Место твое впереди - Николай Ивушкин

После его смерти именем генерал-майора А. Г. Котикова названа одна из площадей столицы ГДР. Выступавший на митинге бургомистр района высоко оценил заслуги А. Г. Котикова в осуществлении демократических перемен в Берлине в первые послевоенные годы.

Противник учитывал важность полесского направления и заблаговременно превратил Мозырь и Калинковичи в мощные узлы сопротивления. На подступах к Мозырю, в 25–30 км, на линии Большие Автюки, Прудок, Шерейки, Гряда, Барбаров был создан сильно укрепленный рубеж обороны с многочисленными траншеями, дзотами, инженерными заграждениями.

С ходу прорвать оборону врага не удалось. Дивизия получила приказ закрепиться. Во всех частях и подразделениях закипела работа — воины укрепляли оборонительный рубеж. Велась разведка боем. Широко развернулось снайперское движение. За короткий срок опытные и молодые снайперы нашей дивизии (если сложить их счета) истребили больше батальона гитлеровцев.

Заканчивался сорок третий, начинался новый, сорок четвертый год. Прямо на переднем крае, в окопах и блиндажах, командиры тепло поздравляли солдат с Новым годом. Ветеранам войны вручались новогодние поздравления от командования 61-й армии и нашей дивизии. В это время у нас находились гости — представители трудящихся Удмуртской АССР. Это был настоящий праздник братства фронта и тыла. Гости жили в наших блиндажах и землянках, проводили долгие часы на передовой, беседуя с бойцами. В те дни было относительно тихо: только время от времени артиллерия противника била по площадям, иногда давали одну-другую очередь пулеметы. Но то, что у нас считалось затишьем, для гостей выглядело крещением огнем. С другой стороны, простая фронтовая пища казалась богатой и обильной тыловикам, жившим по строгим карточным нормам. Гости восторгались героизмом красноармейцев; бойцы переполнялись нежностью к тонким, в ссадинах и мозолях, рукам женщин, заменивших мужей у станков. Гордость за своих матерей, сестер, невест, сутками не выходивших из цехов, умевших безропотно переносить и холод и голод, согревала сердца. Они там, в Удмуртии, жили одной мыслью: «Все для фронта!»

Инструктор обкома партии Дьякова, колхозный бригадир Стародубова, секретарь комсомольской организации колхоза Зубарева и наши снайперы Швыдченко, Ранчугов, Сабитов сфотографировались вместе.

Рассказы гостей из тыла дополнялись письмами. Их было особенно много в предновогодние дни.

Большая дружба связывала наших воинов с трудящимися Куйбышевской области. Наша дивизия получила Красное знамя Куйбышевского обкома партии и облисполкома. Полки тоже получили красные знамена от районов области.

За несколько дней до Нового года в дивизию прибыл вагон подарков от трудящихся Куйбышевской области. Подарки, среди которых были кисеты, носки, перчатки, вышитые платочки, вручались прямо на передовой. К каждому было приложено письмо. Сколько радости они приносили фронтовикам!

Подтвердилось высказывание В. И. Ленина о том, что в победе над врагами Советского государства огромную роль сыграли прочные связи тыла и фронта, что советский тыл является одним из источников высокого морального духа Красной Армии. «Когда красноармейцы видели, что в тылу о них заботятся, — говорил В. И. Ленин, — тогда Красная Армия была одушевлена тем духом, который давал ей победу»[23].

Пребывание в обороне позволило политотделу дивизии более основательно заняться расстановкой коммунистов в подразделениях. Необходимость в этом была большая. Во время наступательных боев, длившихся лето, дивизия несла потери. Не во всех подразделениях, особенно стрелковых, удавалось в ходе боев компенсировать потери коммунистов за счет роста партийных рядов. Теперь много достойных воинов, отличившихся в боях, было принято в комсомол и в партию. Представилась возможность укрепить партийно-комсомольскую прослойку среди разведчиков, пулеметчиков, боевых расчетов противотанковых ружей. Были также подобраны в подразделения парторги и комсорги. Проведены с ними занятия. Нам представилась возможность собрать на семинар заместителей командиров батальонов по политической части.

После реорганизации структуры партийных и комсомольских организаций и упразднения должности заместителя командира роты по политической части роль замполитов в батальонах значительно возросла. Это к ним, замполитам в батальонах, можно отнести стихотворение «Замполит» поэта Бориса Слуцкого:

То советующий, то приказывающий,Забирающий в оборот,Я был стрелкой, всегда указывающей:«На Берлин! На Запад! Вперед!»

Дотом веры, надежды дотомЯ по всей стране проходил...Был приказом, песней, советом,Принесенным к бойцу письмецом.Был начальником, но при этомБыл товарищем и отцом.

Заместители командиров батальонов по политчасти были непосредственными организаторами партийно-политической работы в бою. Они повседневно руководили парторгами и комсоргами батальона, вникали во все стороны жизни подразделений. А ведь в батальон входили три стрелковые роты, пулеметная, минометная роты, взводы противотанковых ружей, 45-мм пушек, взвод обеспечения, связисты. Надо было поспевать, всех охватить своим влиянием.

Батальон в бою часто решал самостоятельную тактическую задачу. В ходе боя много раз замполитам приходилось брать на себя командование батальоном. Политработников с командирскими навыками, как, впрочем, и командиров с навыками политработников, в дивизии было много. Фронтовая обстановка далеко не всегда позволяла разграничивать функции тех и других. А это требовало все настойчивее и шире дополнять практику теоретической учебой. Как ни сжато время на войне, бывают ведь и относительно свободные часы. Практика войны каждому, кто умел думать и учиться, давала возможность пополнять военные знания. Взять, к примеру, замполита батальона капитана В. Н. Клименко. Под деревней Грохово он хорошо провел ночной бой, за который был награжден орденом Александра Невского. Хочется назвать и других замполитов батальонов, не раз побывавших в огне боев: лейтенанта П. Д. Пономарева, старшего лейтенанта В. А. Ненина, капитана В. В. Родионова, старшего лейтенанта М. Н. Кузьменко, лейтенанта М. Е. Винокурова, капитана И. Т. Заливко, старшего лейтенанта Г. П. Верченко, старшего лейтенанта М. П. Музыка, капитана А. С. Кретова.

Забегая вперед, скажу, что А. С. Кретов после войны окончил Военно-политическую академию имени В. И. Ленина и работал старшим инструктором управления пропаганды и агитации Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота. Достойны, конечно, быть названными здесь и многие другие политработники, но, к сожалению, всех перечислить невозможно.