Друзья и любовники - Марианна Эванс

Марианна Эванс

Друзья и любовники

Глава 1

— Джен, это мама. Тебе нужно приехать в больницу.

Дженнифер Мейерс сделала глубокий вдох и вдруг перестала слышать привычные звуки спортивной редакции газеты «Чикаго сентинел».

— Отец? — спросила она сдавленным голосом.

— Да.

Больше они ничего не сказали. В словах не было необходимости. После этого телефонного звонка ей стало все безразлично.

Сквозь туман в голове Дженнифер вспомнила, что о своем уходе нужно предупредить начальника. Он кивнул головой, пожал ей руку и пробормотал слова соболезнования, от которых ее пронзила боль. В соболезнованиях нет надобности. Пока. Всегда остается надежда…

И она оставалась у Дженнифер до тех пор, пока она не приехала в больницу.

— Привет, Марк!

Вернувшись с обеда, Марк Абингтон шел по коридору спортивной редакции «Сентинел». Взмахом руки он поприветствовал одного из своих коллег и заметил, что стол напротив его кабинета пуст. Марк нахмурился.

— Где Джен? — спросил он у главного редактора Тома Брайера. Его начальник сидел за столом и водил большим пальцем по стопке факсов. У него было такое выражение лица, что все стало ясно прежде, чем он заговорил.

— В больнице. Ты с ней разминулся.

У Марка моментально испортилось настроение. Он кивнул и направился в свой кабинет. В течение следующего получаса Марк пытался писать; он пристроил на коленях клавиатуру компьютера и начал делать наброски статьи в свою ежедневную колонку. Но слова не шли в голову. Он снял пиджак, завернул рукава рубашки и пригладил волосы.

Обычный ритуал, проводимый Марком в течение многих лет с целью поощрить свое вдохновение, сегодня совершенно не помогал. И он точно знал почему. Из-за Дженнифер. Ее отец болел уже несколько месяцев. Затем последовал удар, и неделю назад его поместили в больницу. Марк не переставал думать о Дженнифер. Он не мог сосредоточиться на статье и был уверен, что ничего не добьется, пока не увидит коллегу.

— Том, — бросил Марк на ходу, — я еду в университетскую больницу. Я перешлю свою статью до девяти вечера, так что она появится уже в завтрашнем номере.

Марк знал, что ему не нужно дожидаться разрешения начальника. Он много раз выручал газету, поэтому график работы мог строить по своему усмотрению — главное, чтобы работа была сделана, и сделана хорошо.

В больнице Марк не знал, куда идти, поэтому спросил в регистратуре о Даниэле Мейерсе. Его направили в блок интенсивной терапии, и Марк почувствовал внезапную гнетущую тяжесть. Он знал, как опасалась Дженнифер за здоровье отца, а новость о том, что его перевели в интенсивную терапию, лишала Марка последней надежды.

Он поднялся на лифте на пятый этаж и увидел мать Дженнифер. Она ходила по коридору перед стойкой дежурной медсестры.

— Миссис Мейерс? — Они встречались только однажды, примерно год назад, на вечеринке в честь двадцатипятилетия Дженнифер, поэтому Марк не решился назвать ее просто по имени — Элен. Она выглядела изможденной, ее волосы растрепались, а глаза были опухшими и красными. Марк сразу же почувствовал что-то неладное.

— Он умер. — Ее голос дрогнул. — Она опоздала на десять минут. Она… очень расстроена…

Марк не стал дожидаться продолжения.

Тихо, стараясь вести себя как можно спокойнее, он вошел в маленькую палату и моментально ощутил жуткую тишину. Не жужжало медицинское оборудование, не мигал монитор с изображением сердцебиения больного, не постукивал прибор искусственного дыхания.

Дженнифер сидела к нему спиной в кресле у кровати и держала руку отца. Ее плечи тряслись, но плакала она молча.

Марк уже собирался коснуться ее плеча, чтобы дать понять о своем присутствии, когда его внимание привлек блеск перстня с аметистом и бриллиантом на правой руке Дженнифер. Его кольцо. На самом деле — ее. Ну, вообще-то — их обоих. Около двух месяцев назад он подарил ей этот перстень в знак их дружбы…

— О Господи, Марк! Наверное, я не смогу… — Забыв о еде — а они ужинали у Марка дома, — Дженнифер с благоговением подняла со стола коробочку с перстнем и повернула ее так, чтобы на аметист упали лучи света. — Он такой красивый! — Она решительно отвернулась, стараясь не обращать внимания на чарующую красоту кольца. — Я не могу принять это!

Но все-таки она вытащила перстень из бархатной коробочки, любуясь тем, как бриллианты по обеим сторонам аметиста засияли на свету. Перстень был небольшим, но золотое обрамление и изумительного цвета камень были так красивы, что Дженнифер вздохнула.

— Я не собираюсь возвращать кольцо обратно в магазин, Мордашка. Ты не получила ни гроша за все те часы, когда помогала мне подготовить книгу к выпуску.

Эта книга — биография Фила Джексона и описание сезона его игры в команде «Чикаго буллс», принесшей ему чемпионский титул, — уже пользовалась большой популярностью в стране, особенно в родном штате Марка — Иллинойсе.

Получив разрешение написать эту книгу, Марк сразу же обратился за помощью к Дженнифер. Вместе они занялись поисками, взяли многочисленные интервью и подготовили к печати рукопись. Именно работа над книгой о Джексоне больше, чем что-либо еще, способствовала завязавшейся между ними крепкой дружбе.

— Я помогала тебе добровольно, — произнесла Дженнифер. — Эта работа доставляла мне удовольствие. Правда. Ты не обязан…

— Эта книга на сегодняшний день объявлена самой лучшей в Иллинойсе, — с гордостью произнес Марк.

— Самой лучшей?! — Взвизгнув от радости, Дженнифер бросилась в объятия Марка. Он кивнул, испытывая удовольствие от ее энтузиазма. — Марк! Это великолепно! Я так счастлива за тебя!

— Тогда порадуйся и за себя тоже, Мордашка. Без твоей помощи я бы не смог написать эту книгу. Прими это кольцо как воспоминание о нашей работе. Она очень много значит для меня. Я прошу только об этом.

И Марк помог Дженнифер надеть перстень.

С тех пор она его не снимала.

— Здравствуй, Мордашка, — нежно прошептал Марк.

Дженнифер повернулась к нему. Ее щеки были мокрыми от слез, глаза — красными, а взгляд — тусклым.

— Марк… — Она скорее выдохнула, чем произнесла его имя, и медленно поднялась. — Господи, как я рада видеть тебя.

— Мне так жаль, Джен.

Теперь она даже не пыталась произнести ни слова, а просто шагнула в его объятия и положила голову ему на плечо.

— Если я могу чем-то помочь… — предложил он, не зная, что еще сказать.