Выбрать свободное небо - Тереза Тур

— Поспать? — свирепо зарычал он, нависая над ней, — почти в шесть утра?! В свой выходной? Конечно, можешь!

И они сладко заснули. Проснулись разом оттого, что у него опять зазвонил будильник.

— Вставай, Sleeping Beaty, — поцеловал он ее в щеку, — поехали! Альбомы для рисования не забудь. В чем ты там наброски делаешь?..

Лиза усмехнулась — про это ей можно было не напоминать. Потом, когда они приехали, она взвизгнула от восторга: он привез ее на конюшню.

— Лошадь тебе была нужна, надеюсь, не белая? — улыбнулся он и легко вскочил в седло красивого вороного коня, которого ему подвели.

Прошелся круг, не торопясь, словно привыкая, затем пустил коня легким галопом. Он ездил уже, наверное, минут сорок, когда Лиза отвлеклась от своих зарисовок, подбежала к изгороди. Роберт подскакал поближе, осадил коня, склонился к ней.

— И кто тебе волосы обстриг? — с жалостью прошептала она, дотронувшись до его армейского ежика, — Роберт, а ты можешь не улыбаться?…

— Мне сделать такое лицо, с которым я три сезона отходил в «Айвенго»?

— Да, — закивала Лиза, — оно прекрасно.

Роберт развернул коня, пустил его галопом, а когда вернулся, Лиза охнула — даже она поразилась его преображению. Это был не тот человек, что привез ее сюда. И даже не потому, что Роберт целое утро улыбался, а этот был серьезен.

У этого человека изменилась даже посадка. Кроме того, в нем появилось высокомерие, переходящее в гордыню… Глаза его засверкали скрытым бешенством. Вместе с этим во всем его облике чувствовалась обреченность. Обреченность, яростное стремление к счастью — и невозможность его достичь…

— Вау, — раздался над ее ухом восторженный возглас — Лиза подпрыгнула от неожиданности: девушку, что подошла к ней, она не заметила. — Вау!!!! Это же Бриан де Буагильбер!

— Точно! — подтвердила Лиза, — собственной персоной!

— Вы хотите сказать, что у нас на конюшне Роберт Ренделл, а я ничего не знаю?!

Лиза улыбалась — и рисовала. Роберт не обращал никакого внимания на зрительницу — гарцевал и гарцевал себе…

— Слушайте, — в голову Лизе пришла гениальная идея. — Я вообще-то рисую рыцаря с девушкой. Она сидит на лошади перед ним. И я не совсем понимаю… Как рисовать — а сама я верхом не езжу…

— Мой Бог! Я в объятиях Роберта Рэнделла!!!! Это сон! Прекрасный эротический сон, — воскликнула девушка, посмотрела на Лизу внимательно и пробормотала. — Простите…

— Ничего, — улыбнулась ей в ответ художница. — Я и сама себе завидую…

Глава двадцать восьмая

— Добрый день! С вами опять дневное шоу Аманды. И сегодня, в первых числах нового года у нас в гостях замечательный актер и обворожительный мужчина Роберт Рэнделл!

Зал взорвался бурными овациями — оператор обвел камерой сияющих поклонниц. Потом перехватил крупным планом сияющую ведущую и ее улыбающегося гостя.

Роберт хотел удушить своего агента. Уж такого «подарка» на праздники, как встреча со своей бывшей, он не предполагал. Ему аккуратно сказали, что есть новое шоу — как раз идут пилотные выпуски, рейтинг — прекрасный.

— Тебя давно не было на шоу. Надо. — Ему сказали — он поехал. А тут, на съемках, ему нежно улыбалась Аманда.

— …Мои поклонницы — самая лучшая группа поддержки, которую только можно вообразить. И я поздравляю всех с праздниками… — говорил Роберт, стараясь не отвлекаться на свои мысли.

Женщина, которую он когда-то любил, не изменилась за эти несколько лет. Та же изумительная законченность образа, продуманность до кончиков локонов. «Какая прекрасная женщина» — должны были думать все, кто ее видел. И все ради этого. Вся жизнь ради этого. И ее жизнь, и — получается — его. А еще жизнь их не рожденного ребенка.

А вот об этом думать нельзя. Он — успешный, состоявшийся актер, у которого все хорошо. И он рад встрече с поклонницами. Он общается с ними — только так.

— Жаль вам Буагильбера? — ведущая — не забывать, что Аманда только ведущая ток-шоу — задала еще один вопрос.

— Не знаю, — улыбнулся он. — Каждый из нас проживает такую жизнь, какую он желает. И мой герой — не исключение. Он прожил так, как хотел: неистово, страстно. Он метался между страстями, между темной и светлой своими сторонами. И погиб сам, но спас любимую. Я очень благодарен сценаристам за то, что они чуть изменили текст книги «Айвенго», оставили моему герою жизнь после поединка с Айвенго — и дали возможность искупить вину перед любимой.

— Спасибо! А сейчас вы снимаетесь?

— Сейчас идут съемки в Африке. BBC ведет съемки боевика «Солдат удачи».

— О чем этот фильм?

— О солдате, — рассмеялся он. — О наемнике.

И вдруг Роберт стал очень-очень серьезен. У него даже выражение лица изменилось. Он мгновенно перевоплотился в своего героя.

— Джон вдруг вспомнил о таком недостатке — для человека, которому работодатель отдал приказ. Он вспомнил о совести. И о чести.

— И он? — Аманда изобразила интерес. Роберт слишком хорошо ее знал, чтобы понять — ей неинтересно про метания чей-то души. Наверное, потому что у нее вместо души как раз пустота.

И тут его отпустило. Он увидел — наконец смог разглядеть — за изумительно красивой внешностью отвратительное уродство. И смог порадоваться, что судьба — пусть даже такой жестокой ценой — их развела.

И ему стало легко:

— И он спасает тех, кого он должен был убить.

— И что самое трудное для вас, Роберт?

— Все в этом проекте трудно. Но безумно интересно. Вы знаете, легко бегать с автоматом по горам — это целая наука.

— Никогда бы не подумала, — обворожительно улыбнулась Аманда.

— Я тоже. Но всегда надо стремиться к совершенству, — а вот он улыбался ослепительно.

— Ты хорошо выглядишь, — устало сказала Аманда после эфира.

— Спасибо. Ты тоже, — равнодушно, не пытаясь изобразить радушия, ответил Роберт.

— Мне, как ты видишь, стало скучно просто вести светскую жизнь. Я решила попробовать себя на телевидении.

— Замечательно.

— Ты, как я слышала, весь в новом романе?

— Да, — улыбнулся он. — И я очень счастлив.

— Странный ты выбрал объект для любовной истории.

— Тебе не кажется, что это не твое дело?

— Однако тебя обсуждают, — чуть склонила голову Аманда.

— Чего же ты сегодня не задала вопрос о моей личной жизни? — усмехнулся актер. — Я бы рассказал, насколько я счастлив.

— Я понимаю, конечно — экзотика. Но зачем такой радикальный объект-то? Нищая девчонка из России. Что за дурновкусие? Вас же ничего, разумеется, объединять не может. Разве что секс с ней феерический.

— Всего доброго, — словно и не услышал ее Роберт.

— Или ты нашел ту, что согласится просто выносить тебе ребенка и побыть нянькой? Барби с помойки!

— Хорошего дня.

И он ушел. Через несколько дыханий она услышала, как он благодарит за шоу выпускающего редактора и съемочную бригаду.

Когда Роберт вышел на улицу, он обнаружил, что его на собственной машине ждет его агент. Не Шейла, которая везла его сюда и которой положено было его дожидаться — и Стюарт собственной персоной.

Актер хмыкнул и распахнул дверь автомобиля. Как он и думал, его агент выглядел как-то бледновато.

— Что? — захохотал он. — Страшно?

Стюарт с подозрением посмотрел на него — не изображает ли актер веселье, чтобы потом кинуться. Понял, что тот веселится искренне. И с облегчением выдохнул.

— Мы с выпускающим редактором просто испугались, что ты откажешься. А идея, согласись, хорошая. И твои поклонники с ума посходили в ожидании. И рейтинг у программы подскочил до небес. Ты и твоя бывшая в эфире. Жаль только, что вы не поругались.

— Так какая проблема?! Поставили задачу — мы бы еще и подрались, — беззлобно пробурчал Роберт.

— Но она не стала спрашивать тебя о личной жизни. Это не хорошо.

— Зачем кому-то моя настоящая личная жизнь? Я такого и не вытворяю, что за меня придумывают.

— Зато ты всем интересен, — возразил агент. — Сейчас, как мы с тобой знаем, мало быть и талантливым, и профессиональным. Надо еще уметь заинтересовать собой поклонников.

— Телом, — хмыкнул Роберт.

— И телом, и как угодно. Вот американские коллеги — трусы с сердечками на голову — и вперед — на встречу с фанатами.

Роберт поморщился.

— Зато уже на одиннадцатый сезон контракты подписали. И фанатов на их сагу об охотниках на демонов все прибывает и прибывает. И нам с тобой в полный метр бы уйти — там деньги гораздо большие, чем на BBC — и тебе это прекрасно известно. Так что сейчас тебе что-нибудь эдакое не помешало бы.

— Может, мне еще напиться — и пьяным в баре стиптиз изобразить? — рассмеялся актер, намекая на то, как отличился на прошлой неделе один из коллег по цеху.