Оборотни и вампиры - Ролан Вильнёв

Ролан Вильнев. Оборотни и вампиры.

СОДЕРЖАНИЕ.

ЛИКАНТРОПИЯ.

От метаморфозы к чертовщине.

Как стать волком-оборотнем.

Инкубат и суккубат.

Одержимость.

Скотоложство.

Сделка с дьяволом и мазь.

Поимка волка-оборотня и суд над ним.

Мнение демонологов.

ВАМПИРИЗМ.

Определение вампирического состояния. Исторический вампиризм.

Вампиризм в античном мире.

Вампиры от средневековья до XVIII века. Эпидемия вампиризма в XVIII веке.

Нравы и обычаи вампиров.

Как стать вампиром.

Как распознать и уничтожить вампира.

Попытка научного объяснения.

Тема вампиризма.

ПО ТУ СТОРОНУ ЗЕРКАЛА.

Садизм.

Некрофилия.

Некросадизм.

Некрофагия.

ВЕЧНОСТЬ МИФОВ.

ЛИКАНТРОПИЯ.

«Вершина Магического искусства состоит не в том, чтобы просто сделать, но в том, чтобы заставить увидеть воочию воображаемые вещи, от которых тотчас, как говорится, ни лапок, ни хвоста не увидишь». (Ж. де Нино, «О ликантропии, превращении и экстазе колдунов»,

Париж, 1615)

Ликантропия, пишет Литтре, это «род душевной болезни, при которой человек воображает, будто превратился в волка». В широком смысле под ней понимают заболевание, при котором люди воображают себя и любым другим животным: к примеру, собакой (кинантропия) или быком (бузантропия).

Само слово родилось из имени царя Аркадии Ликаона, мифического властителя, жившего во времена Кекропа. Этот прославившийся своей жестокостью правитель, если верить различным версиям, собранным Платоном, Павсанием и Овидием,

— подал Зевсу за столом части тела только что зарезанного ребенка;

— пытался умертвить этого бога во время сна;

— приносил на своих алтарях человеческие жертвы;

— посмел отведать крови ребенка, принесенного в жертву богу.

Занимался ли он сам людоедством или осквернил таинства каннибальской общины, поклонявшейся тотемическому животному, — так или иначе, Ликаон понес суровое наказание. Превращенный в волка, но сохранивший приметы своего первоначального облика:

Он, устрашенный, бежит; тишины деревенской достигнув, Воет, пытаясь вотще говорить*.

Перевод С. В. Шервинского.

Его седина, его свирепый вид и горящие глаза остались прежними. Но ему ничего другого не остается, как обратить свою ярость и прирожденную жажду убийства на стада скота и на малых детей.

Последователей и подражателей Ликаона называют оборотнями, «loups-garous». Происхождение последнего слова остается спорным. «Немцы называют их «Wervolf», — пишет Воден, — французы «loups-garous», пикардийцы — «loups-varous», иначе говоря — «lupos varies»... Греки называли их lykantropes и mormolycies, латиняне — «varies» и «versipelles»... Франсуа Фебус, граф де Фуа, в своей «Книге Охоты» утверждает, что название «garous» означает «gardez-vous», «берегитесь». («Демономания». Издание 1580 года). В Пуату и Жиронде считали, что оборотень — драчливая тварь, рыщущая в поисках любовных приключений. В Дордони «loups-garous» превратились в «liberous», в Берри они стали «loups-berous». В Бретани оборотней называют «Bisclaverets», в Нормандии — «Garwalls». Роберт-Дьявол называется там Warou.

Слово «versipelles», едва вошедшее в употребление, быстро уступило место позднелатинскому термину «gerulfus», который воспроизводит саксонское «garwall», «garou», «werevolf» и означает «человек-волк». «Следовательно,

выражение «loup-garou» — это плеоназм, где слово «волк» встречается дважды, первый раз во французском, второй — в германском варианте» (Литтре). Но более удобного обозначения не придумали.

Как бы то ни было, волка, представленного уже в наскальных изображениях, вошедшего во многие пословицы и легенды, дружно боялись почти все народы. Он стал наиболее выразительным символом зла и греха, которому противостоит образ собаки — друга человека и защитника его очага. Именно собачьими зубами украшены скульптуры индейцев цимшиан (tsimshian) (Британская колумбия), призванные отражать нападения злых духов. Маска с двумя сросшимися собачьими го-повами защищает племя семфо с Берега Слоновой Кости от пожирателей душ. Разумеется, можно привести и другие примеры.

ОТ МЕТАМОРФОЗЫ К ЧЕРТОВЩИНЕ.

Ликантропия, воспетая Гомером, Овидием и Апулеем, — явление универсальное. Невозможно представить себе фольклор или религию, которые обходились бы без перевоплощений бо-и демонов; без превращений, при помощи рторых эти боги или демоны соблазняли, наказывали или побеждали. Увы, слишком часто подобные милые фантазии воспринимались буквально и дали повод, в частности, в эпоху Воз-

эждения к праздным и нескончаемым дискусси-чм, в сущности бесчеловечным, ибо завершались эни преданием смерти «колдунов», которые яко-эы принимали животный образ для совершения

зоих злодеяний. Впрочем, с античных времен зерования разделялись, обращаясь то к забавной, то к зловещей стороне превращений в жи-

этных. Рядом с хитростями и уловками, к кото-эым прибегали боги, стараясь соблазнить смертных женщин или предаться наслаждениям в объятиях сговорчивых юнцов, существовали и подлинные жертвы злых чар или небесного гнева: наиболее яркие тому примеры — спутники Улисса и царь Навуходоносор. Если верить Диодору Сицилийскому, первым, кто принял животное обличье, был бог Озирис! Он превратился в волка, чтобы избавить Египет от злых сил, которые могли поработить страну вскоре после сотворения мира. «Рассказывают, что, в то время как Изида вместе со своим сыном Гором готовилась сразиться с Тифоном, Озирис вернулся из преисподней и в обличье волка помогал жене и сыну, а после поражения Тифона победители велели людям поклоняться зверю, принесшему им победу». Кажется, уже вполне доказано, что этому богу приносились человеческие жертвы, и однажды еврейская женщина нанесла ему оскорбление, крикнув: «О, проклятый волк, долго ли ты еще будешь пожирать сокровища Израиля?» Само собой разумеется, что древние евреи предавались тем же ужасам каннибализма, как египтяне, финикийцы или ха-наанеяне, хотя Моисей не раз категорически запрещал им пить теплую кровь на охоте или у подножия алтарей (см. Книгу пророка Иезекииля: XVIII, 6 — XXII, 2 — XXIII, 25). Наконец, об их склонности поверить в ликантропию свидетельствует и то, что Библия рассказывает как подлинную историю Навуходоносора II Вавилонского, который был отлучен от людей и в течение семи лет принужден есть траву, подобно волам, и его тело «орошалось росою небесною, так что волосы у него выросли как у льва, и ногти у

него — как у птицы» (Даниил IV, 30).

Из этого в самом деле удивительного «случая» Вольтер, как всем известно, сделал прелестную сказку о влюбленном в принцессу Амазиду Белом Быке, «хорошо сложенном, упитанном и даже легком, что редко встречается». Он сильно отличается от чудовища, изображенного Уильямом Блейком, — старика с неподвижным взглядом и загнутыми ногтями, скребущими бесплодную землю. Навуходоносор, который, как есть серьезные основания полагать, страдал умственным расстройством и «insania lupina», вызывал страстный интерес теологов и демонологов. К примеру, святой Фома и святой Иероним считали, что этот правитель лишился рассудка: он повредился лишь в своем воображении, телесная же его субстанция не претерпела никаких изменений. Жан Боден, напротив, верил в реальность превращения и утверждал, что некоему демону было дано особое разрешение превратить царя в быка, точно так же, как жена Лота была обращена в статую. Де Нино считал это превращение чистой случайностью и высказал следующее прелестное суждение: «И поскольку шерсть и ногти являются не частями тела, но всего лишь экскрементами (sic), в этом случае я решил, что форма сия была вовсе не телесной, а случайной». Оттон де Виттельбах страдал сходным помешательством, поскольку щипал траву, рыл землю носом, лаял и кусал окружающих. Зная, что дочери Прета превратились в коров, а царь Амазис — в льва, можно, пожалуй, утверждать, что эта болезнь преимущественно поражает государей. Амазис простерся перед Аполлонием Тианским, рассказывает Филострат, и Жак д'Отен, цитируя этого автора, прибавляет, что волшебник воскликнул, обращаясь к толпе: «...Знаете ли вы, господа, чего просит у меня этот лев? Он просит меня сказать вам, чтобы вы не обманывались внешностью, для него невыгодной, потому что вы можете принять его за царя зве-Рей, тогда как на самом деле он был царем у людей. Знайте же, что душа в этом львином теле — это разумная душа, и это душа Амази-са, царя Египта, чье имя вам известно»*.

«L'incredulite savante et la credulite ignorante au sujet des Magiciens et des Sorcies...» («Недоверчивость ученых и доверчивость невежд по отношению к Волшебникам и Колдунам...»); (Лион, Жан Молен, 1671 год).

В греко-римском мире дуалистический характер метаморфоз сохранялся. Минотавр, плод безрассудной любви Пасифаи и Белого Быка, "принадлежит царству мрака, тем же хтоничес-ким и молохическим культам, с которыми связаны также Кербер, Как и Химера. Всем известно, что Дедал способствовал зачатию гибрида, изготовив для царицы Крита деревянный манекен, обтянутый телячьей кожей. Она спряталась внутри, чтобы без опаски принять обильное и горячее семя любимого животного... По крайней мере, так гласит легенда, над которой открыто насмехался Лукиан, описывая остров Буцефалов, лакомых до человеческой плоти, совсем как Ваал и Фаларийский бык*