Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Медленно опустив «беретту», Лев почувствовал, как с его плеч словно свалилась одна из этих черных гигантских каменных глыб. Его спутники, скорее всего, испытывали нечто подобное. Когда катер с глухим вялым стуком ткнулся в камни, Тэд спрыгнул на берег первым и, размотав толстый синтетический фал, притянул судно к одной из прибрежных глыб. Выйдя на берег, Гуров и Крячко не спеша осмотрелись. В обе стороны от них тянулась полоса прибрежных валунов самой разной величины – от глыб в обхват до обломков скал величиной с небольшой деревенский дом. В нескольких метрах от уреза воды, почти отвесно, в вышину, теряясь в темени облаков вулканического дыма, уходила сплошная каменная стена. Лишь в одном месте в ней зияла громадная трещина.

Присмотревшись, Лев отметил, что прибрежные камни были хотя и черного цвета, но какого-то сероватого оттенка, тогда как скальная стена – иссиня-черная, как вороново крыло. Из-за этого возникало ощущение, что каменная громада острова, словно зуб, выросла из донных пород, вспучив их с огромной глубины и раздвинув в разные стороны. Он оглянулся и увидел Стаса, взбирающегося следом за ним на валуны. Тот, видимо желая что-то сказать, беззвучно задвигал ртом, сокрушенно качая головой. Однако только мгновение спустя до слуха Гурова донеслось сказанное Станиславом, хотя тот в этот момент стоял столбом, не двигая ни единым мускулом, с крайним изумлением таращась по сторонам:

– Ну и место, японский городовой! Жуть! Этих хмырей догонять пойдем?

– Надо бы… – ответил Лев, почему-то не слыша собственного голоса. – Но на рожон не полезем. Кстати, что тут вообще за акустика? Я сам себя не слышу!

Но в тот момент, когда он произносил последнее «не слышу», явственно зазвучало: «Надо бы… Но на рожон не полезем. Кстати, что тут вообще за акустика?..» Потрясенный происходящим, Гуров недоуменно посмотрел на Стаса. Этот загадочный акустический эффект воспринимался как нечто невероятное, не поддающееся никакому логическому объяснению. Они переглянулись и разом пожали плечами, совершенно не представляя себе, с какими еще фокусами-покусами рискуют встретиться на этой аномальной территории. Ткнув в себя пальцем, Лев беззвучно произнес:

– Видимо, это их и напугало. Зря они туда сунулись.

Мгновение спустя и он сам, и Крячко услышали эти слова. Закивав, Стас тоже задвигал ртом.

– Давай хотя бы заглянем, посмотрим, что там и как. Далеко углубляться не будем, – запоздало донеслось до Гурова.

Оглянувшись на озадаченно взирающих в их сторону рулевого и охранников, Лев выкрикнул:

– Ждите нас здесь! Мы ненадолго!

Не отрывавший от него взгляда ирландец, кивая головой, ткнул пальцем в ухо, давая понять, что услышал его. Приготовив оружие, Гуров шагнул в сторону расщелины, и в этот момент за его спиной раздался какой-то грохот, отчего под ногами все дрогнуло. Он оглянулся и увидел, как в волны, вздыбив фонтаны, плюхнулся огромный камень, сорвавшийся откуда-то сверху. Видимо, глыба сначала ударилась о прибрежные камни, а затем покатилась в воду. Но грохот от ее падения долетел до слуха все с тем же секундным запозданием. Это наводило на серьезные размышления. На этом острове можно было попасть под каменный обвал, но заметить это только тогда, когда камни уже накроют и похоронят под собой.

Не вернуться ли? Но чувство профессионального долга взяло верх, и Гуров продолжил путь. Поворачиваясь в сторону расщелины, он в последний миг краем глаза успел заметить, как туда шмыгнула какая-то приземистая сгорбленная тень. «Что за чушь?! – внутренне напрягся Лев, хотя и без того пребывал в состоянии, весьма далеком от созерцательно-умиротворенного. – Неужели это тот самый карлик? Похоже, у меня начинается бред наяву…» Он оглянулся в сторону катера и увидел секьюрити, окаменело замерших у левого края борта с безжизненно позеленевшими лицами. Да и не робкого десятка ирландец в этот миг выглядел крайне встревоженным. Неужели и все они увидели нечто пугающее? Например, того загадочного карлика, который преследует их компанию с самого начала круиза?

Стиснув зубы, Лев собрал в кулак всю свою волю и шагнул к расщелине. Заглянув в нее, он увидел узкое ущелье между двух безмерно высоких каменных стен, конец которого терялся вдали. Черный камень скальной породы выглядел опаленным яростным пламенем и во многих местах был даже оплавлен, свисая каплями и сосульками. То здесь, то там на разной высоте от неровного, усыпанного остроугольными обломками камня дна ущелья с обеих сторон зияли непонятные норы с неровными краями. Где-то – не шире полуметра, а где-то – в рост человека и даже выше. Гуров сразу же интуитивно почувствовал непонятную угрозу, таящуюся в этих непроглядно-черных ранах скал.

Пройдя всего несколько десятков метров, он вдруг увидел странное облако тумана, на его глазах принимающее контуры женского тела. Причем от пояса не совсем обычного – в виде огромной змеи. Лицо, волосы, тело странного монстра образовывал клубящийся туман, а вот четко обрисованные, продолговатые, излучающие зеленый свет глаза словно впивались в него, отчего он вдруг почувствовал непонятную слабость и ощутил дикую головную боль.

От внезапно хлынувшей сверху прямо ему в лицо волны сернистого газа с примесью аммиака в горле сразу же неприятно защипало и даже перехватило дыхание. Лев инстинктивно отпрянул назад и, наткнувшись на Стаса, мельком взглянул на своего старого приятеля. Тот напряженно глядел куда-то вверх, а потом неожиданно схватил Гурова за шиворот и отчаянным рывком потащил обратно к выходу. Не вдаваясь в уточнения, Лев и сам, почуяв жуткую, чрезвычайную опасность, помчался следом за Станиславом.

Они выскочили на берег из этой гибельной каменной западни, ощутив радость даже при виде все того же серого мрачного пейзажа. Сидевшие в катере секьюрити и рулевой выжидающе смотрели на них, как на чудом вернувшихся с того света. Не сговариваясь, Гуров и Крячко решительно зашагали к катеру. Теперь уже окончательно было ясно, что здесь задерживаться не стоит. Это место таило в себе опасности и риски такого масштаба и характера, что даже заподозрить невозможно.

Когда они запрыгнули в катер, Лев вдруг обнаружил, что звук здесь распространяется пусть и приглушенно, но тем не менее, как и положено, в доли секунды.

– Отчаливаем! – взявшись за весло, объявил он. – Отдать концы!

– Сэр! Я нашел причину отказа техники. В нескольких местах оказались нарушенными разъемы проводов. Как будто кто-то сделал это нарочно, – сноровисто отвязывая фал, доложил ирландец. – Правда, компас и радар все еще показывают какой-то бред, но двигатель, я думаю, запустим. Пару запасных канистр горючего я нашел на том катере. Кстати, придется, наверное, забрать его с собой. Если мы его оставим здесь, капитан меня пропустит через блюминг.

– Хорошо, давайте попробуем, – согласился Лев, наблюдая за его манипуляциями. – Мне почему-то кажется, что этим шестерым он уже не понадобится.

Услышав его слова, оба секьюрити, переглянувшись, торопливо осенили себя католическим двуперстием.

– А… Что вы видели… ТАМ? – Указав взглядом на вход в расщелину, Тэд подтянул к корме своего катера нос другого и ловко завязал конец фала на буксирном крюке.

– Иллюстрация к дантевскому аду, – переводя дух, невесело усмехнулся Гуров. – Каменный коридор, заполненный дымом, сернистым газом и аммиаком, ведущий неведомо куда… А что видели вы, когда мы шли к входу? – испытующе посмотрел он на ирландца.

Тот, немного помявшись, неохотно ответил, попутно поправляя какие-то провода под откинутой крышкой двигателя:

– Сэр, не сочтите меня сумасшедшим, но мне в какой-то миг показалось – я это заметил краем глаза, что с нашего катера на берег спрыгнул какой-то рыжеватый проворный карлик с бородой и спутанной шевелюрой. Это было всего мгновение, но меня по спине продрал зимний мороз. Ну, что, попробуем отплыть?

Гуров кивнул, однако в этот момент из расщелины с выражением безграничного ужаса на лице выскочил какой-то человек в изодранной одежде, с окровавленным лицом и руками. Что-то беззвучно вопя, он подбежал к катеру и, затравленно озираясь, перевалился через его борт. Повалившись на пол и дрожа всем телом, он вцепился в «банку», как видно, боясь, что его отправят обратно на берег. Вглядевшись в его лицо, Лев с трудом узнал в этом человеке помощника капитана Дэвида Бразжански. Одновременно с этим с берега донесся зависший там пронзительный вопль: