Письма - Екатерина Сиенская

Нестроения же внутри самой Церкви для нее непереносимы. Она глубоко переживает недолжное поведение церковных иерархов, обращается к Папе с письмами о необходимости проведения реформ, призывает Григория XI повыдергивать зловонные цветы, запятнанные нечистотой и алчностью, раздувшиеся от гордости в саду святой Церкви, то есть низвергнуть дурных пастырей и правителей, отравляющих и наполняющих этот сад гнилью. <...> Посадите в этом саду душистые цветы — пастырей и правителей, которые были бы истинными слугами Иисуса Христа, стремились бы лишь к славе Божией и к спасению душ, стали бы отцами для бедных (письмо 3 (206), с. 17—18 наст. изд.).

Она упрекает церковных иерархов, включая и Папу, в себялюбии, пагубном и для пастыря, и для пасомых:

<...> Он видит, что его подчиненные совершают проступки и грехи, и притворяется, будто не замечает содеянного, а потому и не исправляет; а если исправляет, то с такою теплохладностью сердечной, что не вырывает порок с корнем, а лишь налагает пластырь, и всегда боится кому-нибудь не понравиться и с кем-нибудь вступить в войну. <...> О, человеческое ничтожество! Слеп больной, не ведающий о нужде своей; и слеп пастырь, он же врачеватель, что заботится и печется лишь об удовольствии своем и о собственной пользе. <...> Так и больной и лекарь попадают в ад (письмо 1 (185), с. 8—9 наст. изд.).

Реформа Церкви связана в понимании Екатерины с необходимостью крестового похода. Если ранее главной целью крестовых походов было отвоевать святые для христиан места у язычников, то Екатерина видит задачу похода в просвещении светом Христовым тех народов, которые лишены этого великого блага[659], в расширении и укреплении Церкви Христовой, а также в возможности принять мученичество за Христа.

Когда в 1378 году новоизбранный Папа Урбан VI отталкивает от себя чрезмерной резкостью и своенравием своих бывших сторонников (в том числе французского короля Карла V и неаполитанскую королеву Иоанну) и коллегия кардиналов избирает французского папу, или антипапу, Климента VII, положив тем самым начало Великому расколу, Екатерина воспринимает это крайне болезненно. С отчаянными письмами обращается она ко всем, от кого зависит изменить эту ситуацию. Она уговаривает, требует, угрожает, всячески пытается предотвратить окончательный раскол и вражду. Она пытается вразумить Карла V:

Я весьма удивляюсь, что католик, желающий стяжать страх Божий и быть мужественным, позволяет собою помыкать, подобно дитяти малому, и не видит, что и себя и других обрекает на погибель, каковой является осквернение света святейшей веры советами и речами людей, о которых мы знаем, что они приспешники дьявола, засохшие деревья; людей, чьи пороки проявились в яде ереси, недавно посеянном ими, когда они начали утверждать, что Папа Урбан VI и не Папа вовсе. Отверзите очи разума и узрите: эти люди бессовестно лгут (письмо 19 (350), с. 88—89 наст. изд.).

Еще в более решительных выражениях обращается она к неаполитанской королеве Иоанне, которая сначала приняла Урбана VI, а затем отвернулась от него из-за его резкой манеры общения с окружающими:

Из госпожи Вы превратились в служанку и рабу того, что не имеет в себе бытия, подчинились лжи и ее отцу, дьяволу; забыли наставления Святого Духа и внимаете советам бесов во плоти. Росток, привитый к истинной лозе, ножом себялюбия Вы отрезаны от этой лозы; будучи законной дочерью, нежно любимой отцом, наместником Христа на земле, Папой Урбаном VI, истинным Папой и верховным понтификом, Вы отвернулись от груди Вашей матери — святой Церкви, где так долго кормились. Увы, увы, Вас можно оплакивать как мертвую, изгнанную из жизни Благодати, мертвую душой и мертвую телом, если не избавитесь от своего заблуждения (письмо 22 (317), с. 105—106 наст. изд.).

И если прежде она упрекала Урбана VI, то теперь, не вникая в суть его поведения, она радеет о единстве Церкви и с огромной силой темперамента и убеждения призывает кардиналов к послушанию именно Урбану VI как законному главе Церкви:

Я поняла, что бесы во плоти избрали не Христа на земле, но породили Антихриста против Вас, Христа на земле; я исповедую и не отрицаю, что Вы — наместник Христа, Вы держите ключи от винного погреба святой Церкви, где хранится кровь непорочного Агнца; Вы — служитель Его, невзирая на тех, кто говорит обратное, и в посрамление той лжи, которую Бог рассеет Своею сладостною истиной. <...> Вперед же, святейший отец! Вступите бесстрашно в сражение (письмо 9 (306), с. 41 наст. изд.).

В 1379 году Екатерина сама приезжает в Рим со своей famiglia, чтобы лично воздействовать на кардиналов. Хотела она отправиться и в Неаполь для переговоров с Иоанной, но не получила на это благословения, — вероятно, в связи с состоянием своего здоровья. Раймондо да Капуа был отправлен к Карлу V, но так и не добрался до Парижа. Поверив слухам, что его хотят убить в пути, он остановился в Генуе. Екатерина обращается к нему с суровым письмом:

Смотрите не уклоняйтесь от тягот; наоборот, радостно принимайте их и несите со святым желанием, говоря: «Добро пожаловать» и «Какую благодать дарует мне мой Создатель, попуская переносить тяготы и страдать во славу и хвалу Его имени!» <...> Отдайте жизнь за распятого Христа, утопайте в крови распятого Христа (письмо 50 (100), с. 233— 234 наст. изд.).

Создается впечатление, что не Раймондо является ее духовником, а она руководит им. Когда он отказался от попытки продолжить путешествие, скорби и гневу Екатерины не было конца, о чем свидетельствует ее очередное письмо к Раймондо:

А если оказались неверным, то вновь примите крещение в крови. Если дьявол затуманил Вам взор разума, омойте очи в крови; если впали в неблагодарность и не признаете полученных даров, обретите благодарность в крови (письмо 51 (102), с. 237 наст. изд.).

Неустанная, поглощающая все силы борьба за единство Церкви, за проведение реформы внутри нее истощала силы Екатерины. Она постоянно ратовала за водворение Святого престола в Риме, надеясь, что Церковь возродится и вновь обретет свое былое величие. Переезд состоялся, но не принес ожидаемых результатов. Последовавший за тем раскол Церкви оказался худшим