Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Нормально.

– Еще как.

– И что им за это теперь грозит?

– Да думаю, ничего.

– Как так?

– А вот так. В договоре на изготовление изделий что написано? Золото, сапфиры, бриллианты. Так ведь в реале все это и присутствует, и золото, и сапфиры, и бриллианты. Какие претензии?

– То есть они сыграли на том, что качество камней в договоре не оговаривалось?

– Само собой. Ведь материал предоставляют они, как же тут не воспользоваться случаем. Этот гражданин хоть догадался экспертизу сделать. А сколько таких, которые ни о чем таком и не думают? Верят. Или просто не разбираются. Бриллиант, как говорится, он и в Африке бриллиант, а уж какое там качество. Кто в этом разбирается, по большому счету? Разве что ювелиры.

– Что ж, значит, не зря мне говорили, что репутация у этого «Ювелир-мастера» ненадежная.

– А что, они тоже в этом деле «засветились»?

– Эта фирма – один из покупателей на аукционе.

– Вот как? Что ж, тогда кража стекляшек – точно их рук дело. Найдут дурачка какого-нибудь, да и слепят ему перстенек с эксклюзивным камушком. Пускай потом ходит, правды ищет.

– Да нет, такая схема здесь не проходит. Фирма в этом случае использовалась только как вывеска, а реально камни хотел купить один из владельцев. Для личного, так сказать, пользования. Так что вариант со стекляшками тут бы не сыграл.

– Да? Что ж, значит, моя гениальная версия нечаянно оказалась ошибочной. Ищи, Лев, тебе и карты в руки. Я, собственно, вызвал тебя потому, что самого меня насчет этого дела побеспокоили. Дескать, гость наш иностранный несолоно хлебавши уехал, пропажу ему так и не возвернули, как бы он не огорчился.

– Вот уж кто точно не огорчился, так это наш иностранный гость, – усмехнулся Лев. – Видел бы ты его сияющую физиономию, когда он из аукционного зала вышел. Он про эти свои стекляшки давно и думать забыл, даже не сомневайтесь. Это, скорее, мы огорчаться должны. Одни проблемы после себя этот гость оставил.

– Ты разговаривал с ним?

– Да, как и со всеми. И с его собственных слов могу передать, что пропажей дубликатов он совершенно не расстроен и на их неусыпных поисках ничуть не настаивает.

– А я тебе с самого начала сказал, что главная инициатива здесь исходила от аукционщиков.

– Это я уже понял. Остался пустячок – понять, от кого исходила инициатива кражи поделок и убийства ювелира Шульца.

Вернувшись к себе в кабинет, Гуров обнаружил, что Стас уже там.

– Рад видеть тебя на рабочем месте, – приветствовал он друга. – Как успехи?

– Переменные, – без особого энтузиазма ответил Крячко.

– По Комарову ничего интересного нет?

– Нет пока. Выполняя ваше высочайшее повеление, Лев Иванович, я приставил к нему ненавязчивую «наружку», чтобы мне докладывали о наиболее выдающихся местах его пребывания.

– И даже «наружку»? – удивился такой основательности Гуров. – Это ты прямо расщедрился. Уверен, что игра стоит свеч?

– А какие еще у меня варианты? Самому за ним ходить? У меня и без того есть чем заняться. Кроме этого Шульца еще два убийства в разработке, минуты свободной нет. А тут еще этого твоего чудака «пасти». Пусть вон ребята занимаются, им за это зарплату платят. Ты сказал, что Комарова нельзя упускать из виду, я не упускаю. А уж как – это мне самому решать. Извини.

– Ладно, ладно, – примирительно проговорил Лев. – Чего это ты разошелся? Не выспался, что ли, сегодня? Все на свиданиях пропадаешь.

– Да если бы! На свиданиях. – недовольно пробубнил Стас.

– Так что она докладывает, твоя «наружка»? Какие там у них выдающиеся места?

– Пока никаких. Утром едет в офис, в обед в кабак, иногда в клуб заезжает шары на бильярде погонять и, видимо, парой слов с тем-другим перекинуться. Клуб закрытый, очень элитный.

С улицы туда не пускают.

– А живет он где?

– У него квартира в Сокольниках и особняк на Ярослав.

– В Сокольниках?! – изумленно воскликнул Гуров.

– Да, я тоже подумал, что совпало здорово. Но потом спросил у ребят адрес, оказалось, что от дома Шульца это довольно-таки далеко. Я тебе даже больше скажу, то, что у них квартиры как бы в одном районе, это, возможно, как раз фактор алиби, а не обвинения. Комаров ведь не дурак, зачем ему так подставляться? Организовывать убийство Шульца у него дома, когда его собственная квартира находится в том же районе. Уж, наверное, смог бы придумать что-нибудь поинтереснее. Что-то такое, что на его участие даже не намекало бы.

– А если не смог? Если Шульц был домоседом, а время поджимало? Кроме того, в тот день он был испуган, возможно, предчувствовал что-то, а это дополнительный повод без особой нужды не выходить из дома. В подобных случаях особо не напридумываешь, приходится действовать по обстановке. Нет, Комарова точно не следует сбрасывать со счетов.

– А его никто и не сбрасывает. «Наружку» приставил – чего уж больше?

– Ты что-то там начал про особняк. Квартира – не единственное его жилье?

– Нет. Еще коттедж на Ярославке. Ребята говорят – более чем приличный.

– Почему бы не пожить, если средства позволяют, – философски заметил Лев.

– Это да. Правда, живет он, похоже, больше в квартире. Для удобства, наверное. Но в коттедже постоянно дежурит охрана, и все всегда, как говорится, в боевой готовности.

– Твоя «наружка» и это сумела выяснить?

– То ли они еще умеют! – гордо проговорил Стас. – Комаров заезжал туда пару раз, и во второй они поближе подобрались, уже пешим ходом, разумеется. Там местность живописная, есть где укрыться. Услышали небольшой обрывок телефонного разговора. Комаров кому-то говорил – я, мол, сейчас переоденусь, перекушу и приеду. Из этого и выяснили.

– Что ж, молодцы. Хорошая работа, вполне заслуживает одобрения.

– Еще бы. Мы других не держим. А что это ты все только меня допрашиваешь? – возмущенно спросил Стас, будто только что вспомнив что-то. – У тебя у самого-то успехи есть?

– Да как тебе сказать. Тоже переменные пока. На один вопрос ответ найдешь, зато вместе с этим ответом десять новых вопросов появляется. Проявилась тут у меня одна интересная организация. Надо бы ее проверить на всхожесть. Я там, к сожалению, «засветился» уже, так что кроме тебя, похоже, больше никто…

– Как?! Опять я?! Ну, Иваныч, ты обнаглел! И оружие отрабатывать – я, и за Комаровым следить – я, а теперь еще и на всхожесть кого-то там проверять – тоже я! А ты, интересно, чем заниматься будешь? Хоть какой-нибудь фактик завалящий соизволишь отработать по этому расследованию?

– Я по этому расследованию второй день высунув язык по городу бегаю, – спокойно прервал Гуров эти негодующие вопли. – Все тебе в разжеванном виде преподношу, только проглотить остается. Фирма уже отработана, можно сказать, осталось только последний штрих добавить к картине – реальный случай мошенничества, доказанный очевидцем.

– И этим очевидцем и, соответственно, жертвой, по-твоему, должен стать я?

– Угадал. Нужен «засланный казачок», и ты – самая подходящая кандидатура для этой роли. Ты – умный, сообразительный, коммуникабельный, юморной, обаятельный, находчивый, симпа.

– Ладно, ладно, – прервал Стас этот поток комплиментов. – Думаешь, так просто меня купить?

– Да, забыл. Еще – неподкупный.

– Бессовестный ты, Иваныч! Пользуешься моим дружеским расположением, знаешь, что не смогу тебе отказать, вот и садишься на шею. Надо с этим что-то делать.

– Обязательно. Вот фирмачей этих прижмем к ногтю, тогда сразу и начнешь делать. А сейчас слушай сюда.

Минут тридцать, обстоятельно описывая ситуацию и стараясь не упустить ни малейшей подробности, Гуров разъяснял Стасу свой план. Потом еще почти столько же времени друзья спорили, пытаясь довести его до совершенства. Когда, наконец, был найден вариант, удовлетворяющий обоих, стрелки на часах показывали без пяти восемь.

– Ну Иваныч, ну, блин, энтузиаст, – вновь, как и вчера, заходился в бесплодных возмущениях Стас. – Так ведь и сделает из меня стахановца.