Верхом на тигре. Европейский ум и буддийская свобода - Оле Нидал

Каждый день мы проводили с Кармапой, и он поручал своим ученикам-держателям линии давать нам посвящения.

Он читал лекции, провел Обещание Бодхисаттвы и два посвящения – в Защитницу Белый Зонт, которая нам особенно близка, и во Второго Кармапу Карма Пакши. В свое время Карма Пакши предсказал, что переродится в двух человеческих телах одновременно. Его просветленный ум будет проявляться в теле не только Кармапы, но и другого ламы – Шамарпы. В Тибете Кармапу и Шамарпу называют «Кармапа в Черной короне» и «Кармапа в Красной короне». Их воспринимают как одно целое, сравнивая с солнцем и луной.

Высший из четырех держателей линии – Кюнзиг Шамар– па – дал посвящение в красного Будду Безграничного Света, чьей эманацией он является. Гьялцаб Ринпоче, сидя на кровати, посвятил нас в Будду силы по имени Алмаз в Руке, а поздно вечером еще и в Йидама Алмазный Кинжал. Джамгён Ринпоче дал нам Будду Мудрости на Льве, и, наконец, Трангу Ринпоче объяснил медитацию на Восьмого Кармапу.

Шамар Ринпоче, Гьялцаб Ринпоче и Джамгён Конгтрул Ринпоче

Группа отправилась дальше в Непал, но нас с Ханной Кармапа попросил остаться. Готовилось нечто очень важное. Один американский ученик построил известному йогину Тулку Ургьену Ринпоче огромный монастырь в Катманду, и Кармапа собирался освятить это место. Мы должны были их отвезти. У нас в распоряжении было пять джипов и один грузовик. Некоторые машины – подарки щедрого бутанского короля – были новыми, остальные же напоминали металлолом. Ханне достался военный джип «Ниссан» с Трангу Ринпоче и сестрой Палмо в качестве пассажиров, а мне – «Лендровер», самый старый и разбитый в Гималаях. Со мной ехал слуга Кармапы, к животу его была привязана Черная корона. Машины были переполнены людьми из Румтека и багажом. Настоящий семейный выезд!

Это сразу стало увлекательным. Абсолютно новый джип Кармапы просто рванул вперед, и всем остальным водителям приходилось догонять его, кто как мог. Дорога – индийский проект – была только что построена, но уже нуждалась в ремонте, и вдобавок строители забыли сделать мосты. Раз десять нам приходилось переезжать туда-сюда через реки. Поездка могла бы послужить материалом для рекламы сафари-ралли. И все-таки нам как-то удалось добраться до цели, не подцепив на радиатор в качестве украшения ни местного жителя, ни корову, ни курицу. Когда мы приехали на перевал, у нас захватило дух от вида на заснеженные цепи Гималайских гор на севере, тянущиеся вдоль всей долины Катманду. Кармапа велел всем остановиться. Мы стояли вокруг него, а он произносил тибетские названия снежных вершин, видимых на сотни километров по обе стороны от Эвереста. Он поведал нам, какие Будды излучаются в мир из каждой вершины и где собралось силовое поле Высшей Радости, Девы Долгой Жизни и других важных Будда-форм. Это было ни с чем не сравнимое переживание – слышать такие вещи от человека, просто описывающего то, что он видит. Никогда еще мы не были так близки к древнему Тибету.

Мы стояли вокруг него, а он произносил тибетские названия снежных вершин, видимых на сотни километров по обе стороны от Эвереста.

Царь Махамудры

Незадолго до этого произошло событие, о котором в Румтеке говорят до сих пор. Его неудачный исход с легкостью мог бы обеспечить мне место рядом с Мао Цзэдуном в анналах линии Кагью и еще 500 перерождений кротом. Тормоза «Лендровера» были плохими с самого начала, даже по индийским меркам. Кроме того, я часто не мог переключиться на более низкую скорость, а ручной тормоз вообще ни на что не годился. Когда мы ехали вниз по предгорью в направлении Катманду, отказали и ножные тормоза. И это все с Короной Кармапы в моей машине! Мы с растущей скоростью проскакивали крутые повороты, пока я не заметил кучу гравия, оставленную дорожными рабочими. Я въехал в нее, выставив одну руку перед слугой Кармапы, чтобы защитить Корону. «Лендровер» почти не пострадал, но тибетцы посчитали этот инцидент очень драматичным. Кармапа, смеясь, прокомментировал: «Машина плохая – благословение хорошее». Мой попутчик быстро залез в грузовик, а остальные забились в джипы. Машину, попавшую в аварию, они хотели отправить назад, хотя знали, что в тот же день она исчезнет, разобранная на кусочки. Мне это не понравилось. Итак, с разрешения Кармапы мы привязали «Лендровер» впереди грузовика, который должен был не дать ему разогнаться. Веревка, пережившая много сезонов дождей, дважды лопалась, и оба раза мне приходилось тормозить, врезаясь в кучи гравия, пока мы не нашли стальной трос. Остальную часть дороги до Катманду аварии случались уже с грузовиком, который ехал позади меня.

1976

Непал

По прибытии в Сваямбху я вошел в комнату Кармапы в большом храме в исторический момент: ему вот-вот предстояло узнать первого белого тулку. В свободных странах с хорошей кармой живет много таких осознанных перерожденцев. Можно сказать, что, если человек видит свое тело как инструмент, позволяющий приносить другим пользу, он уже находится на этом уровне. Несомненно, тулку есть и среди моих учеников: они развиваются очень быстро. Тибетцы, однако, признают их редко и только в том случае, если те получают полное традиционнее образование. Раньше учителя, подобные Кармапе, благодаря ясному видению сути давали воплощенцам важные и особенные задания. Однако первому белому мальчику-тулку пришлось пройти через всю тибетскую учебную мельницу. Мы познакомились с его родителями во времена хиппи, и позже подробности его обнаружения были засвидетельствованы друзьями в Америке.

Ступа Сваямбху

Нам эту историю рассказали в следующем виде. В 1974 году, когда Кармапа был в США, одно миролюбивое маленькое племя пригласило его в юго-западные штаты. К сожалению, это были хопи, не просыхающие от алкоголя. В некоторых из их предсказаний было написано, что, когда дела пойдут совсем плохо, появятся их братья в красных одеждах. Индейцы подумали, что речь шла о тибетцах. К тому моменту, когда прибыл Кармапа со свитой, там уже много месяцев стояла засуха, и хопи спросили его: «Может ли такой святой человек, как ты, вызвать для нас дождь?» Кармапа ответил: «Я буду держать это в уме». Он дал индейцам посвящение в стоящую красную форму Любящих Глаз и сильное благословение. Во время этой церемонии на горизонте собрались тучи, и, как только Кармапа захлопнул дверцу автомобиля и тибетцы отъехали, на землю упали первые капли дождя.

На следующий день в Нью-Мексико на главных страницах местных газет можно было прочитать: «Кармапа вызвал дождь в стране хопи». Позже одна из этих газет попала в руки Хетти и Ангуса, находившихся в Катманду, и они написали Кармапе в Сикким письмо с вопросом. Они с маленьким сыном жили к северу от Нью-Йорка. Через несколько лет после рождения сына молодые родители внезапно почувствовали сильное стремление поехать в Непал. Как только они прибыли в храм Кармапы на Сваямбху, их сын, к удивлению родителей, попытался взобраться на ступеньки монастыря, повторяя: «Мой монастырь, мой монастырь!» Сначала они предположили, что он выучил это, общаясь с маленькими монахами. Но те не говорили по-английски. Ответ Кармапы на их письмо все прояснил: «Ваш ребенок – воплощение прежнего учителя. Оставайтесь там, где вы находитесь, я скоро приеду».

На следующий день в Нью-Мексико на главных страницах местных газет можно было прочитать: «Кармапа вызвал дождь в стране хопи».

Итак, отправив «Лендровер» в мастерскую, я поспешил к Кармапе. На столе лежали две карты. Одна из них была старая и пожелтевшая. В ней содержалось сообщение Кармапы о времени и месте рождения ребенка. Рядом лежала карта Массачусетса. Реки, горы и остальные особенности ландшафта совпадали. Бывало, что Кармапа показывал свою карту, и его люди спрашивали, не пора ли начать поиски ребенка. После ухода из Тибета он часто находил перерожденцев в Бутане и других местах в Гималаях. Но Кармапа сказал: «Этот придет сюда сам». Теперь он сидел там, голубоглазый, c волосами цвета соломы, похожий на маленького солдата. Он был излучением речевого центра великого Сангдже Ньенпы Ринпоче, который в своем первом воплощении был учителем Восьмого Кармапы.

Юный Сангдже Ньенпа Ринпоче

В храме Сваямбху

Посвящения, состоявшиеся в новом храме Бодхгаи, были фантастическими. Кармапа дал «Сокровища мантр Кагью» – передачу, которую Марпа принес в Тибет в XI веке. Примерно 150 лет назад Лодрё Тхае, первое воплощение Джамгёна Конгтрула Ринпоче, составил из этих посвящений единое собрание. На церемонии пришли все: Ринпоче, тибетские монахи, многие друзья с Запада и часто влиятельные, но намеренно бедно одетые люди из племени невари. Даже прожив столетия под гнетом индуистских гуркхов, они все равно являются носителями культуры долины Катманду. Когда гуркхи завоевали эту страну, они запретили буддистам поддерживать монастыри и силой заняли большинство древних буддийских святынь. Сегодня эти места еще и охраняются солдатами, которые вытесняют неиндуистов, угрожая оружием.