Ревизор: возвращение в СССР 40 - Серж Винтеркей

и не была расшатана. Эмме показали, она тут же и одобрила. А вот матрас с неё пришлось поменять – матрас совсем паршивый был. Комендант нам тут же подобрал практически новенький матрас взамен.

Конечно, двуспальную кровать тащить было не так и просто, опасался, что стены побьем в узких местах. Вначале даже предложил разобрать её, и в комнате собрать снова, но комендант отсоветовал, сказав, что вроде болтов там и немного, но они, как правило, заржавевшие, и времени это займет очень много.

– Лучше, ребята, боком её в дверь пронесите! – посоветовал он. – Помедленнее идите, и стены тогда не побьете. А потом за матрасом вернётесь.

Ну да, а то смотрю, Эмма в порыве трудового энтузиазма уже и матрас свернутый попыталась сама потащить. Стыдно ей, что мы понесем тяжелую кровать, а она без дела останется. Только тут же с ним почти что и упала, он же тяжеленный. Отогнали ее от матраса, велев идти впереди, чтобы сама снова к нему не рванула, да потащили кровать.

Эмма, пока несли аккуратно кровать, добралась до своего блока и уже и место для неё выбрала.

– Шкафа этого большого тебе хватит? – спросил я её, когда мы кровать в нужное место пристроили.

– Так это же временное проживание! Конечно, хватит! Там ещё скорее всего и место в нем свободное останется! – улыбнулась мне она.

Кивнув ей, я отправился с Маратом за матрасом. Правда, на полпути наткнулись на коменданта, который сам его уже тащил.

– Не такой он и тяжёлый! Уж помогу вам! – сказал он.

Все же забрали у него матрас и сами понесли. Мужику за шестьдесят, как и вахтеру, ему такие нагрузки ни к чему.

Вернулись обратно в комнату Эммы. Места в комнате с тремя кроватями осталось не очень много; она стала больше напоминать настоящую казарму. Я озабоченно поджал уголки рта. Эмма, догадавшись, о чем я думаю, махнула рукой и сказала:

– Все в порядке! В тесноте да не в обиде!

– Так-то верно, – согласился я с ней.

Поблагодарил Марата за помощь и отпустил его. Судя по тому, что он согласился тут же, какие-то дела у него все же еще были.

– Полотенца, белье постельное у вас есть с собой? – озабоченно спросил ее.

– Конечно, кто же без такого переезжает. На первое время хватит. Часть того, что оставили, потом дядя Герман передаст с проводником.

– Ну тогда давай теперь с тобой съездим за продуктами, и всем, что нужно по хозяйству по мелочам, – сказал я Эмме.

Она засмущалась, видимо, предполагая до этого, что я просто их всех тут и брошу, и разбирайтесь, как хотите. Ну нет, такая компания приехала, что ей помощь нужна. Кроме Эммы только бабка в порядке.

Сначала проехались с ней вокруг общежития, осмотрелись. Общежитие в Ворошиловском районе оказалось, а я его не очень знаю. Нашел и показал ей несколько небольших магазинов, почту. Потом поехали дальше, заехали в несколько магазинов покрупнее. Повезло, даже туалетную бумагу удалось прикупить. Набрали еще кучу продуктов разных, весь багажник забили. Круп разных взяли кило пятнадцать, хлеб, соль, сахар, масло подсолнечное, муку, консервов на первое время. Сковородки купил две, кастрюли три. Эмма только ахала, когда я закупался и все тянулась за своим тощим кошелечком.

Приехали к общежитию, наконец, я достал две полусотенных и протянул ей.

– Ты что, нам все это накупил, и еще деньги суешь? – замахала руками она, отказываясь брать.

– Эмма, я в некотором роде виновник вашего переезда, значит, должен быть уверен, что у вас на все деньги точно будут первое время. Не бойся, все у тебя будет теперь – и работа престижная, и денег немало начнёшь со временем зарабатывать, так что захочется вдруг вернуть, принесешь. Но возьму только тогда, когда буду уверен, что ты себе позволить можешь вернуть. У тебя тут два ребенка, да старики, я спать спокойно не смогу в своей квартире, если буду не уверен, что у вас точно на все деньги есть. Мы же наверняка сейчас что-то да забыли купить. Да те же щетки зубные да зубной порошок, хотя бы, вот только и вспомнил сейчас. Все понятно?

Сыграл авторитетного возрастного мужика, чего тут уметь-то, просто себя старого изобразил. Сработало, Эмма согласилась и деньги взяла.

Перетаскал все в общежитие за пару ходок, спросил, не нужно ли что еще. Эмма совсем засмущалась, но твердо сказала, что нет. Пожелал всем удачи в обустройстве на новом месте, да и поехал домой.

***

Москва, МГУ

Луиза, после того, как получила задание от Штази по соблазнению перспективного деятеля из Кремля, встретилась перед выездом в Советский Союз со своей тётей. И тетя её многому подучила, в частности, велела никогда не пытаться форсировать отношения с парнями. Конечно, сказано это было ей в отношении того самого парня из Кремля, которого ей нужно будет соблазнить, но Луиза, подумав, решила, что тоже самое будет абсолютно верно и в отношении Мартина. Нужно вначале с ним укрепить отношения, а то было бы глупо вызвать у него подозрения, слишком быстро обратившись с просьбой по поводу Ивлева. Тем более она не сразу и придумала, как это можно сделать более разумно, не выдавая своих устремлений. Но уже на третьей встрече в коридоре в МГУ, решив, что они уже не такие незнакомцы, как раньше, она все же решилась и завела этот разговор. Правда, вначале они по ее просьбе вышли на улицу, ей не хотелось, чтобы кто-то подслушал их.

– Мартин, а у тебя есть тут друзья? – спросила она его.

– Да, конечно, у меня много друзей, – ответил ей он. – Вот взять хотя бы того же самого Альфреда, с которым мы живём в одной квартире.

– Нет, я имела ввиду не иностранцев, как мы с тобой, а местных советских жителей. Мне просто стало любопытно, как они живут, ну и хочется пообщаться с ними, понять каким образом у них тут жизнь устроена… – поморщившись при воспоминании о прилипчивом итальянце, сказала Луиза.

– Так у тебя же полно однокурсников из Советского Союза! – удивился простодушно Мартин.

Луиза сильно разозлилась, что он такой непонятливый, на намёки не реагирует, но никак это