Год 1492-й: конец света или начало истории? - Андрей Пустогаров

Киевская Русь на Днепре: могучее княжество, князья которого ходят по Днепру в походы на Царьград. Затем в связи с раздорами русских князей Русь приходит в упадок и попадает под монголо-татарское иго. (Впоследствии, московские государи сбрасывают татаро-монгольское иго, и собирают земли великоросские и украинские в своей империи).

– Так ведь Иштван и Владимир жили в одну эпоху в близких регионах, – можешь сказать ты, читатель. – Перед их государствами стояли похожие задачи, поэтому так совпадают их биографии.

Есть одно принципиальное отличие. Венгрия и Словакия – древний металлургический регион, стоявший на оживленном дунайском торговом пути. На территории же Киевской Руси не было месторождений ни меди, ни железа, ни серебра. Единственным источником железа мог быть только болотный железняк, из которого получалось низкокачественное железо, не пригодное для производства оружия (подробнее 1.4.2).

Днепр не являлся полностью судоходным вплоть до 18 века.

Поэтому совпадение славного боевого прошлого двух регионов можно сравнить с совпадением результатов в беге у тренированного атлета и хромоногого инвалида.

(О том, что образ князя Владимира синкретический, то есть создан объединением различных персонажей, свидетельствует сюжет о Хазарской полемике в болгарском «Пространном житии Кирилла», которое датируют XV веком. Константин (он же Кирилл) Философ отправляется к хазарскому кагану, который незадолго до этого осаждал христианский Херсон, и состязается в споре о вере. Послушав Константина, хазары заявили: «если кто из нас будет кланяться на Запад, либо свершать еврейские молитвы, или держаться сарацинской веры, тот примет от нас скорую смерть… крестилось же тогда около двухсот человек» (Родник златоструйный, Памятники болгарской литературы IX–XVIII веков, М., Художественная литература, 1990, с. 119). Напомним, что согласно Повести временных лет Владимир равноапостольный осаждал Херсонес, устраивал спор о вере, а затем принял христианство. В 3.1.2 см. также о сходстве деталей крещения руян Яромиром, описанного в Хронике Гельмгольда, с крещением полян Владимиром).

12. Венский университет как кузница русской истории

Зададимся вопросом: а откуда известны все эти истории о славных отцах-основателях императорах Оттонах? Их написал посол императора Максимилиана… Ты уже подумал, что Герберштейн, любезный читатель? Вовсе нет, этого посла и писателя звали Иоганн Куспиниан (сохранился его портрет, написанный в 1502 году Лукой Кранахом), и сочинил он вовсе не «Московию», а труд «О римских цезарях и императорах». Рассказ начинался от Юлия Цезаря и доходил до царствующего Максимилиана. В 1540 году этот труд был издан на латинском языке, а в 1541-м – на немецком. (Напомним, что «Московия» впервые вышла в 1549-м на латыни, в 1550-м – на итальянском, и в 1557-м – на немецком). Правда, помимо этого труда, Куспиниан еще написал сочинение «Австрия» (Не правда ли, напоминает чем-то заглавие книги Герберштейна?)

Про Герберштейна мы знаем, что в 1499 он поступил в Венский университет А ректором этого университета в 1500 году становится… Куспиниан. Судя по всему, Венский университет и был той кухней, на которой под видом исторических сочинений изготовлялись генеалогии царствующих фамилий. Как для внутреннего – имперского – употребления, так и «на вынос» – для соседних династий.

Глава 4. Русский от слова руда

Поэтому ошибочно называть их московитами, а не русскими, как делаем не только мы, живущие в отдалении, но и более близкие их соседи.

1. Русский Киев под Будапештом

В 1.3.11 мы говорили о красноречивом сходстве биографий крестителя Венгрии Иштвана (Стефана) Святого и крестителя Руси Владимира Равноапостольного. На Дунае в окрестностях Будапешта, в круге, диаметром примерно в 70 км, находятся топонимы, близкие к днепровским топонимам ПВЛ. С этими дунайскими топонимами связаны истории, сходные с сюжетами ПВЛ, в частности, история о крещении Венгрии. На наш взгляд, именно этот дунайский регион со своей историей был «перенесен» на Днепр при создании мифа о Древней Руси в «Московии» Герберштейна и ПВЛ. Речь идет о городах Рацкеве, Сентендре (город св. Андрея) и Вышеграде.

Название «Рацкеве» переводят как «сербский Кеве», поскольку считается, что сюда переселились жители Кеве, находящегося ниже по Дунаю в современной Сербии. Но корень «рац» означает вовсе не «сербский», а как раз «русский» (см. раздел 3 этой главы). Имя Кеве присутствует в списке венгерских мужских имен. Считается, что оно гуннского происхождения, то есть достаточно старое, и означает «камень». То есть как и в случае Киева на Днепре, присутствует совпадение названия города с мужским именем, но, в отличие от имени Кий, в реальности имени Кеве сомнений нет. История о переселении из Кеве в Рацкеве напоминает сюжет ПВЛ о переселении из Киевца на Дунае в Киев на Днепре, который, по-видимому, был использован автором ПВЛ для объяснения «дунайских» следов.

А вот что известно о городке Сентендре (городе святого Андрея), расположенного «напротив острова с одноименным названием на узкой полоске земли между горами и одним из рукавов Дуная»: «В 1015 г. будущий просветитель Венгрии Герард решил совершить паломничество в Святую землю, однако добраться до неё ему было не суждено: корабль, на котором он плыл, попал в бурю и причалил на острове св. Андрея Первозванного. По пути он познакомился с аббатом из Венгрии, который убедил его остаться на время в его стране, встретиться с королём Иштваном I и продолжить свой путь в Иерусалим через Константинополь. Однако оказалось, что Герарду было суждено провести здесь всю оставшуюся жизнь и посвятить её делу утверждения христианства в Венгрии» (Католическая энциклопедия, Герард Венгерский). То есть как и в рассказе о святом Андрее на Днепре, крещение соединено с путешествием. Только путешествует не креститель Андрей, а просветитель-христианизатор Герард. Но причаливает он именно на остров св. Андрея.

Чуть выше Сентендре на берегу Дуная находится город Вышеград – одна из древних венгерских столиц. Напомним, ПВЛ сообщает, что неподалеку от Киева на правом берегу Днепра находился Вышгород – город княгини Ольги. В венгерском Вышеграде стоит православный монастырь св. Андрея.

Читая материалы, касающиеся крещения Венгрии, мы в очередной раз натыкаемся на отождествление ее с Русью. Вот «Письмо архиепископа Брунона к германскому императору Генриху II». Брунон (или Бруно) – современник Стефана Святого, который, находясь в Венгрии, пытался обратить ее жителей в христианство.

«Вот уже целый год прошел, как мы, после долгого, но бесплодного пребывания в Венгрии, оставили эту страну и направились к печенегам – самым злым язычникам. Русский государь, известный могуществом и богатствами, удерживал меня у себя целый месяц (как будто бы я по своей воле шел на гибель!) и противился моему предприятия, стараясь убедить меня – не ходить к этому дикому народу, среди которого невозможно отыскать ищущих спасения, а найти себе бесполезную смерть – всего легче». Отсюда напрямую следует, что Венгрией или ее частью правит русский государь. Почувствовал это и переводчик Н. Оглоблин, опубликовавший перевод (Письмо архиепископа Брунона к германскому императору Генриху II Киевские университетские известия, № 8. 1873). Поэтому после слов «русский государь» он в скобках вставил пояснение – (Владимир св), а в предисловии объяснил нам за самого Бруно, что пробел между двумя соседними предложениями как раз и означает путешествие с Дуная на Днепр.

А в «Деяниях венгров», которые мы уже упоминали, слово «Русь» стоит в следующем контексте: «О замке Комаром (De Camaro castro)»: «король Эндре выменял это место по двум причинам: во-первых, оно было удобно королям для охоты; во-вторых, в этих местах любила жить его жена, поскольку здесь она была ближе к своей родине, так как она была дочерью вождя русов и боялась прихода императора немцев, который вторгался в Венгрию ради мести за кровь короля Петера…» (Цит. по М. К. Юрасов Русско-венгерские отношения второй трети XI в. Мир истории, 2002, № 3).

Тут историки вынуждены объяснять, что Венгерский Аноним, который это написал «плохо разбирался в географии своей родины (!): «Комаром (современный словацкий город Комарно) находился на Дунае, близ устья реки Ваг, т. е. заметно ближе к немецкой границе, чем к русской» (там же). Но мы не будем упрекать Венгерского Анонима в невежестве. Ведь, в отличие от современных историков, он и не подозревал, что Русь, о которой он пишет, находится на далеком Днепре, а не у него под боком.

2. Кого испугались хазары?

Итак, почему мы считаем, что первоначально были сложены истории о событиях на Дунае, а затем Герберштейн перенес их на Днепр? Ответ дает сам Герберштейн в «Московии»: «Если тебе нужны металлы, то какая часть света более, чем Венгрия, изобилует золотом, серебром, медью, сталью и железом?» Сопоставим эту фразу Геберштейна с рассказом о «хозарской дани», которого нет в «Московии», но который есть в ПВЛ: «И нашли их хозары сидящими на горах этих в лесах и сказали хозары: «Платите нам дань». Поляне, посовещавшись, дали от дыма по мечу. И отнесли их хозары к своему князю и к своим старейшинам и сказали им: «Вот, новую дань нашли мы». Те же спросили у них: «Откуда?» Они же ответили: «В лесу на горах над рекою Днепром». Опять спросили те: «А что дали?» Они же показали меч. И сказали старцы хозарские: «Не добра дань та, княже: мы доискались ее оружием, острым только с одной стороны, – саблями, а у этих оружие обоюдоострое – мечи: станут они когда-нибудь собирать дань и с нас, и с иных земель». Это означает, что на этих горах были хорошо развиты производство и обработка металлов, что быстро сообразили летописные хозары. Они хорошо понимали преимущества, которые дает обладание передовым вооружением.