Отряд; Отряд-2; Отряд-3; Отряд-4 - Алексей Евтушенко

Дитц с Велгой переглянулись, не сговариваясь и не чокаясь, наполовину осушили свои кубки и закурили.

– Что ж, – промолвил, наконец, Хельмут. – Новости интересные. Думаю, и правда достойные обсуждения. Собственно, мы с самого начала не были против разговора на любую тему. Да, Саша? (Велга утвердительно наклонил голову). Отчего не поговорить со старым добрым знакомым. Пусть и тем, кто когда–то доставил тебе немало…серьёзных неприятностей.

– Если б ни я, вы сейчас здесь не сидели бы, – заявил Карсс. – Разве не так?

– Вот именно, – подтвердил обер–лейтенант. – И это тоже тема для отдельного разговора. Но я не уверен, что нам стоит затевать эти разговоры сейчас. В конце концов, времени у нас хватает. Предлагаю проявить элементарную вежливость по отношению к нашему хозяину – князю Дравену и от души повеселиться на этом пиру, – он пригубил из кубка, – благо вино у него отличное. А разговоры будем завтра вести. На трезвую голову.

– Если она будет завтра трезвой, – вздохнул Карсс и заглянул в свой кубок. – В чём лично у меня есть большие сомнения.

– Ничего, – утешил его Дитц. – Протрезвеем. Может, не к утру, но уж к обеду – наверняка. Нам и самим задерживаться здесь надолго нет резона.

Часть вторая. Бессмертными не рождаются

1

Взобравшись на первый от моря (и последний на его недолгом пути) взгорок, он остановился, глубоко вдохнул свежий, хоть и слегка пресноватый на его вкус, воздух и с удовольствием огляделся.

Возрождённый после того, как здесь спас вселенную от Воронки Реальностей отряд солдат из мира по имени Земля, Замок вздымался, казалось, прямо из моря и доставал шпилями своих пяти чудных тонких башен до самого неба. Во всяком случае, складывалось такое впечатление, что доставал.

Широкая и ровная, словно вычерченная неведомым чертёжником точно по линейке полоса моста тянулась от берега к Замку, сходясь вдали по всем законам перспективы почти в точку.

Давненько я здесь не был, подумал Древний. И это не фигура речи, – на самом деле давненько. Последний раз в те ещё времена, когда мнил, что могу что–то изменить в мире своим действием или бездействием. Вроде бы сейчас я снова так считаю (вот она – спираль познания, сознания и любого развития!), но пока что–то от моих действий никому и ничему ни холодно, ни жарко. Или мне это кажется? Дожил. Уже не могу разобраться, что мне кажется, а что происходит на самом деле. А всё почему? Потому что стабильности нет. И причины ускользают, оставляя одни следствия. Очень неприятные следствия.

Он вздохнул, ставя ноги поперёк крутого склона, спустился с пригорка к странному неподвижному морю фиолетового цвета и направился в сторону моста, хрустя подошвами по крупному зернистому песку.

Можно было появиться в Замке сразу, но в этом случае пропадало ощущение пути.

Ко всему должен быть свой путь, размышлял он, шагая по ровным, аккуратно пригнанным друг к другу плитам моста. Короткий ли длинный, трудный ли лёгкий, светлый ли тёмный, привычный ли незнакомый, но – путь. И его нужно пройти. Иначе откуда взяться радости достижения цели?

Трепач, усмехнулся он про себя. Признайся лучше, что тебе нечего сообщить Координатору, вот ты и оттягиваешь момент встречи. Путь какой–то придумал, базу подвёл философскую. Скажи ещё, что спешить тебе некуда, а пешком пройтись по местам, где давно не бывал, приятно.

Кстати, и скажу. Мне, и правда, приятно.

Сразу за воротами начинался сад.

Слегка покачивая из стороны в сторону хвостом, чтобы обозначить свои добрые намерения, из–за деревьев на главную садовую аллею вышла невероятно крупная, размером с пони, собака. Светло–серая, лохматая, с рыжими подпалинами и большой лобастой головой.

Это был очень странный пёс. Странность его заключалась в том, что никто (ни сам Древний, ни нынешний Координатор, ни Высшие) не знал, откуда и когда он здесь взялся. Было ясно, что это, скорее всего, и не собака вовсе, а некое существо, принявшее форму собаки, но… но это было и всё. Люди – всё тот же знаменитый отряд, – когда были тут в последний и единственный раз, дали ему кличку – Чарли, на которую тот стал охотно отзываться. И, кстати, как рассказывал нынешний Координатор, именно это странное существо, имеющее вид собаки и кличку Чарли, помогло ему разыскать всех погибших членов отряда после того, как взорвалась нуль–бомба и Воронка Реальностей была уничтожена.

– Привет, Чарли, – поздоровался Древний. – Как ты тут?

Собака вывалила на бок из пасти красный влажный язык, обнажив в добродушной ухмылке сахарные клыки.

– Вижу, что неплохо. Только жарковато, да? – Он ласково потрепал псину по голове и, не спеша, прошёл дальше, вдыхая сложную яркую смесь ароматов сада.

Когда–то, до того, как Замок был разрушен в ходе сражения с Воронкой Реальностей и сопутствующими ей феноменами, обычный человек или иное какое белковое существо, дышащее кислородом, свалилось бы здесь без сознания – воздух был напоен летучими веществами растительного происхождения, которые действовали на организм мгновенно: сначала усыпляли, а затем и вовсе убивали. Но после возрождения Замка новый Координатор, бывший во время описанных событий Распорядителем, принял решение отказаться от ядовитых для белковых существ растений. Может быть, потому, что в качестве защиты они выглядели смешным анахронизмом, но, скорее всего, из–за того, что сам нынешний Координатор был когда–то в незапамятные времена белковым и кислорододышащим существом и всегда помнил об этом.

Наверх, где его ожидал Координатор, Древний поднялся всё–таки в лифте. Понты понтами, а ноги ногами. Его физическое тело хоть и было практически бессмертным, но испытывало усталость так же, как и любое другое.

– Здравствуй. – Во всех трёх глазах Координатора (двух синих и одном алом, словно уголёк в костре) читалась утомлённость пополам с надеждой. – Проходи, садись, рассказывай.

– И ты будь здоров, Координатор. – Распорядитель плюхнулся в кресло, налил себе вина из стоящей на столе высокой узкогорлой бутылки, отхлебнул, удовлетворённо кивнул и буркнул: – Что рассказывать? А то ты не знаешь того же, что известно мне.

– Знаю, – вздохнул Координатор. – Но ты всё равно расскажи.

– Значит так. – Древний поставил недопитый бокал на стол и, переплетя пальцы, обхватил руками колено. – Отряд уже начал действовать. Они практически нейтрализовали Рой. Во всяком случае, в той точке, где каравос Раво проявили активность. Теперь, как я понимаю, должны заняться сварогами. Локальный конфликт уже почти перешел в общегалактическую войну на уничтожение. А причины, по которым ведущие и не только цивилизации галактики готовы уничтожить самих себя мне лично по–прежнему не известны.

– То есть, неведомый враг на нашу наживку в виде людского отряда не клюёт?

– Ну, во–первых, ещё рановато. Отряд только–только высунулся. А во–вторых, мы ведь только предполагаем, что эти люди обладают особой судьбой и могут притягивать к себе глобальные события. Да, наши предположения основаны на очень и очень весомых фактах. Но, согласись, это всего лишь предположение. Очень может быть, что всё не так.

– А как? – поинтересовался Координатор. – Случайность? Я слишком долго живу на свете, чтобы верить в подобные случайности. Впрочем, не будем спорить, не о чем пока. У тебя есть какие–то конкретные предложения?

– Есть.

– Давай их сюда.

– Надо попробовать прямое воздействие на ноосферы. Начать, к примеру, с той же Лируллы и посмотреть, что получится.

– Ты понимаешь, что предлагаешь? Это нарушение Равновесия…

– Задолбали уже этим пресловутым равновесием, если честно. А то, что сейчас происходит, не нарушение равновесия? Кому–то, значит, можно, а нам нельзя?

– Кому–то… – хмыкнул Координатор. – Можно подумать, ты знаешь этого «кого–то».

– Не знаю, – признался Древний. – Мало того, не имею ни малейших предположений, кто или что это может быть. Но причина должна быть, верно? Ничего не происходит без причин. Закон причинно–следственных связей никто ещё не отменял. Даже Ему – он поднял глаза к потолку, – вряд ли сие под силу.

– Ему–то как раз всё под силу, – вздохнул Координатор. – Другое дело, что я не вижу причины, зачем бы ему данный закон отменять. – Он усмехнулся. – Не вижу причины, зачем отменять причины. Кажется, я начинаю каламбурить. Это симптом.

– Симптом чего?

– Моей растерянности. Значит, говоришь, прямое воздействие?

– Да. Иного выхода в сложившейся ситуации я не вижу.

– Рискованно это. Ох, рискованно, Древний.

– А сидеть и наблюдать, как галактика гибнет, невесть от чего, не рискованно?

– Ну уж прям и гибнет…

– Гибнет, не обманывай себя. Ты и сам это чувствуешь. А боишься, потому что Координатором стал. Это, видимо, профессиональное.