Одинаковые. Том 3. Индокитай - Сергей Насоновский

заиметь многие, по словам китайца. Марко де Соуза планировал продать ее за немалую сумму. Такие сделки были прибыльным бизнесом в португальской фактории. Он уже успел и рекламу дать по своим клиентам. Я похолодел от этой новости. Времени оставалось очень мало. Нужно срочно что-то предпринять, пока её не перепродали европейцам. При этом, что делать с Вань Юндэ? Я пока не знал. Если его оставить в живых, он может поднять шум. А если его убить, то шум поднимется гарантированно. Как говорится… куда не кинь, всюду клин.

— Слушай меня, Вань Юндэ — сказал я ему, стараясь немножко поменять голос.

— Ты хочешь жить?

— Д-д-д-да — заикаясь, испуганно сказал тот.

— Так вот, я сейчас уйду, но вернусь, если ты захочешь меня разыскать. Либо предупредишь эту португальскую сволочь о том, что к нему есть большой интерес у серьезных людей. Ты меня понял?

— П-п-понял, — пробормотал Вань Юндэ.

Честно, я не особо доверял этой мрази, но, как уже говорил ранее, особого выбора и времени на обдумывание более грамотных действий совсем не было.

Я вышел из чайного дома, когда закончил свои дела с работорговцем. Очень надеюсь, что эта перворазрядная сволочь выберет жизнь нелепой смерти и не побежит никому рассказывать о том, что некие люди ищут русскую девушку, да еще ту, которую он лично продал португальцу — к слову — факт торговли людьми в Китае в XIX веке не приветствовался, и тех, кто был кому-то не угоден, могли легко вздернуть за такую торговлю.

У Лёхи не получилось толком ничего узнать в португальской фактории — да и его попросту не пустили на территорию: увидев внешний вид и поняв, что этот индивид может быть заразен для белых европейцах — носителях высокой культуры в этих диких землях.

У нас оставалось примерно 4 часа до того, как произойдёт аукцион. И за это время нужно разработать, а главное реализовать план, как нам вытащить Саньку. Как назло, никаких простых идей и решений не приходило на ум. Ну, конечно, как вариант — по нашей старой доброй традиции просто вломиться и открыть стрельбу во всё, что движется. Но на территории португальского поселения, где часто трутся и другие европейцы, может быть около двух тысяч человек, и нам придется всех перемочить — и правых и виноватых — нет этот вариант и как-то мне не нравится. Надо искать что-то более адекватное. И тогда Лёха с Никитой, в тех же нарядах под болеющих скитальцев, направились в сторону порта, где им приплатив местным оборванцам немножко медных китайских монет удалось выяснить, какой корабль принадлежит Марко де Соуза.

Так. Примерно в полпятого Лёха с Никитой заняли позиции на пирсе, откуда хорошо просматривались два судна. День ещё был светлый. В Фучжоу солнце садилось около семи вечера, как сказал Ли Вэй. Первое судно, которое нас интересовало, был португальский бриг, командовал им Марко де Соуза — известный многим по работорговле в Китае. Его чёрные борта с медными заклепками блестели в полуденном солнце, а на мачтах развевались вымпелы с изображением святого Георгия. Компактный, но манёвренный бриг имел две мачты с прямыми парусами; на палубе виднелись миниатюрные пушки, надстройка капитана украшалась декоративными решётками. Корабль выглядел современным для своего времени. Рядом пришвартовался французский клипер под командованием капитана Жан-Луи Легранда. Это был изящный корабль с белоснежными парусами, выделявшийся среди прочих в порту: стройный корпус украшали медные детали, на корме развивался французский триколор; клипер имел длинный корпус и острые обводы. Вдоль бортов виднелись спасательные круги с гербом Франции. Не знаю, зачем этот корабль стоит здесь рядом с португальцем. Братья внимательно посмотрели и убедились: подойти к бригу незаметно вряд ли получится. Значит, придётся ждать окончания аукциона и перехватывать Саньку после того, как её выведут из португальской фактории. Мозг усиленный кратно пытался оценить сложившуюся ситуацию и найти оптимальное решение имеющейся проблемы.

В порту появилась процессия: двое европейцев вели Саньку под руки. Девушка была одета просто, но с особым шармом. Лёгкое платье из тонкого шелка подчеркивало её стройную фигуру, а незамысловатая прическа лишь добавляла очарования. Её естественная красота была главным козырем в плане торговцев. Мы с братьями, наблюдавшие за происходящим из толпы, затаили дыхание, но никак не ожидали, что её так искусно подготовят к продаже. Никита и Лёха, прикрываясь мешками с товаром, ринулись вперёд. Я же, изображая портового чистильщика в помятой одежде, расставил свои ящики неподалёку от процессии и нарочито громко зазывал прохожих, отвлекая внимание стражников и создавая суету. Выходит работорговля в Китае поставлена на широкую ногу, подумал я.

И здесь внезапно городская стража в количестве не менее дюжины вооруженных человек окружила место действия. В круг попали мы с братьями, и Санька с европейцами. Зазвучали резкие команды, из которых удалось разобрать лишь часть слов, но основной посыл был предельно ясен, раздался выстрел в воздух, залязгали сабли, доставаемые из ножен. В этот момент мы с братьями заметили Вань Юндэ. Он стоял и самодовольно ухмылялся, наблюдая за происходящим.

Никиту и Леху схватили моментально, шансов вырваться сейчас практически не было. Затем очередь дошла до меня. Когда они приблизились, я оттолкнулся и ушёл в воду, так как находился совсем рядом с пирсом. Саньку увели на борт французского клипера. Это успели увидеть Никита с Лёхой, которых уводили от пирса всё дальше и дальше. Вань Юндэ вышел им навстречу и, глядя на них, сказал:

— Думали русские щенки, что сможете меня запугать? Теперь ваша сестра станет украшением коллекции какого-нибудь французского вельможи, а вы сгниете в нашей тюрьме…

Глава 5

Путь в Хайфон: Морское путешествие

Тюрьма встретила Лёшу и Никиту сыростью и затхлым воздухом. Каменные стены были покрыты многолетней плесенью, а в воздухе витал тяжёлый запах. В нашей камере два крошечных окошка под потолком, забранных толстыми железными решётками. Внутри голые каменные нары с тонкими соломенными матрасами, ржавая миска для еды и ведро параши в углу. Массивная дверь из дубовых досок, окованных железом. За стеной слышались шаги патруля и лязг открываемых и закрываемых запоров дверей.

Когда я нырнул с пирса, то сразу ушёл под воду, зная, что меня могут искать, поэтому проплыл метров двадцать, набрал воздуха и, сделав еще один рывок под водой, вышел на берег в укромном месте, между рыбацких лодок.

Когда парней завели в камеру, понял, что штурм китайской тюрьмы может стоить слишком дорого: придётся вырезать огромное количество людей,