Плохим мальчикам нравятся хорошие девочки - Ирина Муравская

Плохим мальчикам нравятся хорошие девочки

Глава первая. Новенький

POV САЛАМАНДРА

Начало последнего учебного года. Ещё первая неделя не закончилась, а я уже мечтаю об выпускных экзаменах. Нет, ладно, экзамены не надо, я пока к ним не готова морально, а вот чтобы поскорее начались промежуточные каникулы можно. Сил нет каждый день лицезреть пафосных напыщенных павлинов, чьё самомнение настолько зашкаливает, что счёсывает затылком побелку с потолка.

Ненавижу это место и одноклассников, но папа верно говорит ― аттестат о завершении самого элитного в городе учебного заведения откроет любые двери. Вот и приходится терпеть. Ну и потому что оплата уже внесена.

Частная школа в главном курортном месте России. Огромная территория с видом из окон на Чёрное море. Изменённая "прогрессивная" модульная система обучения. Углублённое изучение иностранных языков. Тщательно отобранный преподавательский состав. Евроремонт, два спортивных зала (открытый и крытый), два бассейна (так же открытый и крытый), самое современное оборудование, комната "отдыха" для перемен и прочие бла-бла-бла.

Разумеется, циферка за то, чтобы твоё чадо сюда попало немаленькая, поэтому перенаселения нет. А раз учеников, как младшего корпуса (6-8 классы), так и старшего (9-11) не так много, каждого знают поимённо и перед каждым бегают на цыпочках. Иначе велик риск впасть в немилость у влиятельных родителей избалованных деток.

"Золотая молодёжь" ― вот кто здесь учится. Те, для кого не существует границ и которым плевать на правила. Им можно всё. Чем они охотно пользуются, зная, что наказания всё равно не последует. Даже прямо сейчас.

Звонок прозвенел, но учительница английского запаздывает, поэтому в кабинете стоит гул. Пятнадцать человек в группе, а по децибелам складывается впечатление, что пятьдесят. Кто-то врубил на портативной колонке клубную долбёжку. Другие, пытаясь её заглушить, пытаются её перекричать, рассказывая об эпично проведённых на очередных тусовках выходных. Третьи парят вонючие вэйпы, залипая в айфонах.

Альбина, местная королева, фривольно сидит на Лёше, если проводить ту же аналогию ― местным королём, который велит всех величать его не иначе чем Алекс. Короткая женская форменная юбка в красную клетку задралась чуть ли не до трусов, но сильно этого никого не заботит. Зато беспроблемно позволяет клешне "Алекса" лапать женские бедра, пока язык, страстно причавкивая, блуждает в чужом рту.

Не хочу ни смотреть на этот цирк, ни слушать его, поэтому затыкаю уши беспроводными наушниками, пряча их за распущенными волосами. Несмотря на открытое окно в классе душно. Снимаю пиджак, сбросив его на соседнее пустующее место, и закатываю рукава белой блузки по самые локти.

Форма с нашивкой геральдики школы ― обязательный к ношению атрибут, казалось бы, создавался с целью всех уравнять, однако в формуле затесался просчёт. Потому что каждый носит её как захочет. Девчонки целенаправленно укорачивают юбки, а блузки вяжут узлом на талии, выставляя на обозрение результат стараний в фитнес-залах. Парни же… Спасибо, что хотя бы просто надевают что велят. И неважно уж, как.

– Потапова, урок начался. Слезай с Маркова. Панфилов, музыку убавь, будь любезен, ― Валентина Павловна входит в класс, но всем на это до лампочки. Просьбу приходится повторить трижды, прежде чем воцаряется хоть какое-то подобие тишины. Но на этом всё и ограничивается. ― Альбина, тебе особое приглашение нужно?

Увы. Эффектная брюнетка с нарощенными волосами до поясницы и подкаченными губами, может, и согласна слезть с благоверного, да только тот не даёт. Удерживает её на себе насильно.

– Мы вроде никому не мешаем, ― с вызовом ухмыляется Лёша. В жизнь не назову его "Алексом". Даже мысленно. Много чести. ― А мне получать знания так гораздо приятнее.

– Марков, прояви если не уважение, его от тебя не дождёшься, то хотя бы подобие.

– Я пришёл. Достаточно и этого.

Стандартные разборки. Обычно на этом всё заканчивается, после чего сынка крупного бизнесмена оставляют в покое, но Валентина Павловна одна из тех немногих здесь, кто даёт отпор зарвавшимся ученикам, а не смиренно терпит их наглость. За что я глубоко её уважаю, а другие открыто ненавидят. Но ничего не могут сделать ― несмотря на жалобы, увольнять её не спешат. Видимо, понимают, что лучшего специалиста по профилю им не найти.

– Вот как пришёл, так и уйди. И вещи не забудь, ― спокойно декларирует она. Не требует, но это и не вежливая просьба. Факт.

– Чё? ― лицо Лёши хищно вытягивается.

– Что слышал. Выйди из кабинета. Для тебя на сегодня урок закончен.

Ой-ей. Сейчас начнётся.

– Дамочка, вы ничего не попутали?

– Попутал ты. Школу с борделем.

– А ну-ка, кыш, ― стряхивая с себя оскорблённую куклу с закосом на барби, Марков грузно поднимается с места. ― У вас последний шанс пересмотреть своё решение, "уважаемая" Валентина Павловна, ― не на ту напал. Англичанка, скрестив руки на груди, спокойно выдерживает натиск его взгляда, но даже она оказывается не готова к дальнейшему повороту. ― А у меня идея! А давайте выйдете вы? А то вы нам только мешаете, ― под всеобщее довольное улюлюканье достаточно массивная по комплекции из-за спортивных тренировок дылда бесцеремонно начинает выталкивать хрупкую женщину к выходу. Та отчаянно сопротивляется, угрожая, но против лома нет приёма: слишком неравноценные габариты.

Дурдом. И это ещё цветочки, порой случаются инциденты похлеще, но в данном случае я не могу оставаться в стороне. Не с этим учителем. Других, заискивающих и боящихся потерять своё место, мне не жалко, а вот Валентину Павловну в обиду не дам!

Вскакиваю из-за парты. Единственная из всех. Остальные лишь глумятся, ржут и снимают всё на телефоны. Сброд. Ненавижу.

– Марков, ты совсем обалдел!? Угомонись! ― пытаясь оттянуть Лёшу, чуть ли не ору. Куда там. Всё равно что статую пытаться сдвинуть.

– Отцепись, Саламандра. Не мешай развлекаться.

– Отличное развлечение! Достойное тебя. Только ты можешь переть на тех, кто слабее, ― не прекращаю попыток, за что просто-напросто получаю с разворота по лицу. Хорошо так, до искр в глазах. Стоит заметить: не специально. Меня лишь хотели оттолкнуть, но не рассчитали сил.

– Сказал же, не лезь. Сныкайся в уголке и сиди, пока ещё раз не получила, ― без каких-либо угрызений совести шикают на меня, удерживая дверь, с обратной стороны которой сердито барабанят, но быстро перестают. ― Ну всё. Урок закончен, ребята, ― самодовольно лыбится мерзкая рожа. ― Чем займёмся?

– Так и будете сидеть, бестолочи? ― облизывая разбитую губу, свирепо оборачиваюсь к гогочущему классу. ― Хоть у кого-то есть яйца или здесь все кастрированные?!

Оскорбление отвешиваю