Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– А если предположить, что эти камни действительно украли? Признаться, я не очень-то разбираюсь в подобных вещах, поэтому ваше мнение, как специалиста, было бы мне особенно интересно. Какие цели мог преследовать этот странный вор? Как можно было использовать подобные подделки?

– Да никак. Кому интересны стекляшки? Даже если кто-то хотел использовать их с целью подмены, она обнаружится через две секунды. Какой смысл?

– Но, если я правильно понял, на вид дубликаты практически невозможно отличить от настоящих камней.

– Да, внешне они похожи, но кто же судит о подобных вещах по внешности? Простейший датчик для определения натуральных камней, который имеется в каждом ломбарде, уже покажет, что о бриллиантах здесь не идет никакой речи. О профессиональной экспертизе я даже не говорю. Так в чем же тогда смысл подобной кражи? Ответ совершенно очевиден – смысл отсутствует. Я уже сказал и могу лишь повторить вам – на мой взгляд, никакой кражи здесь не было, а была обычная невнимательность и рассеянность. Литке был озабочен продажей настоящих камней, ему хотелось выручить за них максимальную сумму, уверен, это целиком и полностью занимало его мысли. На дубликатах он не был так сосредоточен, в какой-то момент упустил их из виду, забыл, где оставлял в последний раз, и. случилось то, что случилось.

– Что ж, возможно, вы правы. Ваша позиция мне ясна, не буду больше отнимать у вас время. Еще только один вопрос. На сайте вашей фирмы «Ювелир-мастер» говорится о выполнении индивидуальных заказов на ювелирные украшения. Насколько я понял, это эксклюзивная услуга, производители серийных изделий предлагают ее не так часто. Вы не могли бы сказать, что обусловило ее появление в вашем списке предложений?

В уверенном до этой минуты взгляде Кратова мелькнул испуг, и все черты как-то сникли, утратили то спесивое самодовольство, с которым он вел эту беседу. Он несколько минут сидел молча, явно прикидывая в уме наиболее подходящие варианты ответа, а потом медленно заговорил:

– Производственная политика фирмы – это сфера компетенции соответствующих специалистов, а я всего лишь собственник. Я полностью доверяю людям, которые у меня работают, и уверен, если они включают в перечень какую-то новую услугу, то делают это не без оснований. Но сам я не занимаюсь решением подобных вопросов. И это, конечно, к

лучшему. Что я могу посоветовать профессионалам? Им лучше знать, что будет работать на благо фирмы, а, следовательно, и всех нас. Поэтому я не вмешиваюсь. Думаю, вы получите гораздо больше информации, обратившись с этим вопросом к Константину.

«Представляю себе! – с иронией подумал Гуров, слушая эту вежливую отповедь. – Из Константина-то эту «информацию» не вытянуть и клещами, можно даже не сомневаться. Не успею я и шагу отсюда сделать, как он уже получит строжайшие инструкции стоять насмерть».

Понимая, что лобовыми атаками в этом случае ничего не добиться, он не стал больше задерживать взволновавшегося и вновь испуганного Кирилла Платоновича. Выслушав его дипломатичные объяснения, попрощался, расплатился за кофе и поехал в Управление.

Скоро должен был вернуться с «боевого задания» Крячко, и Гуров с большим интересом ждал его рассказа об этой партизанской вылазке в стан врага. На Стаса он надеялся гораздо больше, чем на откровенность со стороны дирекции или собственников. Тот мог разговорить кого угодно, и нередко случалось так, что его собеседники, не знавшие, кто скрывается под легкомысленной маской болтуна и балагура, выкладывали гораздо больше информации, чем собирались вначале.

Стас появился минут через десять после Гурова. Радостный и возбужденный, он бодро прошел к своему столу и, обратившись к напарнику, безапелляционно заявил:

– Ну, Иваныч, пляши!

– То есть?

– А то и есть. Сколько я всего тебе вкусненького приволок, это ни в сказке сказать, ни пером описать. Вся подноготная этой гнилой шарашки теперь как на ладони.

– Серьезно? Так чего ж ты ждешь? Доставай свое «вкусненькое», выкладывай. Похоже, не зря я на эти индивидуальные заказы запал, в них дело?

– В них, родимых. Это уж как пить дать. Только как же я тебе выкладывать-то буду? Ты ж не сплясал.

– Стас, хватит дуру валять! У меня от этого дела уже башка пухнет, а ты все со своими шуточками. Что там сказали тебе эти ювелиры? Склепают браслетик?

– Еще как «склепают»! И склепают, и догонят, и еще наклепают. Там, похоже, дело на широкую ногу поставлено.

– Рад это слышать. Но лучше начни по порядку. Через кордоны тебя легко пропустили?

– Через кордоны? С чего это ты взял? Никаких кордонов там не было. Спокойно зашел в дверь. Это ты, наверное, главный вход имеешь в виду.

– Само собой. А ты через какой заходил?

– А я через потайной, – усмехнулся Стас. – Там у них сбоку пристройка к основному зданию имеется. Она смотрится, в общем-то, как одно целое, сразу и не заметишь, что это совсем другое помещение. Думаю, ее просто прилепили к внешней стене основного корпуса, и между собой они никак не сообщаются. Поэтому и кордонов там никаких нет. Чтобы в главное здание попасть, стену взрывать придется.

– Вот оно что. Понятно.

– В этой пристройке и размещается у них клиентский отдел. Поскольку я заранее договаривался, меня там уже ждали. Встретили, обласкали, все честь по чести. Прошел я в кабинетик, там мальчонка за столом сидит, ничего себе такой, вполне цивильный. Вадим Сергеевич. Ну, я этого Вадима Сергеевича раскусил быстро, и уже минут через десять мы с

ним были на «ты» и общались как старые кореша. Причем, судя по его постоянным ухмылкам, он ни на минуту не усомнился, что это он меня разводит, а не я его.

– Значит, касательно индивидуальных заказов все соответствует заявке? – спросил Гуров. – Принимают заказы у населения?

– Еще как принимают! И принимают, и сами предлагают, все прямо как по-настоящему. И фотки, и каталоги имеются. Да я и сам с собой прихватил для образца. Думаю, чего с пустыми руками идти. Пусть знают, что не просто потрепаться, а с серьезными намерениями человек к ним явился.

– Молодец, подготовился.

– А как же. Я на пустые шансы не ловлю. Разложил перед ним фотки, перед Вадиком этим, сидим, разговариваем, обсуждаем детали, так сказать. Я весь в заинтересованности – слушаю, спрашиваю. А между делом и говорю так, невзначай, – а кто, мол, исполнять его будет, мой эксклюзивный заказ? Тот мне – исполнители, дескать, у нас очень опытные, с большим стажем и компетентностью.

– Фамилии, фамилии, Стас! – горячился Гуров.

– Вот тут облом, Иваныч. Извини, не смог я вытянуть из него фамилии. Уж и так крутился, и этак. Не прокатило. И про выставки помянул, и про аукционы, и чего только не придумывал. Но тот только «дакал», как попугай, да головой кивал. Да, говорит, наши ювелиры и к выставкам имеют отношение, и к аукционам. Очень часто их туда приглашают, особенно в качестве экспертов. И на этом – все. Точка. Кто они, эти столь востребованные специалисты, осталось за кадром. Не мог же я у него напрямую в лоб фамилию спрашивать. Не так понял бы, согласись.

– Да, обидно.

– Не кручинься, друг. Кое-что в клювике я все-таки унес. Порасспросил его про нюансы своего будущего изделия, попытал насчет ювелиров, да и закидываю следующий крючочек. А нет ли, говорю, такого волшебного места, где что-то очень эксклюзивное и необычное можно было бы уже готовым купить? Он мне на это – как же нет, обязательно есть. Имеется такая очень хорошая организация под названием «Феникс». Она периодически интернет-аукционы устраивает, и сколько там разных чудес продается, это просто уму непостижимо. И шедевр Пикассо, и автограф Мэрилин Монро можно купить. А уж какие драгоценности выставляют – так просто любо-дорого.

– «Феникс», говоришь? Так-таки и название сказал?

– Ага, усек?! Я знал, что ты сразу этот ход расколешь. Этих интернет-аукционов сейчас пруд пруди, только ленивый не торгует. А он – нет, чтоб сказать – гуляй, мол, Вася, вот тебе поле. Он конкретно ориентирует. Не вообще аукционы рекомендует, а именно «Феникс».