Призрак Фаберже - Николас Николсон

Глава 17

Машина остановилась у гранитного фасада здания рядом с Красной площадью. У ярко освещенного входа толпились хорошо одетые мужчины и женщины. Из подъезжающих авто образовалась целая очередь. Пока они ждали в машине, Саша порылся в кармане и достал листок, где были записаны слова, которые следовало сказать швейцару клуба «Двенадцать стульев».

— Какое странное название для клуба, — заметила Виктория.

— Это название романа Ильфа и Петрова, написанного в двадцатые годы.

— А о чем он? — спросила Марина. — В Сорбонне на лекциях по советской литературе я обычно спала.

— Довольно сложно объяснить, — ответил Саша. — Но к ночным клубам он явно не имеет отношения.

— Есть ведь еще такой фильм Мэла Брукса? — попыталась уточнить Виктория.

— Вечер наверняка будет испорчен, — раздраженно сказала Марина, поднимая воротник шубы и с отвращением глядя в окно. — Ненавижу Москву.

Их машина медленно продвигалась ко входу. Впереди Саша заметил Дмитрия, выгружавшегося из машины с целой компанией друзей.

— Вон они. Может быть, выйдем и присоединимся к ним? — спросил Саша своих спутниц.

— Конечно. Все это так забавно. Я чувствую себя Норой Чарльз[21], — восторженно проговорила Виктория.

— Рад, что тебе весело, — сказал Саша, берясь за ручку двери.

— Не волнуйся, Саша. Ничего с нами не случится. Мы же американцы, — уверенно сказала Виктория, похлопав его по плечу.

У Саши не хватило духу сказать ей, что если то, в чем он подозревал Дикаринского, окажется правдой, их вряд ли что-либо спасет. Криминальные авторитеты не интересуются гражданством своих жертв. Расправив плечи и глубоко вздохнув, Саша открыл дверь и вышел из машины, не забыв помочь дамам. Все трое направились ко входу в клуб, где уже стоял Дмитрий со своими друзьями.

— Спасибо за приглашение. Мы очень рады, что приехали, — сказал Саша по-русски, пожимая ему руку.

— Марина! Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть, — радостно воскликнул Дмитрий.

— Я здесь случайно. У нас с Сашей был серьезный разговор в присутствии моего адвоката, — сказала Марина, недовольно посмотрев на кузена.

— Приятная новость. Значит, есть надежда, что дело закроют? Будет что отпраздновать сегодня! Я очень рад, — сказал Дмитрий, целуя Марину в обе щеки.

Саша изобразил на лице улыбку:

— Дмитрий, это моя кузина Виктория. Виктория, это Дмитрий Дурасов, мой клиент.

— Надеюсь, что когда-нибудь ты назовешь меня своим другом, Саша. Познакомьтесь, пожалуйста, это Роман, Тамара, Иван, Костя, Катя и Лариса. Ребята, это Виктория из Нью-Йорка и ее кузен, князь Александр Озеровский. А с графиней Шутиной вы уже знакомы, — представил присутствующих Дмитрий, мешая русский с английским.

Девушки улыбнулись Саше и, окинув оценивающим взглядом Марину с Викторией, стали демонстративно поглаживать свои дорогие меха. Несмотря на несколько грубоватый вид, мужчины были вылощены и прекрасно одеты.

Дмитрий подошел к швейцару, похожему на вышибалу.

— Я проездом из Старгорода в Грузию, — сказал он по-русски.

Вышибала кивнул и пропустил их внутрь.

Войдя в вестибюль, Саша огляделся. Хотя снаружи здание было похоже на заводской цех, за невзрачным фасадом скрывался старинный особняк. Наверх вели стершиеся от времени мраморные ступени. Справа, в бывшей дворницкой, продавали входные билеты.

Саша потянулся за бумажником, но Дмитрий жестом остановил его.

— Саша, я всех приглашаю. Будьте моими гостями!

Саша понял, что спорить невежливо и бесполезно, и, поблагодарив Дмитрия за гостеприимство, стал расстегивать пальто. Дмитрий тем временем отсчитывал крупные купюры. Саша с ужасом наблюдал, как он кладет на поднос все больше денег. По существующему курсу это было около 10 тысяч долларов. Значит, входной билет стоил 1000 долларов. Саша зачарованно смотрел, как билетер пересчитывает деньги.

— В чем дело? — спросила его Виктория.

— Билет в ночной клуб стоит тысячу долларов.

— Ну и цены в этом городе. Слава Богу, что мы идем бесплатно. Снимай пальто и не стой столбом. Это выглядит по-дурацки.

Скинув пальто, Саша отдал его Дмитрию, который совсем исчез под ворохом мехов.

Подошедший швейцар забрал у него одежду, получив большие чаевые. Компания направилась в зал, по виду напоминавший картинную галерею. Лазеры, установленные в полутемном помещении, под оглушительный грохот музыки чертили на лепном потолке жутковатые красно-зеленые узоры.

В зале было множество маленьких столиков, за которыми сидели парочки. Все курили и что-то пили. В дальнем конце зала, у бара, Саша заметил огромный аквариум с рыбами. Однако когда они подошли поближе, Саша понял, что это не рыбы. В аквариуме плавали голые девушки. Сидящие у барной стойки мужчины бросали в стекло свернутые в трубочку рублевые и долларовые купюры, которые, отскакивая, падали в желоб, опоясывающий аквариум. Время от времени один из полуголых барменов собирал деньги и складывал их в холщовый мешок под кассой.

— Ну, как тебе? — спросил Дмитрий Сашу.

— Невероятно, — ответил Саша по-английски, чтобы его поняла Виктория.

— Да, ради этого стоило приехать, — заметила она. — В Нью-Йорке такого не увидишь.

Дмитрий засмеялся.

— Я же говорил тебе, Саша, что в Москве многое изменялось. В «Двенадцати стульях» каждый найдет развлечение по вкусу.

Дмитрий заказал у бара шампанское «Кристаль», и официант последовал за ними с подносом, уставленным характерного вида бутылками. Обойдя аквариум, компания очутилась у дверей в огромный танцевальный зал. Открывшаяся взору картина поразила Сашу. За всю свою жизнь он не видел ничего подобного.

Похоже, что раньше здесь был театр или бальный зал. На огромной сцене сидел диск-жокей в окружении девушек, на которых были лишь трусики-стринги и сапоги на высоченных каблуках. Головы их украшали огромные русские кокошники, какими их представляют себе в Лас-Вегасе. Над ними, на лепном потолке девятнадцатого века, сплетались фигуры наяд и дриад. В центре бог Аполлон, прикрыв глаза и чуть улыбаясь, держал над головами танцующих золотую лиру.

Саша, в отличие от Аполлона, не мог закрыть глаз. Он с изумлением смотрел на толпу молодых людей на танцевальной площадке. Некоторые разоделись, как на показе модных коллекций, на других же не было почти ничего, кроме париков и кричащего макияжа. Рядом с танцполом, на возвышении, толпились крепко сложенные молодые люди в грубых ботинках, обтягивающих шортах и морских фуражках. Все танцевали как безумные. Звучала западная музыка, время от времени прерываемая речами политиков. Было странно слышать, как на грохот кавказских барабанов накладываются попеременно голос Мадонны, исполняющей «Земную девушку», и президента Путина. Мадонна пела: «Потому что мы живем…», а Путин подхватывал: «…в открытом обществе».

В конце зала в ярком свете прожекторов Саша увидел двенадцать золоченых стульев, обитых шелком — тех самых, которые дали название клубу.

Официант расставил принесенное шампанское на маленьких столиках у края танцевальной площадки.

— Прошу к столу! — прокричал Дмитрий, стараясь перекрыть шум.

Все расселись, и русские сразу же закурили. Дмитрий предложил сигарету Виктории. Взяв ее, она достала из сумочки черный с золотом мундштук. Саша удивленно поднял брови.

— А что такого? — пожала плечами Виктория. — Он был в сумочке вместе с зажигалкой. В Нью-Йорке уже не покуришь свободно.

Засмеявшись, Дмитрий дал ей прикурить.

Саша повернулся к сидевшей рядом Ларисе.

— А вы откуда знаете Дмитрия?

— Так кто же его не знает, — ответила она с очаровательной улыбкой. — Все, кто собирает Фаберже, пользуются его услугами. Моя мать и тетка купили у него кучу побрякушек.

Кокетливо тряхнув волосами, Лариса сощурила черные глаза и пристально посмотрела на Сашу:

— А вашей семье удалось вывезти за границу свои сказочные богатства?

Саша пожал плечами:

— Видите ли, на такой вопрос…

— О, я не хотела вас обидеть, — быстро проговорила она, стараясь сгладить бестактность. — Я только потому спросила, что сегодня вы сможете поправить дело.

Затянувшись сигаретой и выпустив струю дыма, Лариса переключила внимание на своего соседа. Саша взглянул на Викторию, которая веселилась от души, забыв про опасность их положения. Марина о чем-то беседовала с Дмитрием, который, заметив, что Саша смотрит по сторонам, весело спросил:

— Здорово, правда? Теперь незачем ехать в Европу или в Штаты. Разве там есть такое?

— Видимо, дела у вас идут неплохо, — улыбнулся Саша. — Ты меня извини, но входная плата здесь просто безумная.

— Вход здесь свободный, — сообщил Дмитрий.

— Но я сам видел, как ты платил, — запротестовал Саша.