Рейды в стан врага - Степан Бунaкoв

Бунaкoв Степан Яковлевич

Рейды в стан врага

Бунaкoв Степан Яковлевич

Рейды в стан врага

Из послесловия: Хотя в своих воспоминаниях генерал-майор С. Я. Бунаков в основном рассказывает о том, как была организована работа оперативного отдела штаба 7-й армии, а затем о том, как вела бои 70-я бригада, однако через призму дел и событий, происходивших непосредственно в штабе и в бригаде, он умело показывает обстановку на Карельском фронте в течение всей войны. Автор дает краткую, но вместе с тем грамотную оценку этих событий и убедительно показывает их значение в Великой Отечественной войне в целом.

Содержание

От автора

Враг пошел войной

Еду на фронт

На приеме у начштаба

"Вживаюсь" в обстановку

В соответствии с планом "Барбаросса"

Испытание на прочность

Подвижные оборонительные бои

План "мертвого кольца" терпит крах

Враг рвется к Свири

Рассказ порученца

Поправки к директиве противника

Апрельский фейерверк

На острове Сухо рукопашная

Аэросанный батальон

Вручение боевых знамен

Партизанский трофей

Пять часов на Смоленщине

Накануне больших перемен

Неожиданное и радостное известие

Задача на всех одна

Самая главная забота

Назад дороги нет

Суровый экзамен

Корабли идут к Тулоксе

Бросок на берег

Комбриг чуть-чуть улыбается

Прав комиссар

Шестнадцать атак Шутка ли?

Помощь так своевременна...

Каждый делает свое дело

Штормит Ладога, лютует враг

По пятам противника

С отрывом от баз снабжения

В Северной Норвегии

Г Куприянов. О мемуарах С. Я. Бунакова

Внукам моим,

Ивану и Василию,

Посвящаю

От автора

Четыре десятилетия минуло с тех пор, как окончилась Великая Отечественная война. Казалось бы, время - великий врачеватель - должно было стереть остроту воспоминаний о ней. Но ничего подобного не произошло. Время идет, но и сегодня, говоря словами поэтессы Юлии Владимировны Друниной, "война гудит в напряженных венах, война таится во мне, как рана. Во мне пожары ее не меркнут, живут законы солдатской чести".

В окопах переднего края мое поколение взрослело не по дням, а по часам Выпавшая на нашу долю тяжелая и опасная работа (ведь бой с врагом - это изнурительный труд) вынуждала в течение недель и месяцев столько всего постигать, сколько в другое время не узнали бы и за несколько десятилетий

Старшим лейтенантом вступил я в войну под Ленинградом. В 1944 году, являясь начальником штаба 70-й морской стрелковой бригады, участвовал в Тулоксинской десантной операции. С боями дошел до Северной Норвегии. Многих и многое пришлось повидать.

И все же я не брался за перо, чтобы рассказать о пережитом на войне, пока несколько лет назад не побывал в гвардейской Краснознаменной дивизии. Нас, ветеранов, пригласили на встречу с нынешними защитниками Отчизны. Показали современное оружие и боевую технику, познакомили с успехами воинов в боевой и политической подготовке, а потом попросили выступить

Перед выходом на трибу ну я спросил у командира: много ли в дивизии фронтовиков? Он показал на прапорщика и сказал, что это единственный на все соединение участник войны

Редеют ряды ветеранов Великой Отечественной. А задача воспитания стойких, умелых и мужественных защитников социалистической Родины, патриотов и интернационалистов, не снимается с повестки дня. Она

так же актуальна, как и много лет назад, потому что империалисты не оставили своей бредовой идеи - уничтожить социализм физически.

Я убежден, что в груди нынешних юношей и девушек страны Октября бьются сердца Матросовых и Космодемьянских. Однако плод вызревает из семечка. Лишь зерно, брошенное в благодатную почву, приносит урожай. И я стал писать о войне, о пережитом и передуманном, о боевых товарищах и командирах, ничего не выдумывая, не прибавляя к тому, что и как было. Насколько это удалось судить читателям. Я же буду удовлетворен, если мои воспоминания вызовут у читателей новые чувства признательности ветеранам войны и побудят еще выше чтить и умножать славные традиции нашего советского народа - созидателя и бойца.

Генерал-майор в отставке С. Бунаков

Враг пошел войной

Занятия со слушателями первого курса в Военной академии имени М. В. Фрунзе начались в тот год 1 июня. Прежде всего предстояло ознакомиться с новейшей военной техникой Красной Армии. Нас возили по другим академиям и воинским частям и показывали пушки, самолеты, танки, минометы, стрелковое вооружение. Увиденное впечатляло.

Поразил своими тактико-техническими характеристиками средний танк Т34, запущенный в серийное производство. С мощным дизельным двигателем, надежной броневой защитой и сильной пушкой, он очень хорошо маневрировал на пересеченной местности, как нам показалось, легко преодолевал сложные искусственные препятствия. Позднее военные специалисты назовут "тридцатьчетверку" лучшим танком второй мировой войны

На военном аэродроме нам показали МИГ и Майор авиатор давал пояснения по новой машине Он сравнивал наш самолет с немецким "мессершмиттом", а мы, слушатели, сопоставляя показатели истребителей, гордились успехами советских конструкторов, возможностями советского авиастроения. Прибывшие из войск командиры шутили: "С такими боевыми машинами нам сам черт не страшен"

Осмотренная затем на полигоне гаубица образца 1938 года окончательно утвердила нас в этом мнении. Да, мы сильны! И если Советский Союз окажется втянутым в войну, начавшуюся в Европе, Красная Армия ответит двойным ударом на удар зарвавшегося противника и разгромит его на его же территории. Так думали не только слушатели первого курса Военной академии имени Фрунзе.

Занятия шли своим чередом. Преподаватели читали обзорные лекции по различным проблемам военного дела. В них анализировались операции немецко-фашистских войск на европейском театре военных действий, изучались оперативное искусство и тактика стрелковых, танковых и артиллерийских формирований вооруженных сил различных стран. В отношении Советского Союза и его Красной Армии преподаватели постоянно подчеркивали тезис о том, что мы не должны допустить спровоцировать себя.

Слушатели старшие лейтенанты Быстров, Мельницкий, Щербак, Тропин, прибывшие в академию из Прибалтийского, Белорусскою и Киевского военных округов, рассказывали, что войск там много, они не разрешат врагу вторгнуться на советскую землю. Это нас еще более успокаивало. Я лично начал подумывать о том, чтобы перевезти со Смоленщины жену Марию с маленьким Славиком поближе к Москве. Во второй половине июня решил съездить в Одинцово и подыскать там комнату. Помочь в решении жилищной проблемы обещал дядя Антон, брат моего отца. Жене надо было завершить образование, и я получил согласие ректора педагогического института на продолжение ее учебы в стенах этого учебного заведения.