Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

А Лев, ухнув в темную бездну, ушел куда-то глубоко, едва не хлебнув с полведра соленой океанской воды. Его внезапно закрутило мощным водоворотом, образованным движением корпуса судна и огромных ходовых винтов. На какое-то мгновение Гурова выбросило на поверхность, но едва он успел схватить порцию свежего воздуха, очередная воронка снова уволокла на глубину. Когда он уже начал испытывать нестерпимую жажду сделать вдох, океан милостиво вновь выбросил его на поверхность.

Торопливо продышавшись, Лев всего метрах в пяти от себя увидел тот самый загадочный сверток, который, медленно кружась, начал уходить на глубину. Скорее всего, окончательно и безвозвратно. Если бы не турбулентность, созданная ходом судна, этот странный предмет, напоминающий чем-то набитый здоровенный мешок, утонул бы сразу же, как только свалился в воду. Именно завихрения воды удержали его на поверхности. Однако в отдалении от судна, которое быстро уходило куда-то в северо-западном направлении, водовороты скоро угомонились, и в силу тут же вступил общеизвестный закон всемирного тяготения, действующий как на суше, так и в воде.

Сделав отчаянный рывок, уже в глубине Лев правой рукой вцепился в этот здоровенный брезентовый куль, стукнувшись ногой обо что-то твердое и тяжелое, привязанное к одному из его концов. Понимая, что с этим грузом мешок на поверхность не поднять, он почти на ощупь торопливо обрезал веревку и, усердно загребая свободной рукой и ногами, с трудом смог выбраться на поверхность, уже ощущая муки кислородного голодания. Только в момент подъема Лев понял, что в мешке, скорее всего, находится тело человека. И наверняка не убитого – кто бы, кроме него, в момент выброса через иллюминатор мог издавать вскрики и стоны?

Гуров торопливо распорол мешок и, схватив за одежду находившегося в нем какого-то мужчину, отпустил край тяжелой холстины, тут же ушедшей на глубину. Теперь держаться на поверхности стало намного легче. Заметив неподалеку качающийся на волне спасательный круг, Лев подгреб к нему и огляделся, затем, помотав головой, чтобы из ушей хоть немного ушла вода, внимательно прислушался.

Неожиданно в паре сотен метров от него раздался громкий хлопок, и над морем, описав яркую дугу, взлетела сигнальная ракета. Вглядевшись, он увидел что-то темное, движущееся в его сторону. Сквозь неумолчный плеск волн донесся слабый отзвук голоса Станислава Крячко:

– Лева-а-а! Ты где-е-е?!!

– Здесь! Сюда! Я здесь! – собрав все силы, крикнул Гуров.

Как ни странно, но его услышали, и уже менее чем через минуту, поддерживаемый гребцами, он вместе с неизвестным оказался в шлюпке.

– Что, готов? – проверяя пульс на шее мужчины, риторически спросил Крячко. – Скорее всего – все, хана мужику.

– Парни, здесь есть средства реанимации? – несколько придя в себя, поинтересовался Лев.

– Да, сэр, вот аптечка. – Один из гребцов достал из рундука большую пластмассовую коробку.

Не мешкая, Гуров перевернул утонувшего лицом вниз и, подняв его за поясницу, мощным жимом резко сдавил живот. Внутри тела мужчины что-то заурчало, а из его рта и носа хлынул обильный поток воды. Еще пару раз проделав эту манипуляцию, Лев вновь опрокинул его навзничь – прямо на лодочные «банки» и, ударив ребром ладони по грудине, несколько раз надавил соединенными кистями рук на левую сторону грудной клетки. Достав из аптечки тубус для искусственного дыхания, сунул его самому крайнему гребцу и властно распорядился:

– Вдувай ему воздух в легкие!

– Йесс, сэр! – откликнулся тот, проталкивая ближе к гортани утопленника трубку тубуса.

Прошла минута. Утопленник признаков жизни не подавал.

– Ну-ка, дай я жмону! – подвинулся к Гурову Крячко. – Ты и так уже вымотался, а я вроде еще ничего…

В тесном, зыбком пространстве шлюпки они поменялись местами. Явно не рассчитав сил, Стас с гыком несколько раз и в самом деле жмонул так, что в какой-то миг в грудной клетке утопленника что-то хрустнуло.

– Мать твою!.. – растерянно буркнул он. – Блин! Кажись, ребро ему сломал…

Однако, как ни странно, именно это положительно подействовало на состояние их пациента. Тот вдруг слабо дернулся и чуть слышно застонал, после чего зашелся тягостным, удушливым кашлем. Однако и это привело гребцов в неописуемый восторг.

– О-о-о!!! Замечательно! Великолепно! Чудесно! – разносилось над океаном.

Подсвечивая себе фонариком, имевшимся в аптечке, Лев нашел одноразовый шприц с кардиостимулирующим средством и, задрав спасенному штанину на ноге, ввел в нее препарат. Тут же следом ввел и специальный антибиотик, используемый при сильных травмах.

Спасенный на это никак не отреагировал, только прерывисто дышал и временами постанывал. Гребцы, в том числе и Стас, взялись за весла, и шлюпка двинулась в сторону судна…

Происшествие всколыхнуло буквально всех, кто находился на «Принцессе Энни». Мгновенно опустели бары и кафе, казино и театры. Все высыпали на палубы, расспрашивая друг друга о том, что вообще случилось. Дабы избегнуть очередной волны паники, капитан срочно выступил по кабельному ТВ и сообщил, что один из пассажиров судна – мистер Артур Дэннинг – случайно упал за борт, но, к счастью, это заметил уже всем хорошо известный мистер Гурофф. Храбро бросившись вслед, он спас утопавшего, а затем, уже в спасательной шлюпке, усилиями мистера Гуроффа, Крятшко и матроса Билла Энти были успешно проведены реанимационные мероприятия.

В это время в медчасти лайнера врачи хлопотали подле спасенного, который чувствовал себя весьма скверно. Несмотря на приложенные усилия Гурова и Крячко, «хреновы эскулапы», по выражению Стаса, пообщаться к их «крестнику» не пустили. Но неожиданно тот сам изъявил желание увидеть своих спасителей, когда узнал, что эти русские джентльмены – сотрудники российских правоохранительных структур.

Во время недолгого разговора он сообщил, что является работающим под прикрытием сотрудником Интерпола, которому было поручено отследить возможные каналы поставки героина на Американский континент. Он сумел вычислить «главную скрипку» всего этого криминального «оркестра», которым оказался помощник капитана Дэвид Бразжански. Выяснить это ему помогли два подручных главаря – те самые «гавайцы», которых он спрятал в своей каюте. Этим вечером он намеревался проверить один из отсеков трюма, где, по его предположениям, и находился «товар» – не менее полутонны «белой смерти» афганского производства. Неожиданно кто-то сзади ударил его по голове, и он очнулся лишь в момент падения с борта судна. Больше он ничего не помнил, вплоть до того момента, когда вернулся из небытия в спасательной шлюпке.

– Ну, что, идем в трюм? – выходя из палаты, улыбнулся Станислав. – Поглядим, что там в наркозакромах этого корыта?

– Сначала возьмем с собой охранников, хотя бы в виде понятых. А вообще-то надо бы в первую очередь «заластать» помкапа.

– Ну, тогда давай прихватим с собой «языком» качка, чтобы уже ни одна сволочь не отвертелась, – пожал плечами Станислав.

Но когда они пришли на корму в сопровождении нескольких охранников, Ли Эпллтона на месте не оказалось – кто-то его уже освободил. Прибежавший следом охранник Хосе сообщил, что куда-то бесследно исчез помощник капитана, а с ним несколько человек, в том числе и помощник штурмана Эйби Ван Таббо.

– Мать его так! – яростно рубанул кулаком Гуров. – Смылись, уроды, под шумок!

Узнав, что он имеет в виду, начальник охраны заверил, что судно означенные персоны покинуть никак не могли.

– Они где-то здесь, где-то затаились… – пояснил он.

– Тогда усильте охрану всех плавсредств, особенно моторных катеров, – строго распорядился Гуров. – Сколько их здесь?

– Два, сэр! – откликнулся начальник охраны. – Охрану выставим немедленно!

Светя фонарями, они спустились в темный провал грузового трюма. Пройдя вдоль ряда металлических дверей, Лев остановился у самой мощной, снабженной кодовым замком с компактной клавиатурой. Охранники, увидев столь серьезное препятствие, озадаченно загалдели. Лев, не обращая ни на кого внимания, набрал три слова: «знание», «преданность» и «тайна», после чего, наморщив лоб, пощелкал по клавишам набора цифрового кода. Все сразу же притихли, уважительно наблюдая за его манипуляциями.