Закон Моргана. - Стас Трой

(S-T-I-K-S) Закон Моргана.

Глава 1

«Жизнь обычного человека здесь ничего не стоит… Пришло осознание того, что «здесь» больше нет твоего дома и нет закона». Таким мыслям придавался Усольцев Роман, когда висел голым в сером подвале, ожидая мучительной смерти.

А ведь всего лишь четыре дня назад всё в его жизни было привычно и достаточно комфортно…

***

«Жизнь Первая. Усольцев Роман Алексеевич».

Всё! После непродолжительной прогулки Усольцев добрался до гаража. Подойдя к железным воротам, трудно было не обратить внимания на остатки разбитой пивной бутылки.

– Не понять мне таких людей, до помойки 15 метров, зачем мусорить? Ну не из зависти мне у гаража нагадили. Кто завидует Ниве 2121, 1989 года выпуска? Или всегда найдется место для зависти?

Мысли Усольцева немного поуспокоились, гаражные ворота были распахнуты. Небрежно взяв метлу в руки, он смёл бутылочные осколки в пакет.

– Меньше слов – больше дел. Искать виноватого не имело никакого смысла, может и не зависть это, а чья–то пьяная выходка.

Пустой пакет с использованным воздушным фильтром внутри дополнительно принял нетяжелый груз битого стекла.

– Ну что ж, пришло время, настал великий час, когда одна легенда – моё ружье, присоединится к другой вершине инженерной мысли, к моей Ниве. – Усольцев продолжал разговаривать сам с собой, укладывая багаж.

Редкое охотничье ружье ИЖ 12 – вертикалка с заводскими гравировками. На одной из которых было гордо выписано «50 Лет СССР–1972», а на другой изображены взлетающие утки. Ружье было унаследовано от деда, а автомобиль Усольцев купил за символическую цену. Нива была не самым привлекательным транспортным средством, а вот ИЖ 12 – надежное, несмотря на возраст, охотничье ружье 12 калибра с ресурсом стволов 10 – 20 тысяч выстрелов. Оно, конечно, имело свои небольшие недостатки, но запомнилось историческим событием. «В 1966 году чехословацкий стрелок, выступив на международных соревнованиях с ружьём ИЖ 12, завоевал «Большой приз Праги». Усольцев был далеко не спортсмен, скорее любитель пострелять по пивным банкам и шумно провести время.

Старт двигателя. Дверь Нивы захлопнулась со второго крепкого удара. Роман по этому поводу рассуждал спокойно – Это авто не для каждого, авто с характером.

Сизо–фиолетовый дым из выхлопной трубы сменился белым едко–вонючим, это означало, что мотор прогрет. Недорогое корейское масло внутри чугунного блока двигателя оживило внедорожник и можно было ехать на охоту, на которую Романа пригласил хороший знакомый. Купить патроны Рома забыл, а вот водку взял, хоть и не особо любил этот «царский» напиток – На охоте проще без патронов, чем без водки, а патроны я «стрельну». – улыбнулся сам своей шутке Роман и отправился на загородную трассу, обильно обдавая дымом и вонью округу гаражного кооператива.

Отвёртка, удерживающая стекло, была вытащена и положена на приборную панель. Мягкими плавными движениями, раскачивая боковое стекло, Роман добился его полного опускания. Приятный прохладный воздух начал поступать в салон. Толкаться в пробке с полуразрушенной первой передачей было то ещё испытание, благо был выбран самый короткий путь на трассу. Роман впал в размышления:

– Нива не была виновата, в том, что находилась в плачевном состоянии. Скорее виной были тяжелые систематические издевательства. Оффроудеры не жалеют транспорт. Застрянут в лесу и газуют до звона, надрывая трансмиссию. Постоянная буксировка внедорожных друзей, так же не идёт на пользу автомобилю. Жизнь оффроудера полна тягот, испытаний и что самое важное – веселья. Не зря же народ прётся в леса и горы, невзирая на ремонты и расходы.

Чинить и восстанавливать старую Ниву было экономически нецелесообразно. Рома был очередным наездником, который приближал путь Нивы на автосвалку. Уж такова судьба уставшего и проржавевшего металла.

Автомобильный трафик уплотнялся, окончательно превращаясь в пробку. При долгой езде в советском автопроме, частенько напрягались суставы и уставали мышцы ног. То ли таков был замысел инженеров, чтобы водитель не испытывал буржуйского наслаждения за рулем, то ли еще какие огрехи проектирования. Вот и сейчас мышцы левой ноги начало нещадно ломить. А спустя 30 минут, при очередном выжиме педали сцепления колено водителя сухо потрескивало. Правая же нога, очевидно пытавшаяся спастись от адского жара печки, хотела поменяться с левой местами. Мотор в пробке сильно грелся, о чем свидетельствовал датчик на приборной панели. Стрелка температуры двигателя ползла в красный сектор. Роме приходилось включать печку и уговаривать свою правую ногу не сдаваться жару мотора. Наконец, внедорожный трудяга, добивавший своего водителя, вырвался из бетонных джунглей. Конец пробкам! Конец удушью!

Настроение Усольцева Романа поднялось, дорога вновь стала в радость. Скорость увеличивалась, Нива стала чувствовать себя бодрее, как и её вспотевший водитель.

Роман корил себя за легкомыслие. Выезжать за город встав в семь утра – это промашка, опытные охотники это, конечно, знают и выезжают в четыре, край в пять утра, собрав вещи с вечера. Выехать в семь утра, как раз означало собрать всю пробку. «Умный учится на чужих ошибках, а дурак на своих», – поговорка была к месту. Ближе к обеду Рома доехал до указателя «посёлок Боровое», у него снова появилось ощущение допущенной ошибки. Во–первых, он забыл термос с чаем, во–вторых, проскочил поворот в Новосёловку. Посчитав, что не каждый день туда ездит, Роман простил себя, утешительно сказав вслух:

– Сейчас развернусь и доеду до Новосёловки, где меня ожидают друзья охотники, будет мне там и еда, и вода.

Быстро развернувшись, на пустой загородной трассе, вдавил педаль газа. И вновь дорога замелькала серым полотном, с проскакивающей белой линией прерывистой разметки. Нива трясучая и гремучая