Смех и смертный грех - Дарья Калинина

Собеседник тоже малость успокоился, выкричался и начал давать инструкции, на которые мужчина отвечал односложно:

— Да… Да… Понял…

Таким образом он «дакал» минуты две, а потом уточнил:

— Значит, вторая ель?.. Где говорите?.. Ах, от камня… Ладно, как сделаю, сразу же вам отзвонюсь!

Закончив разговор, мужчина сунул руки в карманы джинсов и принялся покачиваться с пятки на носок. При этом он насвистывал мотивчик, вид у него был довольный, он даже начал улыбаться. Белая майка с глубоким вырезом позволяла видеть курчавую шерсть, которой густо поросла его грудь.

— Доброе утро, — поздоровалась с ним Леся.

Мужчина вздрогнул и тут же перестал свистеть. Видимо, до сих пор он полагал, что находится в одиночестве. Теперь же он затравленно взглянул на Лесю, потом выругался, повернулся и быстро зашагал прочь.

— Псих какой-то, — пожала плечами Леся. — Чего побежал?

А она-то хотела за неимением других собеседников побеседовать хоть с этим о красотах здешних мест. Вот и побеседовала, называется. Нет, мужик точно ненормальный. В поисках более подходящих собеседников Леся двинулась дальше. И вскоре с удивлением увидела перед собой знакомую фигуру. Это была Лариса. С ней был мужчина. Эти двое стояли на корме, тесно прижавшись друг к другу.

Общение с тетей Ларисой отлично укладывалось в планы Леси. Вот только тетя Лариса была не одна. Уместно ли тревожить женщину, когда она так славно воркует с кавалером? Наверное, не стоит им мешать. Леся сделала уже несколько шагов назад и только тут подумала: а что делают эти двое тут в такую рань?

Издалека казалось, что Лариса и ее друг просто смотрят на воду, слов на таком расстоянии не было слышно. Но потом до слуха Леси донесся приглушенный бубнеж. А значит, о чем-то эти двое все же между собой разговаривали, только очень тихо. Слов на таком расстоянии было не разобрать, и внезапно Лесе стало любопытно. Она снова сделала несколько шагов вперед, приблизившись настолько, что могла кое-что слышать.

— Мне кажется, следователь все-таки подозревает Игоря, — произнесла Лариса.

— Но у него же алиби, ты говорила.

— Ах, алиби — это еще не самое главное. У Игоря был мотив!

— Не у него одного, — буркнул мужчина. — Старуха была еще той пройдохой. Я лично считаю, что она получила по заслугам.

От удивления Леся окаменела на месте. Она ожидала, что Лариса сейчас залепит негодяю, посмевшему оскорбить память ее матери, звонкую оплеуху или как-то иначе отреагирует на его слова, но Лариса ничего на это заявление не ответила. Она продолжала стоять, тесно прижавшись к мужчине.

— Как ты думаешь, теперь ты сможешь уйти от жены?

— Теперь? Когда старухи не стало? Ясное дело! Почему же нет? Мне всегда этого хотелось, а тут жилплощадь освободилась! Конечно, я уйду, даже можешь не сомневаться.

— О! Как я рада!

— Ну, пришло твое время, — похлопал мужчина Ларису по тощей заднице. — Радуйся.

После этих слов Лесе стало очень интересно взглянуть на самодовольного типа. Вот бы взглянуть на его физиономию! Есть там чему Ларисе радоваться или же нет?

К сожалению, с ее места это не очень-то получалось. Но все же она поняла, что мужчина упитан и обладает какой-то бабской фигурой. Совсем такой же фигурой, как у…

— Как там мой сынок? — произнес в этот момент мужчина, сбив Лесю с мысли. — Не очень он переживает?

— Как тебе сказать, — отозвалась Лариса. — Игорь был очень близок с бабушкой. Несмотря на то что она порядком его допекала, он все равно был к ней привязан. Конечно, он переживает ее смерть.

Игорь? Сынок? Выходит, этот тип и есть отец Игоря? Тот самый, про которого Лариса говорила, будто бы он умер? А он, выходит, совсем не умер, а просто дожидался все эти годы жилплощади, которая теперь со смертью старухи — Надежды Сергеевны, освобождалась!

— Хорошо, что ты позвала меня в это путешествие. Дома все надоело, ты себе не представляешь! А тут и старуха ласты склеила, удачно все получилось.

От всего этого в голове у Леси пошла легкая круговерть. Но на обдумывание услышанного времени не оставалось:

— Привет!

Леся вздрогнула и перевела взгляд. Так и есть, сюда приближается Игорь. Он тоже увидел ее, лицо его скривилось. А губы прошептали:

— Убийца!

Леся поняла, что Игорь по-прежнему считает их виновными в смерти старушки, и ей стало совсем неприятно. Между тем Лариса и ее кавалер тоже услышали голос приближающегося Игоря. Мужчина нервно вздрогнул и кинулся прочь. Игорь проводил его изумленным взглядом, а потом вопросительно взглянул на мать.

Но Лариса ничего не сказала в свое оправдание.

— Где ты был? — спросила она у сына вместо этого. — Я пришла к тебе, а тебя нет.

— А кто это тут с тобой был?

— Кто? — делано удивилась Лариса. — Тут? Просто спросил, когда будет завтрак.

Почему она врет? Этого Леся не понимала. Она видела, что и Игорь не поверил матери.

— Здравствуйте, тетя Лариса! — громко произнесла Леся. — Привет, Игорь!

Желать «здравствия» противному Игорю она не стала нарочно. И без того ее голос произвел на Ларису впечатление разорвавшегося снаряда. Она подпрыгнула на месте так высоко, что Лесе на секунду даже показалось, что Лариса сейчас свалится в воду. К счастью, этого не произошло. Но Лариса уставилась на Лесю с таким выражением, как давеча тот мужик в майке.

— Вот прогуляться вышла, — как ни в чем не бывало произнесла Леся. — Воздухом подышать.

Игорь и тетя Лариса молчали.

— А вы что же? — продолжала разговор Леся. — Тоже воздухом дышите?

Ответила ей тетя Лариса.

— Да воздуха-то нам уж хватило, — почему-то сварливым голосом произнесла она. — Бедный Игорек всю ночь был вынужден провести на палубе. Капитан только и распорядился, чтобы ему несколько одеял выдали. Вот и вся помощь! Лежи и дыши! Небось на всю жизнь воздухом бедный мальчик надышался.

И Лариса сделала попытку погладить Игоря по голове, но тот дернулся, и рука бессильно упала.

— Тут Игорек и спал.

Лариса кивком головы указала на шезлонг, на котором и впрямь лежало несколько одеял, скрученных неопрятным комком.

— Почему же Игорь тут спал? — удивилась Леся.

— Потому что места ему не нашлось. Игорь ведь в каюте с бабушкой ехал. А теперь там место преступления.

— Неужели другой каюты нет?

— То-то и оно! Никакого другого места капитан ему не предоставил. Сказал, что все занято. Те свободные места, что были, он полицейским отдал. А Игорька тут поселил. Хороший сервис, нечего сказать!

Лесе стало стыдно. Каким бы противным ни был Игорь, они должны были подумать о том, где он проведет ночь. Все-таки родственник.

— Скажите, я давно хотела вас спросить, а почему Игорь поехал в одной каюте вместе с бабушкой? Помню, я еще удивилась, когда узнала, что он намерен поселиться с ней.

Леся помнила, что тогда ей была озвучена версия, будто иначе Игоря не с кем будет поселить. Целую каюту пришлось бы выделить ему одному. Лариса поселилась с какой-то дальней родственницей, а вот Игоря поселить с кем-то в паре не удалось. Найти подходящего мужчину, чтобы они заселились в каюту вдвоем, не случилось.

— Мы тебе деньги решили сэкономить, — объяснила ей Лариса. — А ты совсем нам не благодарна. И вместо того, чтобы спасибо сказать, теперь вопросы какие-то задаешь непонятные.

Тем не менее, несмотря на вполне внятное полученное объяснение, Леся видела, что ее вопрос вызвал замешательство как у Ларисы, так и у Игоря.

— В конце концов, захотел да и поехал! — буркнула Лариса, словно бы этим восклицанием подводя некий итог.

А Игорь еще добавил:

— Любил я очень бабушку! Не то что некоторые!

Он не продолжил, но Леся и так поняла, что он хотел сказать. Это был очередной камень в огород Эдика и в ее собственный садик.

Ничего не сказав этим двоим, Леся молча повернулась и пошла прочь. Тон, в котором шел у них разговор, был Лесе неприятен. Она чувствовала враждебность, которую излучал в ее сторону Игорь, и не хотела находиться с ним рядом. Такие дивной красоты места, которые окружали ее со всех сторон, требовали совсем иного состояния души.

Она также понимала, как Ларисе сейчас приходится трудно, и не обвиняла ее. В той ситуации, которая сложилась у ее сына, Эдика и его друзей, Лариса находилась где-то посредине. Ей нужно было вести себя очень осмотрительно и осторожно, чтобы не обидеть ни тех, ни других. С одной стороны, ей не хотелось ссориться с родней, а с другой — она очень боялась обидеть своего сына, которого любила искренне и горячо.

Вот только Лесе казалось, что Лариса, любя Игоря, не очень хорошо знала своего сына. Ведь занятая на работе, она совсем мало времени проводила с ним. Лариса считала, что карьера — это самое важное. И Надежда Сергеевна целиком и полностью разделяла это мнение дочери.