Отряд; Отряд-2; Отряд-3; Отряд-4 - Алексей Евтушенко

Информация, поступающая от ноосферы всех девяносто семи миров (даже от «мёртвых») по каналам Внезеркалья в Пирамиду, носила зачастую весьма размытый характер и даже после обработки Цилей Марковной могла интерпретироваться несущим вахту оператором или любым иным наблюдателем различным образом. Тем, кто привык полагаться на чёткие показания приборов и датчиков и раскладывать всё по полочкам (особенно это относилось к мужчинам), было поначалу трудно понять, как работать с такой информацией. Но потом Влад Борисов с умным видом высказал мысль, что здесь, вероятно, напропалую действует знаменитый принцип неопределённости Гейзенберга, а, значит, мы имеем дело с обычной квантовой картиной мира. То, что квант одновременно волна и частица все помнят? Вот и хорошо. Ничего сложного. Надо только почаще включать воображение, и всё будет в порядке.

Так оно в результате и получилось. Никто не знал точно, в чём именно состоит принцип неопределенности Гейзенберга (потом, конечно, в словари заглянули), но явление было названо и названо уверенно, а, значит, с ним уже можно было работать. Включив воображение. Которое у всех стражников, как людей, привыкших мыслить нестандартно, было развито весьма неплохо.

Уже через сорок минут напряжённой работы – спасибо, Локоток, не уходи, пожалуйста! – Аня сумела идентифицировать третью сторону. Ну или почти сумела. С довольно высокой вероятностью это оказались знаменитые в своё время в галактике каравос Раво. Или, как ещё называли это весьма причудливое сообщество те же бывшие хозяева Пирамиды Рой. Довольно образно, но по сути неточно. Впрочем, бог с ним, не в этом дело.

Итак, что мы имеем? Грандиозную космическую битву, которая вот–вот разразиться в окрестностях Лекты, и полное бессилие с нашей стороны каким–то образом эту битву предотвратить. Разве что ребята вместе с Клёньей вмешаются…. Но лучше бы они на самом деле не вмешивались. Двое дерутся – третий не лезь. К тому же третий, как только что выяснилось, там уже имеется. Да, хреново. Даже с учётом открытых каналов Внезеркалья получается, что мы никак не можем влиять на ситуацию – слишком мало сил. А уж когда канал закрыт, то и вовсе… Или можем, но только пока не знаем, как это делать? Прямое воздействие на ноосферу, обратная связь…. Хм, заманчиво, но вряд ли возможно. Не тот уровень – это, пожалуй, дело Высших. А Высшим до нас сейчас нет дела, пардон муа за каламбур. Тогда зачем, спрашивается, она здесь сидит? Шла бы к себе распашонку тёплую для Лизки вязать, всё больше пользы… Э нет, подруга. Информация – это сила, не забывай. И это оружие. Те сведения, которые сегодня кажутся совершенно бесполезными, завтра могут стать бесценными. Так что сиди, наблюдай и не впадай в пессимизм. На то и вахта.

18

– И всё–таки вы, догадываясь о последствиях и обладая таким оружием, начали войну? Но это же чистое самоубийство! – Влад не удержался, закурил и помахал перед собой ладонью, разгоняя дым.

– Поразительно, – сказал Карсс и потянул носом. – Это табак? Угостите сигаретой. Сто лет не курил. Что же касается самоубийства… Так легли шары, как говорят у нас. Ничего нельзя было сделать.

– Шары… У нас говорят карты. Или камни. – Борисов протянул раскрытую пачку. – Откуда вы знаете про табак?

– Долгая история, – усмехнулся сварог, взял сигарету, покрутил её в пальцах, понюхал и жестом попросил у Влада огня. – Но я обязательно вам расскажу. Чуть позже. Мне и самому интересно. Так вы с Земли? Только земляне из всех знакомых мне разумных гуманоидных рас курят табак и сознательно отравляют себя никотином.

– И опять угадали. Да, я с Земли. – Влад щёлкнул зажигалкой и дал Карссу прикурить. – И сказать, что я изумлён – значит, ничего не сказать. Получается, что мир тесен в самом глобальном смысле этого слова.

Князь Дравен, Свем Одиночка и Млайн с интересом прислушивались к разговору, но от реплик пока воздерживались.

Около часа назад, коммуникатор, наконец, стал понимать новый язык, и у них у всех, включая князя Дравена, появилась возможность общаться с пришельцем. И первый вопрос, который тот задал, был разумеется о его, пришельце, местонахождении.

– А нельзя ли мне на воздух и солнце? – попросил он затем. – Меня зовут Карсс Оргом. Я понимаю, что здесь у вас нечто вроде импровизированного госпиталя, но хотелось бы, чтобы в стене было хоть какое–то окно. Если, конечно, эта стена – не корабельная переборка. Не знаю, имеет ли это для вас хоть какое–то значение, но у себя на родине я занимаю довольно высокое общественное положение. А именно являюсь Волей и Словом Императрицы Станы Второй. Ну, и её мужем, если уж на то пошло.

– Так нам к вам обращаться Ваше Превосходительство? – не без иронии осведомился Влад. – Или есть какой–то специальный термин?

– Достаточно просто по имени. Карсс, – пробурчал пришелец. – Поймите меня правильно, я не очень люблю подземелья.

– Это не подземелье, – не выдержал князь Дравен. – Это мой винный погреб. Княжеский, между прочим. Здесь излечились от Ржавой Смерти десятки моих подданных.

– Простите, князь. – Пришелец изобразил на лице искреннюю улыбку. – Я ни в коей мере не хотел вас обидеть.

Кроме молодого Йовена Столеды, победителя Ржавой Смерти, лекарей в распоряжении князя Дравена не было. Что же касается группы Влада Борисова, то в её составе имелся военный санитар. Но принадлежал он к расе киркхуркхов и, соответственно, в человеческой анатомии и физиологии не разбирался. Впрочем, лечение сотрясения мозга и переломов рёбер, как решили после короткого консилиума айред Йовен Столеда и киркхуркх–санитар, вряд ли будет особо различаться у тех рас, у которых в голове имеется мозг, а грудь формируют рёбра. Покой и тугая повязка – вот и всё лечение. А солнце и воздух не навредят в любом случае.

– Мы не против, – сообщили они. – Можно отнести его и наверх. Если осторожно, конечно.

– Я и сам дойду, – сказал Карсс. – Хотя от помощи не откажусь.

В результате дружинники перенесли по приказу князя настырного пришельца в одну из палат на первом этаже детинца, где, как он и хотел, имелась не только деревянная кровать, но и окно, через которое была видна часть двора, кусочек крепостной стены и синее небо над ней.

Здесь неспешный полуразговор–полудопрос продолжился, и очень скоро выяснилось, что высокопоставленному сварогу Карссу известен табак и планета по имени Земля.

– Да… «Мир тесен, советник, может ещё и встретимся» – это сказал мне на прощанье один землянин. – Карсс, затянулся сигаретой, закашлялся и болезненно поморщился. – Ох, я и забыл, что курить не так просто, а у меня рёбра сломаны.

Влад вежливо приподнял бровь и промолчал.

– Ладно, о чём это я, – продолжил Карсс. – Ах, да. О Земле. Я не только знавал когда–то землян, но и бывал на вашей не очень гостеприимной планете. Дважды. Будем, однако, справедливы, в гости меня никто при этом не звал. – Он засмеялся, опять закашлялся, сморщился от боли и загасил сигарету. – Чёрт, пожалуй, всё–таки с сигаретой я погорячился. Извините. Курю второй раз в жизни.

– Ради бога, – усмехнулся Влад. – Если не курите, то лучше и не начинать. Так что там с этой космической битвой сварогов в окрестностях Лекты, чем она закончилась? Ну и история вашего знакомства с Землёй нам, разумеется, тоже очень интересна.

– Мне лично, как Вершинному князю народа рашей в целом и айреду в частности, очень интересно, что вообще делали два военных космических флота неизвестной нам расы неподалёку от моей родной планеты, нарушая тем самым её суверенитет, – сказал князь нарочито холодным тоном, и Влад подумал, что Дравен Твёрдый поразительно быстро учится. Ещё несколько дней назад он и понятия не имел о множественности обитаемых миров во Вселенной, а сегодня спокойно рассуждает о суверенитете свой родной планеты. И недопустимости оного суверенитета нарушении кем бы то ни было. Впрочем, всё правильно, на то он и лидер. Лидеры обязаны быстро учиться и мгновенно реагировать на изменяющиеся внешние и внутренние обстоятельства. Если хотят оставаться лидерами и впредь.

– Всё расскажу, не беспокойтесь, – пообещал Карсс. – Мне скрывать нечего. – Он вздохнул и добавил. – Да и не в той я ситуации, чтобы врать. Потому что мне нужна ваша помощь, а не наоборот.

Совещание, которое собрал командующий эскадрой захвата, не затянулось. Каравос Раво традиционно не проводили длинных совещаний, полагая, что чем дольше длится обсуждение той или иной проблемы, тем больше шансов принять неверное решение.

– Итак, у нас, как всегда, есть два выхода из сложившейся ситуации. Отступить или продолжить. Высказывайтесь, господа.

– Я бы отступил.

– Аргументы?

– Здесь становится слишком шумно. Свароги перебили друг друга. Но где гарантии, что они сюда не вернутся с новыми силами? Плюс ко всему кто–то сумел прервать наш управляющий сигнал солдатам–вельхе. У меня большие подозрения, что на планете, в этом последнем городе, который нам так и не удаётся взять, сидит кто–то, кто обладает не только технологиями изготовления луков и мечей. И тот странный корабль, который прорвался сквозь наш заслон, тому подтверждение.