Руса. Расширяя пределы - Игорь Леонидович Гринчевский

[4] Лисьим хвостом называют остатки оксидов азота, а точнее — оксида азота (IV), за характерный рыжевато-коричневый цвет.

* * *

— Голубятен в городе дюжина и одна сверху, да ещё пять штук в пригороде, — докладывал десятник Гиппократ. — Но таких, чтобы часто голубей с почтой принимали и отправляли, всего пять и все — внутри городской стены. Одна при царском наместнике, другая — государственная, она для контор поменьше. Они и сообщения купцов передают, и даже от люда попроще, им всё равно, лишь бы платили! Первая на сторону работать не рискнёт, здешняя тайная служба слишком хороша. А во второй слишком много постороннего народа рядом, велик риск, что кто-нибудь подсмотрит передачу драгоценностей. Так что это не они.

Полусотник Кимон, которому и доверили поиск и захват Эуфемиоса-Доброжелателя, кивнул, подтверждая, что услышал и согласен.

— Ещё есть голубятни Армянского Делового дома, Делового Дома Внуков Энкиду и купца Клеона Многокорабельного.

— Это может быть любой из них! — подумав, решил полусотник. — Деловые Дома вполне способны принимать чьи-то ценности за долю в них и хранить это в тайне. А купец может делать это как за деньги, так и из страха.

— Это так. Поэтому мы попросили отправить голубя Доброжелателю и заново проследить всю цепочку. В Тир полетел рыжий голубь, и именно такая птица сегодня прилетела сегодня к Клеону. Но дальше сообщение не пошло.

— Думаешь, наш Доброжелатель явится за ним лично?

— Или так, или пришлёт доверенное лицо, за которым мы проследим! — уверенно ответил десятник.

А Кимон только поморщился, он помнил, что их противник — опытный шпион, годами успешно скрывавшийся от розыска.

* * *

— Пожа-а-ар! Гори-им! — разнеслось в ночи.

Заспанные и наспех одетые люди один за другим быстро стали выскакивать на улицу, равнодушным не остался никто. Оно и понятно, какие бы у вас ни были отношения с соседями, но огонь — общий противник, не щадящий никого. Наиболее актуально это в тесноте городов. Или вы задавите его всем миром, или пожар уничтожит целые кварталы.

Особенно много людей выскочило из двора Пигмалиона, сына Хирама-химика, соседствовавшего с домом погорельца. Они быстро встроились со своими вёдрами в цепочку людей, передающих воду и заливавших огонь.

Сам толстяк трудиться не стал, но активно распоряжался, ободряя своих людей. А неподалёку от него Ашот приметил парочку здоровяков, которые тоже не принимали участия в тушении пожара, зато внимательно присматривали за объектом и окружающими. Стояли они подальше от света, что группе захвата было только на руку.

— Давай! — распорядился он, и в охранников улетела пара специальных стрел с тупыми наконечниками. Убить такими сложно, а вот оглушить, а при удаче, и лишить сознания — запросто! Правый громила рухнул на землю без звука, а вот второй остался стоять.

— Ещё!

Следующая стрела сработала как надо, и второй охранник тоже упал.

— Работаем!

Невысокий жилистый мужчина самой неприметной внешности скользнул в темноту. Удара резиновой дубинки Ашот не увидел, но упал и толстяк-химик. Убедившись, что из-за суматохи никто на это не обратил внимания, следующую команду Следак отдал жестом.

Химика оттащили подальше, связали, засунули кляп в рот и запихнули в поджидающую повозку, которая тут же поехала подальше от опасного места. Чуть позже на другую повозку загрузили и связанных охранников.

«Мало ли, вдруг что полезное знают!» — решил про себя Ашот. — «А на подворье мы уже с городской стражей заявимся. Утром, реагируя на жалобу о пропаже хозяина дома».

* * *

Ильдар выходил с территории порта, весело насвистывая. Переговоры с посланником царя Таксила прошли успешно, тот настолько заинтересовался возможностью получить придворного химика, почти равного по способностям легендарному Русе Еркату, что гарантировал им обоим полную безопасность и новую жизнь. А в голубятне Клеона он получил очередное шифрованное письмо и парочку крупных жемчужин, пришедших за время его отсутствия.

Удара дубинкой по голове он почувствовать не успел.

* * *

Статы с прошлой главы не изменились.

Глава 22

«Превратности судьбы»

Пигмалион пришёл в себя от резкого запаха нашатыря.

— Да что ж вы творите⁈ — искренне возмутился он. — Вы б его ещё мне в ноздри залили! Сколько вас, бестолочей надо учить⁈ Пузырёк с нашатырём подносят издалека, а не прямо в нос засовывают!

— Извините, почтенный сын Хирама, но я не понимаю финикийское наречие! — с искренним огорчением ответили ему на койне.

— Заметно, что и наречие эллинов для тебя не родное! — проворчал толстяк, открывая глаза и переходя на это упомянутый язык.

За окном, а точнее — судя по покачиванию — за иллюминатором каюты, уже светало, и скудное освещение позволило разглядеть сидящего перед ним мужчину средних лет. Одеяние незнакомца наводило на мысли о том, что он — жрец, но опознать, какого именно из богов, Пигмалион не смог да и не особенно пытался.

— Где я? И что со мной случилось? — спросил он, со стоном оторвав голову от лежанки.

— Ты на корабле «Дыхание Борея». Меня зовут Ашот Проникающий-в-Суть-Вещей, я настоятель Храма предков в Александрии Нубийской, столице Нубийского наместничества.

— Далеко же тебя занесло! — присвистнул химик.

— Это неважно! — отмахнулся жрец. — А что именно с тобой случилось, решишь ты сам, для этого я тебя и разбудил. Первый вариант: ты приглашён в гости к Наместнику Нубии Русе Еркату, сыну Ломоносову.

— В гости, между прочим, по своей воле ходят, а не силком тягают! — ответил сын Хирама, осторожно трогая неслабую шишку, вскочившую на голове.

— Это верно! — хмыкнул Ашот. — Но ты забыл, уважаемый, что есть второй вариант. И лишь тебе выбирать. Итак, если ты гость, я передам письмо Наместника Русы с приглашением, мы с тобой разделим утреннюю трапезу… Кстати, говорят, ты большой охотник до пива? Тогда не советую отказываться, у Русы получилось чудесное тёмное пиво, он называет его стаутом. Так вот, в этом случае ты за трапезой ответишь мне на ряд вопросов, после чего я сойду на берег, а корабль спешно отвезёт тебя к Первому Порогу.

Тут Пигмалион унюхал запах пива и, присмотревшись, разглядел, что стол уже накрыт.

— А другой вариант? — поинтересовался он.

— Он тебе вряд ли понравится. Повелением царя Александра Великого я расследую поставки пороха и взрывчатки