Плохим мальчикам нравятся хорошие девочки - Ирина Муравская

– Тебе нос ломали когда-нибудь? ― зачем-то спрашиваю.

– Трижды.

– Заметно. Часто ввязываешься в драки?

– Кто-то же должен учить людей вежливости, ― ха! Кто бы его самого поучил, потому что взгляд Сорокина без малейшего стеснения соскакивает с моего лица туда, где из-под мокрой ткани проглядывает контур лифчика. ― Надо же. У тебя там даже что-то есть.

От такой наглости едва икотой не давлюсь.

– Есть. План-капкан на миллион, ― дерзко парирую, сердито скрещивая руки на груди. ― Готов попасть в ловушку или трусишь?

Как мне кажется, весьма эффектный выпад остаётся неоценённым.

– Не, я пас. Но ты пуговичку всё равно расстегни. Глядишь, желающие подтянутся, ― точным броском отправляя смятый комок в мусорку, криво усмехаются. ― Ладно, белобрысая. Бывай. Ещё увидимся, ― салютуют мне небрежной отмашкой и уходят.

Волшебно. Просто волшебно.

* * *

Домой возвращаюсь в не самом лучшем расположении духа. И, как всегда, пешком. Очень удобно жить на той же береговой линии, буквально в шаговой доступности от школы. Не приходится, как остальным, ожидать машину с водителем, чтоб ехать в элитный частный район. Там, конечно, коттеджные посёлки и зелёный оазис уединения, но здесь… Какая же красотища и оживлённость здесь!

А вид на море? Его свежий солёный запах, оседающий на губах. Тёплый песок, по которому грешно не пройтись босиком. Аниматорская музыка, доносящаяся с территорий отелей. Беззаботность отдыхающих, томно возлегающих на шезлонге с прохладительными напитками. Резвящиеся в лягушатнике дети. Передвижные ларьки со сладкой ватой, горячей кукурузой и мороженным. Палатки с сувениркой, возле которых кучкуются нескончаемые толпы. Сочность красок, запахов и колорита просто зашкаливающая.

Порой я, конечно, жалею, что мы с родителями переехали сюда, но это бывает о-оочень редко. И в основном зимой, когда курортный город заметно вымирает. Не совсем, конечно, но с окончанием купального сезона уровень перенасыщения туристами сильно падает. Но всё равно: это настоящее блаженство ― вставать утром, выходить на балкон и любоваться морем.

Вот и сейчас я им любуюсь, идя вдоль облагороженной клумбами и подстриженными кустами набережной. Только успевай уворачиваться от велосипедистов, скейтеров, роллеров и самокатчиков. По одну сторону переполненный шумный пляж, по другую ― вереница гостиничных комплексов самых разных мастей и стилей. Мне прямиком в один из них.

Территория под наш отель отведена колоссальная, потому что сами здания невысокие, зато растягиваются паровозиком не на одну сотню метров вдоль берега. В панорамных окнах бликует солнечный свет, а от высаженной по периметру зелени рябит в глазах.

На ресепшене уже Анна, сменившая с утра Кирилла. Приветливая девушка лет на десять старше меня. Работает тут достаточно давно, и мы с ней в целом общаемся вполне на дружелюбной ноте. Вот и сейчас здороваемся, обмениваемся парочкой фраз, включая искреннее сочувствие от моего внешнего вида, после чего поднимаюсь на верхний этаж, отведённый под жилую зону руководства: родительские апартаменты, мини-кухню и мою спальню с индивидуальной ванной комнатой.

Мой папа ― владелец сети отелей в городе, и несмотря на то, что у него нет острой необходимости находиться в одном из своих филиалов круглосуточно, на семейном собрании несколько лет назад было единогласно решено перебраться из области сюда. На постоянку.

По началу, конечно, было непривычно от излишней многолюдности, но в конечном итоге обвыкнуться оказалось куда проще, чем я думала. Можно считать, что отпуск у меня теперь круглый год. Захотела ― пошла в бассик. Захотела ― на пляж. Салоны красоты на территории, СПА-центры, ночные клубы, развлекательные вечерние программы, напитки в лобби, шведский стол ― all inclusive. Включая приставания подвыпивших отдыхающих.

Опять же, убираться нет необходимости. Бросил впопыхах с утра постель, придёшь ― а Марта, уборщица из Узбекистана, уже всё приберёт и вычистит до блеска. Ещё и свежих цветочков в вазочку поставит для уюта. И шоколадками снабдит. Знает, что я сладкоежка.

– Эй, ты меня сейчас с ног собьёшь, ― ласково взлохмачиваю кинувшуюся ко мне Чару: добродушного пса, в холке доходящего до пояса. Такая снесёт и не заметит. ― Привет, привет. Фу, не слюнявься, ― стандартный ритуал: уходишь ты на пять минут или на весь день ― встречают тебя так, будто не видели целую вечность. Не то, что некоторые. ― Учись, Бегемот, ― укоряюще взираю на вальяжно растянувшегося на моей кровати дымчатого окраса кота. Не кота, котищи. Котяры. Толстого, вечно недовольного и взирающего на всех как на, прошу прощения, какашку.

Обычная дворняга и уличный угрюмый кот. Их появление ― отдельная эпопея. Несколько дней пришлось скакать вокруг папы милым зайчиком, умоляя разрешить их оставить. Животные ведь в отелях не приветствуются, не всякий оценит. Не сразу, с боем, но родитель сдался. Правда наказал ― дальше моей комнаты те не выходят и сами по себе не слоняются по коридорам без дела.

Тю! Да ради бога. У меня спальня размером со стандартную однокомнатную квартиру, им обоим тут раздолье. Кормят, поят, играют, и даже почти не получают за подранные тапки ― рай для тех, кто до того мёрз и голодал на улице. А последняя зима выдалась прям примеркой, непривычно холодной для здешних мест.

Закончив с объятиями, с облегчением снимаю с себя пиджак, который приходилось носить остаток уроков. Не сильно он помог, конечно, но хоть частично спрятал испорченную одежду. Интересно, Марта сможет вымыть пятно? Она в этом деле мастерица, и не с таким справляется.

Почти уже снимаю с себя блузку, когда на телефон приходит очередное уведомление о новых комментариях, реакция на свеже залитое в сеть видео с потасовкой в кафетерии. У нас для таких сенсаций даже есть свой "неофициальный" школьный канал. Я туда пока не залезала, но надо тоже хоть глянуть приличия ради: что всё-таки творилось за моей спиной.

Заваливаюсь на кровать рядом с недовольно сощурившимся Бегемотом, включая запись. Она начинается не с самого начала, но несложно уловить суть. Если вкратце: тот пацан из десятого нагрубил тёте Норе. Даже не нагрубил, а брезгливо швырнул ей поднос с запеканкой, пожелав самой давиться этой "дрянью". После чего Сорокин и подключился, требуя извинений.

Странно.

Помочь англичанке он сподобился лишь после того как его эго кольнули, а тут сам подорвался. С чего такая прыть? Но не могу не отрицать: зачинщика окунули в несчастную запеканку эпично.

Ой, там даже я засветилась на заднем плане.

Ужас.

Это что, моя спина правда такой сгорбленной смотрится со стороны!? А вот волосы ничего. Но пора уже постричь кончики и подкрасить тёмные корни. Всё-таки блондинка ― это не от рождения. Блондинка ― это призвание.