Звезда Ассирийского царя - Наталья Александрова

Ежик издал боевой крик индейцев айдахо и набросился на мешок.

– У него же диатез, ему нельзя… – слабо протестовала Юлия, но ее никто не слушал.

Было так хорошо сидеть на кухне за столом, и есть, и неторопливо разговаривать о пустяках, и смеяться вместе с Ежиком, и не думать о том, что будет завтра.

Машину запустить так и не успели, Ежик едва не заснул прямо за столом. Иван отнес его в кроватку, потом пошел к себе. Теткин камень он спрятал в пустой спичечный коробок и убрал в тумбочку, которая стояла возле кровати.

Утром спали долго, потом позавтракали остатками вчерашнего пиршества, после чего Иван засобирался. Юлия пробовала его отговорить, но не удалось.

– Я должен, – сказал он, – я должен выяснить наконец, кто убил мою жену. А для этого нужно поговорить с Борисом. Уж он-то знает, он мне за все ответит…

На это возразить было нечего.

После его ухода Юлия занялась хозяйством, потом позвонили из бассейна и спросили, в какую Ежик будет ходить группу. Освободилось место с очень удобным временем – как раз после дневного сна. Юля обещала привезти сына сегодня же.

Она жарила котлеты в кухне, когда услышала в коридоре какую-то возню. Она решила, что Иван что-то забыл и вернулся, выглянула в полутемный коридор и спросила:

– Вань, ты?

И тут же по силуэту возле дверей поняла, что это не Иван. Иван занял бы полкоридора.

Щелкнул выключатель, и Юля увидела возле двери Алексея.

На лице бывшего мужа было выражение наигранной обиды.

– Вот, значит, как? – проговорил он ненатуральным высоким голосом. – Уже, значит, Ваня? Уже, значит, на «ты»?

– Ты что? Что ты несешь? – начала было Юля, но тут же рассердилась на себя за то, что оправдывается, обороняется, то есть делает именно то, на что рассчитывал Алексей.

– Ты вообще зачем пришел? – проговорила она зло. – Деньги принес? Если принес – давай!

– Деньги? – При упоминании денег Алексей поскучнел и утратил кураж. – Ты понимаешь, сейчас у меня денег нет, но мне заплатят буквально завтра, и тогда я непременно принесу…

– Вот тогда и приходи! – рявкнула Юля и шагнула вперед, тесня Алексея к дверям. – Если деньги дадут завтра – приходи послезавтра! А сейчас вали отсюда, нечего тебе здесь делать! Ты мне алименты за полгода должен!

– Юлечка, подожди… – залебезил Алексей. – Зачем ты так… ведь мы с тобой… ведь у нас… может быть, мы попробуем еще раз?..

– Что-о? А ну, пошел отсюда! – Юлия сделала еще шаг, но в это время за ее спиной появился Ежик.

Он стоял возле двери, держась за перильца, которые смастерил Иван, и удивленно смотрел на Алексея.

– Папа? – проговорил он. – Ты мне что-нибудь принес?

– Принес! – Алексей оживился, оттеснил Юлию, вытащил из кармана дешевую пластмассовую машинку, опустился на колени и протянул игрушку сыну. – Смотри, какая хорошая машинка!

Юля закусила губу. Она хотела вышвырнуть Алексея прочь из квартиры вместе с его грошовой подачкой, но не хотелось пугать ребенка, к тому же Ежик уже взял машинку. Он наклонился, поставил ее на пол и попробовал покатать. У машинки тут же отвалилось колесо.

– Сломалась! – разочарованно проговорил мальчик. Губы его задрожали.

– Подожди, я сейчас… я починю… – засуетился Алексей, схватил игрушку и попытался приделать колесо на прежнее место, но оно снова отвалилось.

– Ничего, – протянул Ежик, успокаиваясь, – дядя Ваня починит! Он так хорошо другую машинку починил – она и ездит, и светится, и поворачивает куда угодно, и музыка играет… хочешь, я тебе покажу?

– Что? – В голосе Алексея снова зазвучало праведное негодование, он уставился на Юлию прокурорским взглядом. – Уже дядя Ваня? Мало того, что ты водишь сюда каких-то посторонних мужчин, так ты доверяешь им… ему… моего ребенка?

– Что ты несешь? – от неожиданности Юля оторопела. – Это я вожу сюда мужчин? Да ты в своем ли уме? Ведь это твоя мамаша вселила сюда Ивана, чтобы мне напакостить, – или ты забыл эту незначительную деталь? Комнату ему сдала, чтобы нам жизнь раем не казалась! Все, мое терпение кончилось! Проваливай! И чтобы я тебя здесь больше не видела!

– Вот интересно! – Алексей подбоченился. – Это моя квартира, я имею право…

– Ничего ты не имеешь! – оборвала его Юлия. – Одна комната – моя, мы с ребенком в ней прописаны, а вторую твоя мать сдала! И деньги взяла вперед! Так что вали отсюда срочно, а то вернется Иван и накостыляет тебе как следует!

Вспомнив пудовые кулаки Ивана, Алексей попятился.

– Ну зачем ты так… – заныл он. – Подожди… поговорим, обсудим все как интеллигентные люди…

– Где ты тут видишь интеллигентного человека? – огрызнулась Юлия. – Все, мне надоело, выметайся! Вообще, нам с Ежиком уходить нужно, и я не собираюсь тебя здесь оставлять – мало ли, еще пропадет что-нибудь, кто тебя знает!

Алексей побагровел от возмущения, но Юля уже открыла дверь и вытолкала его на лестничную площадку.

– Ты не очень-то! – заорал бывший муж. – Ишь, расхрабрилась! Из собственной квартиры гонит!

– Со своей мамашей-ведьмой этот вопрос выясняй! – Юлия пихнула его в открывшиеся двери лифта, там находился сосед сверху с собакой.

Собака была породы ризеншнауцер, и звали ее Грушей.

Ризеншнауцеры – собаки серьезные, охранные, они приучены не подпускать к себе никого, кроме хозяина, ближе чем на два метра. Помещение лифта Груша расценивала, как свое собственное пространство, поэтому облаивала всех, кто пытался подсесть по дороге, облаивала и пыталась укусить.

Алексей с Грушей знаком не был – он давно уже не жил в этом доме. По инерции он проскочил в лифт и до самого низа лицезрел злобную морду рядом с собой. Груше на прогулку надели, разумеется, намордник, а не то плохо бы ему пришлось.

Выйдя из дома, Алексей перешел через дорогу и зашел в маленькое кафе, откуда хорошо просматривался подъезд. Он сел за свободный столик возле окна и задумался.

Ситуация у него складывалась безрадостная.

Его приятельница Лерка, у которой он жил последние три месяца, накануне выгнала его за дверь и выставила на лестничную площадку чемодан с немногочисленными пожитками. И еще напоследок обозвала его тряпкой и пустым местом. Ей, видите ли, не понравилось, что он не приносит ей денег. Ей, видите ли, надоело его кормить задаром!

Деньги, деньги, всем нужны от него только деньги! А где их взять, если никак не удается найти приличную работу? А как найти приличную работу без связей?

Все дело в кризисе, уныло размышлял он, вот почему его уволили из приличной фирмы. Что делать, мировой кризис сказывается на каждой судьбе.

Для самоуспокоения Алексей предпочитал не вспоминать о том, что уволили из той фирмы его да еще секретаршу Ленку, которая вообще ничего не делала, только болталась по коридорам и пила литрами кофе. Они с Ленкой частенько покуривали на лестнице, обсуждая новые рестораны и ночные клубы. Пару раз их там заставал начальник.

Ленке-то все было по фигу, она жила с родителями, папаша ее был крутым и хоть ворчал на Ленку, что она дармоедка, но все же кормил и одевал единственную дочку, а также оплачивал ее развлечения.

С Ленкой они на почве совместного увольнения переспали, а потом болтались по кабакам и ночным клубам, завивая горе веревочкой и запивая все это крепкими коктейлями – Ленка была девка здоровая, крупная и не уважала сладенькую бурду вроде «Пинаколады». Впрочем, довольно скоро они расстались. Ленка пила много, но не пьянела, Алексею, чтобы не уронить мужское достоинство, приходилось пить наравне с ней, и пару раз Ленка притаскивала его домой на себе. В конце концов, по ее выражению, ей надоело носить на плече бревно, как Ленин на субботнике.

Выданные при увольнении деньги быстро кончились, хорошо оплачиваемой работы никто Алексею не предлагал, пришлось устраиваться менеджером в небольшую торговую фирму. Там он продержался недолго – снова пошла волна сокращений, и его уволили одним из первых. Со следующей работы он сам уволился через два месяца, потому что хозяйка оказалась такой стервой, еще поискать. Об сотрудников мужского пола она буквально вытирала ноги. Многие не выдерживали, в фирме была большая текучесть кадров.

Каждая новая должность была менее престижной, каждая следующая зарплата – все меньше. Тут еще Алексей разбил машину, а страховку не успел продлить. Потом пришлось отказаться от съемной квартиры. Алексей ночевал у случайных приятельниц, потом ему подвернулась Лерка с квартирой. На этом удачи и кончились.

Последним местом его работы была маленькая коммерческая фирма, куда он устроился курьером, но и оттуда его на прошлой неделе выгнали! Да еще опозорили как могли, с трудом удалось уговорить начальника не передавать дело в суд…

А всего-то и дел, что он взял себе немного денег из той суммы, которую получил от клиента. Но он же не украл эти деньги – он просто позаимствовал их в счет зарплаты, потому что срочно нужно было отдать долг…