Последний конвой - Виктор Романович Саморский

— И патроны экономь, — запоздало крикнул ему вслед Иваныч.

Он протянул руку, ухватился за ремень и подтянул к себе автомат Стивена, перехватил, уверенно снял с предохранителя, опустил боковое стекло и высунул ствол «Калаша» в окно сквозь жалюзи.

Снова поднес бинокль к глазам, теперь стало понятно, что ящериц, атакующих джип вовсе не две, а гораздо больше. Из-за ближайшего бархана появилась еще одна стая рептилий, штук шесть, не меньше. А еще дальше, уже на пределе видимости, тоже шевелилось что-то живое.

Вот тебе и отогнали ящериц, со злостью подумал Иваныч, получается, наоборот, приманили.

Слабенький театральный бинокль давал сильно размытое изображение, машина тряслась на разбитой дороге, из-за чего фокус постоянно сбивался и приходилось подкручивать колесико. Проклятый Юпитер пылал ослепительной точкой в ночном небе бликуя в линзах.

Приглушенные расстоянием застрекотали автоматы, одному из ящеров штурмовики поранили переднюю лапу, и тот, сильно захромав, отстал. Зато второй поравнялся с джипом и ловко запрыгнул на слабо защищенную машину сверху. Водитель ударил по тормозам, но скинуть рептилию с крыши не смог. Стрекот автоматов стал продолжительнее, тело ящера обмякло, и осталось лежать на крыше джипа.

— Вот черт, — прокомментировал сложившуюся ситуацию Иваныч, — теперь ребятам придется останавливаться и выходить из машины, чтобы скинуть тушу. При таких размерах варан под стольник весит, будет затруднять движение.

Перевел бинокль чуть правее, прикинул в уме расстояние, затем посмотрел в хвост колонны, броневик «фашистов» был еще слишком далеко.

— Не успеют, — подытожил он.

Штурмовики останавливаться не стали, сильно увязая в песке, джип двинулся по прямой в сторону конвоя.

Ну и правильно! Может сам свалится.

Тем временем рептилии поравнялись с джипом, вновь затарахтели автоматы, причем, оба сразу. Впрочем, один из них быстро замолчал, уступив место пистолетным щелчкам, почти не различимым сквозь рев двигателей колонны. Одна за другой хлопнули две противопехотные гранаты, внеся самый значительный вклад в поединок между сталью и плотью, — несколько туш рептилий остались корчится на песке. Потом замолчал второй автомат, стихли и пистолетные выстрелы. Боезапаса штурмовиков хватило ненадолго.

Стрелять из пулемета ночью, на ходу, из быстро движущегося по бездорожью грузовика — чистой воды безумие. И тем не менее, пикап открыл огонь. Каждый третий патрон в ленте был трассирующим, яркие длинные полосы расчертили пустыню. Пулеметчик осторожничал, опасался задеть джип. Крупнокалиберные пули ударили в дальнее скопление тварей, круша черепа, кромсая живую плоть, разрывая ее на части и разбрасывая окровавленные ошметки по всей округе.

Но это не остановило хладнокровных тварей. Первый варан, поравнявшийся с джипом, запрыгнул на капот, ударил передними лапами в лобовое стекло. На пассажиров градом посыпались осколки. Джип затормозил, и в этот раз ему повезло, рептилию удалось скинуть на песок. Следом подскочили еще две, атаковав машину одновременно сзади и сбоку. Во все стороны полетели ошметки пластикового бампера, брызнули стекла, заскрежетал разрываемый листовой металл. А затем самый крупный варан взобрался на капот и разинул свою вытянутую морду в грозном шипении. Едва слышно хлопнула последняя граната, прямо в салоне джипа…

Иваныч опустил бинокль и тяжело вздохнул. Все кончено. Плоть победила.

Поняли это и штурмовики. Теперь уже не было смысла осторожничать, пулеметчик перевел прицел на застывший посреди барханов джип, в самую гущу ящериц, открыл огонь. Джип ярко вспыхнул, осветив ближние барханы оранжево-красным заревом и окутав клубами черного дыма, — загорелись остатки бензина в баке.

— Иваныч, — предостерегающе крикнул Мишка, — посмотри слева! Совсем рядом с нами!

Петр Иванович оторвался от бинокля и растеряно оглянулся. В это время на крыше МАЗа громко затарахтел «Корд», Стивен первым в колонне открыл огонь по рептилиям.

— Вот же придурки, — поразился Иваныч тупости рептилий, — они что, на «Русича» прыгать собрались? Совсем с голодухи крышей поехали?

Кряхтя, перебрался на заднее сиденье, убрал стекло, раздвинул жалюзи стволом «Калаша» и дал короткую очередь в щель. Вторя ему, на крыше загрохотал пулемет. Вараны быстро приближались к МАЗу, как будто игнорируя выстрелы. Иваныч озадачено хмыкнул, прищурил левый глаз, прицелился, и длинной очередью срезал одного ящера.

Осталось три.

Стивен тоже не оплошал, пулемет вновь загрохотал, и окровавленная туша ящерицы свалилась в песок. Теперь вараны были почти вплотную к МАЗу, и их намерения стали очевидны.

— Вот глупые ящерицы, — ухмыльнулся Петр Иванович, старательно прицелился, но выстрелить не успел. Взятый на прицел варан вдруг встал на задние лапы, используя хвост как дополнительную точку опоры и прыгнул.

Огромная пятипалая лапа с длиннющими когтями ухватилась за жалюзи и одним резким движением вырвала их. Оскаленная морда «дракона» оказалась напротив Иваныча, выскочил длинный раздвоенный язык и щелкнул в нескольких сантиметрах от лица. Петр нажал на спусковой крючок автомата не целясь, «Калаш» заплясал в руках, в едином порыве извергая два десятка пуль калибра 5,45 мм. со стальным сердечником.

Брызнула кровь, полетели окровавленные ошметки, и туша варана рухнула под колеса МАЗа. Машину резко тряхнуло, Петр не удержался на ногах и неловко рухнул на сиденье левым боком, вдобавок стукнувшись головой о стойку рамы.

На крыше что-то прокричал Стивен, но разобрать голос сквозь рев двигателя оказалось невозможно.

Ладно, потом разберемся, подумал Петр Иванович, выдернул магазин, заглянул внутрь. Пусто!

— Мишка, где четвертый?

— Не вижу, — отозвался Михаил, убрал жалюзи и выглянул в левое боковое окно, покрутил головой озираясь, затем повторил, — не вижу, пропал куда-то.

На крыше Стивен опять что-то закричал, с металлическим стуком по скобам лестницы в кабину скатился запасной магазин. Иваныч быстро подхватил его, пристегнул к автомату, взвел затвор, изготавливаясь к стрельбе.

— Мишка, где четвертый? — закричал он, повторяя вопрос.

— Не вижу, — покачал головой тот, — у Стива спроси.

Оставлять Михаила одного в кабине даже пару минут ужасно не хотелось, но другого выхода нет. Иваныч ухватился за скобу, нащупал ступеньку ногой, подтянулся высовывая голову в люк.

— Стивен, — крикнул он, — ты четвертого видишь?

Стив, не отрываясь от прицела махнул рукой куда-то назад, вдоль кузова, и нажал спусковой рычаг. Пулемет загрохотал, и только теперь Иваныч увидел еще одну стаю варанов, быстро приближающуюся к колонне с правой стороны. Эти были намного помельче размерами, но и более шустрые. Петр Иванович попытался пересчитать, не получилось, быстро сбился. Подвел неутешительный итог, — больше десятка.

Он спрыгнул обратно в кабину, игнорируя ступеньки лестницы, больно ударился коленом, но даже не скривился. Некогда!

Правая сторона задней части