Выбрать свободное небо - Тереза Тур

— Тереза, — продолжал упрямиться он.

— По своему Лондону гулять ночью один будешь, — Терезе изменила ее всегдашняя выдержка, и она стала гневаться, — Роберт, у меня Лиза заболела — у нее температура и кашель. Все не так страшно, как может показаться, но Зубов, объятый родительскими чувствами и страхом за дочь — это нечто… Мы тут вторые сутки резвимся… Вот объясни — чего ты-то со мной споришь, если прекрасно понимаешь, что я — права?!

— Прости, — ему стало стыдно, — прости.

— Ничего, ничего, ты нервничаешь…, - обычным тоном заговорила Тереза, — рейс во сколько и какой?

Рейс прибывал почти в полночь по местному времени. Роберта встречал мужчина, по виду типичнейший охранник: бритый череп, раскачанная шея, плечи борца. Черный костюм, накинутая на него кожаная куртка нараспашку.

— Добрый вечер, господин Рэнделл, — на вполне приличном английском обратился к нему охранник, — как добрались?

— OK, спасибо, — ответил ему на родном языке актер, — едем?

— Конечно.

Ну, конечно! Для встречи британского актера подогнали хаммер! Как говорят сыновья Терезы? Понты бьют! Он уселся на заднее сидение, время от времени продолжая набирать номер Лизы — звонки шли, а вот трубку она по-прежнему не снимала.

Хаммер рванулся от аэропорта так, что Роберт вжался в сидение. Охранник что-то сказал шоферу: насмешливое и непристойное.

— Так, на всякий случай, — заметил актер, — я говорю по-русски. Не все выражения, правда, понимаю…

Смех оборвался. Охранник насупился — водитель стал внимательнее всматриваться в дорогу.

Доехали они быстро: город был свободен, а те немногие машины, что им встречались, кидались от хаммера в разные стороны.

— Приехали! — они зарулили в какой-то двор, машина остановилась, и охранник открыл перед Робертом дверь, — второй подъезд.

Он подошел к двери перед Робертом, и крикнул:

— Тут домофон.

— Какая фирма? — шофер стал что-то листать в телефоне.

Охранник назвал.

— Набирай код, — донесся голос шофера из машины, — я диктую.

Охранник распахнул перед Робертом и эту дверь.

— Спасибо, — сказал актер, — дальше я сам.

— Извините, — замотал охранник головой, — мне приказано вас сопровождать и оказывать содействие. Так что я вами. К тому же, неизвестно, что нас там ждет…

Роберт услышал это — и рванул по лестнице так, словно за ним гналась стая демонов. Однако охранник как-то незаметно оттер его плечом — и побежал впереди него.

Пятый этаж. Дверь налево. Роберт позвонил. За дверью явственно слышался какой-то дикий шум — музыка что ли, но дверь никто не открывал. Охранник замолотил изо всех сил кулаком, а Роберт закричал:

— Лиза! Лиза! Откройте!

В этот момент дверь распахнулась. На пороге появился пьяный покачивающийся дед в грязной майке. С топором:

— Вы че, ох…

Охранник одновременно швырнул Роберта себе за спину и отобрал у деда оружие.

— Суки! — заорал дед, нянча правую руку.

— Тихо, тихо, — проговорил охранник так, что тот замолчал, — мы к Лизе. Где она?

— Кто это, — у Роберта прорезался голос — он показал на деда, — что это? — он обвел взглядом, полным ужаса, помещение, в которое они зашли.

Видимо, это была прихожая. Размером где-то два на два метра… Стены, выкрашенные отвратительного оттенка зеленой краской. На проводе под потолком покачивалась желтая тусклая лампочка, вкрученная в цоколь. В квартире за одной из дверей грохотала музыка. Оттуда кто-то появился, смазал прибывших равнодушным взглядом — и исчез.

— Адово пламя! Что это? — не мог успокоиться Роберт.

— Это, — зло улыбнулся охранник, — коммунальная квартира… А это, — он поочередно ткнул пальцем в деда и в дверь, где грохотала музыка, — соседи.

Роберт длинно и энергично выругался — эту тираду в русских переводах обычно стыдливо переводили как «блин».

— Добро пожаловать в Россию! — хмыкнул охранник, — дед! Где комната Лизы?

— Вот, — дед тыкнул пальцем в белую дверь, что была напротив входа.

— Где она? Где девушка?!

— Там она, — сосед с еще большим старанием затыкал пальцем в дверь, — не выходила еще сегодня.

Охранник подошел к белой двери, постучал — ничего.

— Лиза, — позвал Роберт, — Лиза, это я! Откройте! — и он беспомощно воззрился на охранника.

— Будем ломать — без вопроса в голосе заявил тот, примерился, ударил ногой возле ручки — и с первого раза вышиб дверь.

— Фанера, — презрительно отметил он.

И первый прошел в комнату. Роберт, холодея от ужаса, зашел за ним — и первое, что увидел — это Лизу, скрючившуюся на диванчике. Ему вообще показалось, что она не дышала.

С яростным воплем, сметая все на своем пути, он кинулся к ней. Лиза очнулась, распахнула перепуганные глаза — и кинулась к окну.

— Нет, — кричала она, дергая ручку створки окна, — нет, не надо!

Глава четырнадцатая

Лиза сидела на полу, обхватив себя руками, и негромко подвывала. Роберт без сил опустился на ее продавленный диванчик — и лишь беспомощно смотрел на нее. Сначала он пытался ее обнимать, надеясь, что это ее успокоит, но быстро понял, что его прикосновения дают лишь обратный эффект — она напрягалась и начинала подвывать интенсивнее.

Деда выпроводили. Охранник придумал себе какое-то поручение и исчез за выбитой дверью — кажется, он что-то пробурчал о том, что необходимо отчитаться перед Терезой Ивановной и шефом — Роберт энергично закивал: конечно, надо — особенно сейчас, во втором часу ночи… Кроме того, охранник пообещал, что они с шофером будут придумывать, что делать с дверью.

И вот Роберт остался с Лизой наедине. Глупо получилось. Он оттаскивал ее от окна, которое она распахнула, как тогда, летом от перил моста, кричал ей:

— Лиза, это я, Лиза… Успокойтесь…

Он скривился от резкой неприязни к себе — это надо же было так перепугать — спаситель!..

— Что вы здесь делаете? — вдруг спросила Лиза осмысленно, придя в себя.

— Вы не брали трубку, — смущенно пожал он плачами, — я испугался. — Я не мог связаться с вами по скайпу.

— У вас же съемки… Где-то далеко… Вы говорили, что это практически на краю света…

— Я приехал, — он уселся на пол рядом с ней, хотел обнять — почувствовал, как она напряглась, — ну же — это я… Это всего лишь я… Лиза…

Он замер рядом и ждал. Она тоже не шевелилась и, кажется, не дышала. Потом робко уткнулась лбом ему в плечо. Он погладил ее по голове, взъерошил рыженькие волосы:

— Я звонил два дня. Вы не брали трубку. Я разволновался. Потом приехал.

Она покачала головой:

— Появление было эффектным — ничего не скажешь…

— Простите, я чувствую себя очень-очень глупо… — он легонько погладил ее по спине, чувствуя, как ее перестает трясти, — вы не брали трубку, в издательстве сказали, что вас не могут найти. Позвонили тогда — и на полуслове пропали… И все.

— Я хотела, — смущенно сказала она, — я очень-очень хотела позвонить сама. Я даже представляла себе, как сама набираю ваш номер, это было бы так здорово, не ждать, пока вы позвоните, а позвонить самой… Но я не могла… У меня просто нет денег сейчас… Наверное, и на входящие отключили. И ноутбук сломался. Говорят, починке не подлежит.

— Что? — почему-то это объяснение в голову ему не приходило. Какие варианты он только не обдумывал, а этот ему в голову не приходил. — Значит, вы мне не звонили сами, потому что это дорого. Я три дня не мог дозвониться, потому что деньги у вас на телефоне закончились вовсе?

— Именно так, — ответила она.

— Денег у вас на телефоне нет. Вы живете в таком месте. И я боюсь предположить… Вы что-нибудь едите? Или у вас на это тоже нет денег?

— Вы сердитесь? — отстранилась от рычащего Роберта Лиза.

— Только на себя, — вздохнул он и обнял ее снова, — я должен был догадаться. Еще немного злюсь на Терезу — я так понял, что она позаботится о том, чтобы у вас было все необходимое… И ей обычно не свойственно…

— Нет, что вы! — возмутилась Лиза, — Тереза проявила щедрость, просто царскую щедрость. Плюс у меня были деньги, накопленные летом — и вы мне за портрет заплатили… Просто я все потратила.

— У вас были долги? — Роберт ругал себя: надо же — звонил каждый день, думал о том, как ему хочется, чтобы она была рядом, страдал от разлуки… Представлял, как касается ее… А узнать о том, есть ли у нее еда… Как она устроена… Такой вопрос у него даже не возникал…

— У меня были долги, — согласно кивнула Лиза, — я должна была похоронить папу, как полагается. И рядом с мамой. Я потратила все свои сбережения на это.

— И что теперь? — он подался назад, чтобы посмотреть в ее глаза.

— Теперь? — даже удивилась Лиза, — теперь все хорошо. Я успокоилась. У меня много работы. Сейчас я получила заказ — я рисую драконов для Терезы. Я очень-очень стараюсь.