Место твое впереди - Николай Ивушкин

Наши воины так и делали. Когда немецкий танк приблизился к траншеям 1-го батальона 111-го полка и начал разворачиваться для того, чтобы пойти вдоль траншеи, командир батальона старший лейтенант Митрофан Павлович Маринченко метнул противотанковую гранату. Поврежденная машина остановилась. Полетело еще несколько противотанковых гранат, и танк перестал вести огонь. После этого комбат поднял людей в атаку. Отрезанные от танка гитлеровцы не выдержали удара и отступили.

Не имели успеха попытки врага смять батальон старшего лейтенанта Н. М. Трохина. И здесь гитлеровцы пустили в ход танки. Два из них подошли к траншее, но артиллеристы отдельного противотанкового истребительного дивизиона уничтожили их. Бежавшие за танками фашисты ворвались в траншею. Младший сержант В. К. Казанский свидетельствует — в ход пошли автоматы, гранаты, штыки.

Пример стойкости и боевого мастерства показали командир батальона Николай Митрофанович Трохин, его заместитель по политчасти Николай Федорович Белоусов, парторг Емельян Дмитриевич Курилов, находившиеся среди бойцов. Завершить разгром врага помог взвод автоматчиков, высланный командиром полка.

Здесь уместно будет несколько подробнее сказать о парторге батальона Е. Д. Курилове. Когда он пришел в нашу дивизию, ему исполнилось 40 лет. В партию он вступил в 1932 году. Имел опыт партийной работы. Скупой на слово, несколько медлительный, он тем не менее сумел быстро установить контакт с бойцами. Очевидно, этому способствовали человечность, душевная щедрость.

Я уже говорил о том, что во время Курской битвы парторги и комсорги батальонов большую часть своего времени проводили в боевых порядках — воевали, учили, агитировали, вели за собой людей. Таким был и Курилов.

Во время наступления 111-го полка на деревню Чувардино батальон Трохина попал под сильный пулеметный огонь гитлеровцев. Все залегли. Тогда парторг Курилов с небольшой группой бойцов ползком выдвинулся во фланг противнику, ворвался в траншею и уничтожил немецкий пулеметный расчет. Путь для наступления батальону был открыт.

Первичные партийные организации постепенно накапливали опыт работы. Стойкость, выдержка, боевое мастерство воинов при отражении контратак врага, а затем и успешное продвижение вперед были лучшим свидетельством действенности воспитательной работы парторга Курилова.

Забегая вперед, скажу, что Емельян Дмитриевич Курилов прошел с дивизией весь ее боевой путь. Не раз приходилось ему водить бойцов в атаку, прижиматься к земле под артиллерийским обстрелом и бомбежками, но счастье сопутствовало парторгу. Однажды немцы ворвались в траншею и бросили в блиндаж, где находился Курилов, гранату. Но мгновенная реакция выручила. Курилов успел поймать гранату за ручку и выбросить ее из блиндажа. В другой раз повозка, на которой он ехал по лесной дороге, подорвалась на противопехотной мине. И на этот раз он остался невредим.

Однако вернемся к событиям на плацдарме. Потерпев неудачу на участке 111-го полка, противник начал контратаковать 228-й полк. Основной удар принял на себя 1-й батальон капитана Сергея Пикунова, наступавший вдоль берега Днепра. Когда гитлеровцы приближались к окопам, горячий, вспыхивающий как порох лезгин Шарип Шарипов с возгласом «Комсомольцы, за мной, джигиты, вперед!» первым поднялся в атаку и увлек за собой бойцов.

Комсомолец Темников прикрыл их огнем станкового пулемета. У рядового Мелехина было разбито противотанковое ружье, он подобрал на поле боя ручной пулемет и открыл огонь по врагу. Среди бойцов, отбивавших контратаки врага, все время находились парторг полка капитан И. И. Мухин и комсорг полка лейтенант П. П. Василеженко. Они личным примером увлекали бойцов в атаку.

Бой длился несколько часов, а отбросить врага не удавалось. Командир полка понял, что настало время оказать помощь батальону. Командовал 228-м полком майор Сергей Николаевич Ноженко, в прошлом пограничник, не расстававшийся с зеленой фуражкой. Заместителем по политической части у него был майор Николай Васильевич Дмитренко. К нам в дивизию он пришел из авиации. Командир и его заместитель по политической части не походили друг на друга. Майор Ноженко — стройный, подтянутый, порывистый, беспокойный. Майор Дмитренко — полный, добродушный, спокойный. Говорят, противоположности сходятся. Оба майора были неразлучны. Везде появлялись вместе. Жили душа в душу.

Майор Ноженко приказал начальнику штаба А. И. Манайникову оставаться на КП, а старшему лейтенанту Н. Г. Порфирьеву вынести на поле боя Знамя полка. Захватив взвод автоматчиков, он вместе с Дмитренко появился в боевых порядках 1-го батальона. Есть все-таки особая вдохновляющая сила в развевающемся знамени, в примере военачальников...

Контратака врага была отбита.

Среди отличившихся в этом бою хочется в первую очередь назвать командира 45-мм орудия старшего сержанта Павла Осипова. Находясь в боевых порядках пехоты, он вел огонь по наступающему противнику, подбил один танк, а когда кончились снаряды, продолжал стрелять из автомата. Комсомолец сержант Александр Берестовой уничтожил из автомата шесть фашистов, а его друг рядовой Иван Шаталов еще двоих. Командир расчета 82-мм миномета старшина Иван Пичугин метким огнем уничтожил 10 фашистов, подавил огонь двух немецких минометов и пяти пулеметов. Большие потери нанесла врагу батарея 120-мм минометов Ф. С. Бурлака..

В этот день воины всех наших подразделений сражались до последнего патрона и гранаты, а когда кончались боеприпасы, завязывали рукопашные схватки. В яростном бою мужественно дрались офицеры Александр Сидоренко, Василий Кузнецов, Семен Павлов, Хаим Штейнгарт, Борис Хайров, Степан Пономарев, Александр Артюхов, Карим Садыков и другие.

Часто на место выбывших из строя командиров становились партийные и комсомольские работники, сержанты и красноармейцы. Например, командир отделения молодой коммунист Михаил Пивнев взял на себя командование взводом. Комсорг батальона Николай Кондрус и парторг 3-го батальона 111-го полка Турба Ванчиков возглавили стрелковые роты.

Среди огня, рискуя жизнью, находились санинструкторы, санитары-носильщики. Среди них было немало девушек. Удивительно, как в жестоком бою, при нечеловеческом напряжении сил женщины не теряли врожденной своей мягкости, великой терпеливости и, не боюсь сказать, обаяния. До сих пор образцом доблести и красоты остались для меня девушки в шинелях; среди них комсомолки санинструкторы Поля Степанова и Мария Дводненко, фельдшеры Суюмбак Тахтамышева, Галина Федько, Лиза Платонова-Иохим, Юлия Тико-Сарычева, Нина Павлова, Нина Орлова, Женя Петрова и другие. Они спасли жизнь многим солдатам и офицерам. Нелегко было и другим медицинским работникам. На небольшом плацдарме ротные участки и БМП (батальонные медицинские пункты) фактически совмещались и находились в каких-нибудь 20–30 метрах от окопов переднего края. Да и полковые медицинские пункты были на правом берегу Днепра в трехстах метрах от передовой. Дальше расположить их не представлялось возможным.