент Моро, — если бы не этот благородный человек и меня бы здесь не стояло…

— Главное, выжить и для этого я готов был пойти на службу к любому, даже к проклятым османам, как бы фантастично это не звучало, — продолжил Демид Александрович, заставив себя выбросить из головы образ Тисы. — Но сейчас, когда мой план удался, я снова готов служить лишь самому себе. А после бегства Александра Василькова меня вообще ничего не связывает с Северным флотом… Будь прокляты эти гордые до невозможности северяне, которые как стадо баранов из чувства долга продолжают идти за «Лисом» Дессе, который их использует. Мне даже смешно смотреть, как эти олухи безропотно подчиняются человеку, давно показавшему свою настоящую сущность!