Призрак Фаберже - Николас Николсон

— Что-то мне здесь не нравится, — протянула Марина, дрожа от холода.

— Потерпи немного, — сказал Саша, отдавая ей свой пиджак.

Поднявшись по лестнице, они очутились перед большой металлической дверью. Пропустив Марину вперед, Саша закрыл дверь, подложив под нее подвернувшийся под руку кусок кирпича.

— Ой, Саша, иди скорей сюда! — услышал он голос Марины, доносившийся из-под стеклянного купола, закрывавшего часть крыши.

Он пошел на звук ее голоса, осторожно ступая по медным листам.

Перед ними открылся вид на Красную площадь с причудливой псевдорусской архитектурой ГУМа. Древние стены и соборы Кремля были залиты светом. На башнях горели красные звезды, на морозном ветру трепетали трехцветные российские флаги. Слева купался в лучах прожекторов собор Василия Блаженного, справа виднелись Исторический музей и недавно восстановленные церкви с заиндевевшими куполами. За ними сверкала огнями ночная Москва.

— Какая красота, — восхищенно произнесла Марина. — Просто дух захватывает.

— Да, чудесно, — согласился Саша, стараясь не споткнуться на неровном полу.

С трудом оторвавшись от волшебного зрелища, Марина повернулась к Саше.

— Мне кажется, ты ошибаешься, — произнесла она.

— Насчет статуэтки?

— Нет, насчет Дмитрия. Я завела с ним разговор об этом клубе, потом напрямую спросила о мафии, думая, что он сразу замкнется или как-то выдаст себя.

— И что?

— Да ничего. Он и бровью не повел. Затем я сказала, что Дикаринский очень некультурный, — продолжала Марина, произнеся последнее слово по-русски. — И что я не удивлюсь, если он занимается какой-нибудь преступной деятельностью.

— Какая была реакция?

— Он согласился со мной.

— Тогда почему ты считаешь, что я ошибаюсь?

Марина снова посмотрела на Кремль.

— Саша, Дмитрий пытается нас уверить, что Дикаринский темная личность. Слишком уж охотно он со мной согласился. И сразу же начал рассказывать о нефтяных аферах, продажных чиновниках и махинациях с драгоценными металлами. Подозрительная откровенность для человека, который всегда так скрытен. Ты же знаком со множеством русских — и с эмигрантами, и с теми, кто живет в России. Они когда-нибудь так откровенничали с тобой? О таких вещах предпочитают молчать.

Немного поразмыслив, Саша пришел к выводу, что Марина права. Надо поговорить с Геннадием и порыться в архивах.

— Саша, я не совсем уверена, что статуэтка поддельная, но если это так, то Дмитрий имеет к этому самое непосредственное отношение. Можешь мне поверить — я хорошо разбираюсь в людях. Он вовсе не невинная жертва чьих-то интриг, как тебе кажется. Последи за ним, и ты сам в этом убедишься.

— Я тебя понял. Мы должны уйти отсюда все вместе. Я провожу вас с Викторией до гостиницы. Завтра поговорю с Дикаринским и постараюсь выудить из него что-нибудь еще. Встретимся в архиве. Я оставлю для тебя записку в гостинице. Вот только не знаю, стоит ли мне возвращаться к Дикаринским.

— Во всяком случае, не сегодня вечером. Тебе лучше переночевать у Виктории в гостинице.

— Но это будет выглядеть подозрительно.

— Зато так безопаснее. Саша, прошу тебя, — произнесла Марина с чем-то похожим на искреннее участие.

Саша почувствовал, что замерз.

— Пойдем обратно, — предложил он.

Спустившись по лестнице, они вернулись в «Двенадцать стульев» и, проходя по Мавританскому коридору, с удивлением заметили, что он почти пуст. В главном зале уже начался конкурс. На танцевальной площадке никого не было, Дмитрий с компанией тоже куда-то исчезли. Саша прошел по залу в надежде разыскать Викторию и вдруг увидел, что она стоит на возвышении рядом с одним из позолоченных стульев.

— Похоже, вашей подруге повезло, — услышал он у себя за спиной. — А мне вот ни разу не пришлось там постоять.

Обернувшись, Саша увидел Ларису.

— Сочувствую вам, — сказал он.

— Хорошо, что вы успели. Это всегда так забавно.

С этими словами Лариса пошла обратно к сцене, где столпились участники лотереи. Розыгрышем командовал тот самый блондин из аквариума, но теперь он был облачен в белый смокинг.

— Дорогие гости! Клуб «Двенадцать стульев» объявляет о начале нашего еженедельного розыгрыша!

Толпа зашумела.

— Господа, когда публика сосчитает до двенадцати, прошу вспороть ваши стулья!

По залу заметались лучи прожекторов, и гости принялись громко считать. Виктория не понимала слов, но происходящее не требовало объяснений.

— Десять! Одиннадцать! Двенадцать! — выкрикивала толпа под грохот барабанов.

Подбадриваемые возгласами окружающих, участники бросились потрошить стулья. Было забавно наблюдать, как они пытаются руками разодрать обивку. Наконец большинство из них справились с этой задачей, вызвав разочарованные крики толпы, огорченной отсутствием бриллиантов. Вскоре на возвышении остались лишь Виктория и низенький жилистый бородатый мужчина, безуспешно пытающийся порвать обивку. Отстегнув брошь, Виктория пропорола сиденье ее острием. Толпа приветствовала ее сообразительность восторженными криками. Однако в стуле ничего не оказалось, и зрители разочарованно загудели.

Наконец бородач разрезал обивку неизвестно откуда взявшимся перочинным ножом и вытащил из стула красный бархатный мешочек.

Толпа заревела и начала свистеть. Похоже, все были на стороне Виктории.

Бородач пожал плечами и жестом победителя вскинул руки.

— Вик-то-ри-я! — громко выкрикнула Лариса.

Стоящие рядом люди охотно подхватили, и вскоре весь зал скандировал имя Сашиной кузины. Мужчина показал пальцем на Викторию, и все одобрительно зашумели. Подняв брови, он подошел к Виктории и вручил ей мешочек. Толпа приветствовала его громкими возгласами.

— Вот это поступок, — восхитилась Лариса. — Сразу видно настоящего мужчину.

Открыв мешочек, Виктория отсыпала половину бриллиантов в руку бородача. Толпа взорвалась криками и аплодисментами, к которым с удовольствием присоединился и Саша. Заиграла музыка, и люди потянулись обратно на танцевальную площадку.

Саша с трудом пробился к Виктории, которую уже окружили весьма подозрительные поклонники.

— Ну кто бы мог подумать? — не веря своему счастью, сказала она. — Вот это прикол! Но нам, наверное, пора идти? Ты ведь не поедешь к Дикаринским? Сегодня переночуешь у меня в гостинице. А теперь давайте уносить отсюда ноги, пока эти ребята меня не грабанули.

Все трое быстро оделись и вышли на улицу, где их ожидала машина. Упав на сиденье, они в изнеможении откинулись на спинки.

— Никогда не видела ничего подобного, — произнесла Виктория.

— Ты имеешь в виду бриллианты? — обернулась к ней Марина.

— О Господи, конечно, нет. От бабушки мне достались камушки покруче. Я о Дмитрии.

— А что случилось? — спросил Саша.

— Когда назвали мой номер и все стали меня подталкивать, в зал вошел Дмитрий. У него было такое лицо! Люди отскакивали в стороны, когда он проходил. Это было сразу после вашего ухода. Он подошел ко мне и сказал: «Передай своему кузену, что завтра мне надо с ним поговорить». После этого он сразу ушел, и вся его компания потянулась за ним. Остались только Костя с Катей, которые не говорят по-английски, поэтому они просто вытолкнули меня на сцену, ну а остальное вы видели.

Виктория вздохнула и с любопытством заглянула в свой мешочек.

Саша взглянул на Марину, которая в ответ лишь пожала плечами. Завтра они все узнают.

— Эй, не нагоняйте тоску, — бодро сказала Виктория, потрясая мешочком. — Мне нужна ваша помощь. Из этого выйдет либо скромненький браслетик, либо шикарные серьги. Не знаю, что предпочесть.

Пока девушки обсуждали эту проблему, Саша молча смотрел в окно. Он был слишком утомлен и расстроен, чтобы заметить, что за их машиной неотступно следуют старенькие черные «Жигули».

Глава 18

Проснувшись в номере Виктории в «Метрополе», Саша вскочил с дивана и проскользнул в ванную. Быстро приняв душ и побрившись, он надел вчерашний вечерний костюм. Хорошо, что под пальто его не будет видно.

Наконец он постучат в дверь спальни.

— Саша? — отозвалась Виктория.

— Да. Можно войти?

— Конечно, — последовал немедленный ответ.

Саша открыл дверь. На огромной кровати лежала совсем потерявшаяся там Виктория.

— Сообщаю всем интересующимся, что ночь любви была восхитительна, — сказала она, потянувшись за стаканом с водой.

Саша рассмеялся.

— Пожалуй, позвоню отсюда отцу. Боюсь, что у Дикаринских все телефоны прослушиваются.

— Отличная идея. Пойду приму душ и немного взбодрюсь. Не буду тебе мешать. Я завтракаю с Мариной и Крейгом Типпетом. Он весьма приятный джентльмен.

— Я всегда знал, что ты свой парень, — засмеялся Саша. — Спасибо. Иду звонить.