Год 1492-й: конец света или начало истории? - Андрей Пустогаров

– «Записки янычара», – можешь сказать ты, читатель, – были напечатаны только в 1828 году. Поэтому как определить дату их создания? Вы же сами сомневались в датировках «древних рукописей».

Да, ты прав, читатель. (Тезис, что были печатные издания «Записок янычара» в 1565 и 1581 годах сомнителен, так как эти книги до нас не дошли). Однако Стивен Рансимен в числе текстов, сообщающих о переброске османского флота в Золотой Рог, приводит книгу, изданную в 1717 году: Edaldy Jacques. Informations envoyees tant par Francisco de Franc a Mgr. le Cardinal d'Avignon que par Jehan Blanchin et Jacques Edaldy, marchant florentin, de la prise de Constantinople, a Laquelle le dit Jacques estoit personnelement. Martene et Durand. Thesaurus novus anecdotorum. I. P. 1717 (Рансимен С. Падение Константинополя в 1453 году М.: Наука, 1983, прим. 193). Таким образом, в Европе в 1717 году история о походе кораблей по суше применительно к осаде Константинополя 1453 года была знакома. А вот о том, что корабли на колеса при осаде Константинополя ставил вещий Олег, не знали ни Герберштейн в 1557 году, ни Киевский Синопсис в 1674-м. То, что ее не знает Синопсис, означает, что попала история о кораблях на колесах в «древнерусские летописи» благодаря Татищеву, который начал свои занятия историей, по его собственному свидетельству, не ранее 1720 года. А, значит, по всей видимости, перекочевала туда из истории о взятии Константинополя османами.

6. Иго болгарского короля Батоя

Болгарские литературные памятники также сохранили сюжеты, ставшие основой для страшных рассказов о монгольско-татарском нашествии, никаких материальных подтверждений коему до сих пор не найдено. Вот «Сказание пророка Исайи о грядущих летах и об антихристе»: «Восстанет тридцать седьмой царь по имени Гордий, а по прозвищу Чигочин (ср. имя Чингисхана – Темучин – А. П.), выйдет он из Солнечного града полухристианином-полуязычником и соберет всю землю Измаильтянскую… И не сможет им противиться никто. И разорит Чигочин землю Болгарскую и Греческую, как мучитель, за семь лет. Тогда погибнут греки за морем, а болгары – на Западе. Останутся они только в славных градах, горах, ущельях и пещерах… И истерзает Чигочин всю землю, и будут в тех странах люди рыдать, голося: «О, горе нам, братия, ибо умрем мы в муках!» (Родник злато струйный, с. 267). А вот болгарский просветитель Паисий Хилендарский (1722–1773), «История славяно-болгарская»: «В то время (при Юстиниане, сыне Константина) восстал болгарский король Батоя (ср. Батый – А. П.), сильный и страшный для греков… Летописец Феофан говорил: «Великим чудом казалось, что римский царь брал дань и с турок, и с других окрестных царств, но этим страшным народом был побежден и платил дань королю Батое» (там же, с. 231). (Паисий Хилендарский, кстати, повествует и о том, как болгарский царь Крум велел сделать чашу для пиров из черепа убитого им византийского царя Никифора. Вы, наверное, уже слышали эту историю о черепе князя Святослава и печенежском князе по имени Куря).

В свою очередь эти болгарские сюжеты, какую бы древность им не приписывали, содержат явные свидетельства того, что основаны на событиях османского завоевания. Вот в «Сказании пророка Исайи…»: «И Царьград запылает, будто от огня…И разбредутся измаильтяне, и разорят всю землю болгарскую… И выйдут в те годы измаильтяне из северной страны. И две части их придут ко граду Солуни, а третья останется в своей земле и пожелает креститься, ибо возлюбит Господь измаильтян. Тогда начнут они осаждать Солунь, и выйдут солуняне против венгров, и перебьют врагов…» (там же). Сравним это с данными об истории Салоник (Солуни): «С 1383 по 1387 год жители под руководством Мануила Второго героически оборонялись от осаждающих город турков, но в 1387 г. город сдался. В 1387–1402 гг. город принадлежал туркам, после поражения турок от Тимура был возвращен Византии. В 1423 году власть в полуразорённом городе была передана венецианцам, стремящимся контролировать Средиземноморье и его торгово-экономический сектор. Турки вновь осадили город с 1426 г по 1430 год, когда город был окончательно захвачен турками». Можно, конечно, считать, что «Сказание пророка Исайи…», которое относят к Пвеку, предсказало взятие Константинополя и первоначальное отвоевание у турок Солуни. Нам более правдоподобной кажется версия, что «Сказание…» написано уже после того, как османы овладели Константинополем, Северной Грецией и Болгарией.

(см. также 3.4).

Глава 5. Drang nach Bosporus

1. Раздел Венгрии

Если Король Польский и дети его будут воевать с тобою, братом моим, за Венгрию, твою отчину, то извести нас, и поможем тебе усердно, без обмана. Если же и мы начнем добывать Великого Княжения Киевского и других земель Русских, коими владеет Литва, то уведомим тебя, и поможешь нам усердно, без обмана.

Итак, зачем, в обоснование какого политического проекта, была написана «Московия» Герберштейна? Надеюсь, читатель, ты уже не сочтешь этот вопрос странным и не скажешь: «Написана, чтобы поведать всю правду». Тем более, что ответ лежит на поверхности – достаточно заглянуть в оглавление вышедшего в наши дни перевода «Московии» на русский и увидеть там добавленные издателем подзаголовки «Короли польские, чешские и венгерские» и «Королевство Венгерское». Не правда ли, как будто не совсем по теме? Ведь Венгрия не граничила с Московией. Заглянем в эти главы – что же там написано? В главе «Короли…» Герберштейн неоднократно и упорно подчеркивает, что наследственные права на Венгерское королевство принадлежат австрийским монархам. Права эти выглядят притянутыми за уши и основываются на том, что венгерская принцесса Ядвига якобы была обещана в жены австрийскому герцогу Вильгельму. И, хотя брак не состоялся и Ядвига вышла замуж за короля Речи Посполитой Ягайла, Максимилиан считал свои права на Венгрию неоспоримыми, и в 1506 году двинулся на Венгрию, чтобы отбить ее у Владислава, сына польского короля Казимира. Получить Венгрию ему не удалось, конфликт кончился миром. В 1526 в Венгрию вторглись войска Сулеймана Великолепного. Венгерская армия была разбита на поле близ Мохача, столица Буда капитулировала, молодой король Людовик II погиб. После его смерти Чехия (с Моравией и Силезией) и Западная Венгрия отошли к Габсбургам. Этим событиям как раз и посвящена глава «Королевство Венгерское». Вернее, оправданию фактического раздела Венгрии между Австрией и Турцией. Поражение оставшейся без союзников Венгрии Герберштейн объясняет дурным нравом венгерского народа, распущенностью знати, заносчивым по отношению к султану поведением и плохой подготовкой к войне. В общем, «сами виноваты». В схватке с поляками за Венгрию Максимилиану, естественно, было выгодно ослабить Речь Посполиту вовлекая ее в конфликт с Московией. Для этого и предназначалась созданная Герберштейном «киевская» генеалогия московских правителей, подталкивающая их к захвату Киева на Днепре и других литовских владений.

2. Битва легенд

Внедрением этой генеалогии решались и другие задачи. Во-первых, отвергались претензии московских князей на происхождение от древнеримских императоров и именование себя царями наравне с цесарем, то есть с императором Максимилианом. О том, на чем основывались эти претензии, Герберштейн невнятно упоминает в начале своей книги: «если верить бахвальству русских, эти три брата (Рюрик, Трувор, Синеус) вели свой род от римлян, как и, по его собственным словам, московский великий князь». Понять, о чем шла речь, можно прочитав «Сказание о князьях владимирских», в котором для пущей убедительности соединены сразу две легенды, обосновывающие право московских правителей называться царями. Согласно первой, Рюрик, Трувор и Синеус, призванные на Русь из Прусской земли, являются потомками Пруса, а Прус был родичем кесаря Августа. Согласно второй, Владимир Мономах был венчан на царство византийским царем Константином Мономахом. Вот этих-то двух легенд и нет в «Московии» Геберштейна, хотя он пишет и о Рюрике, и о Владимире Мономахе. Позиция Максимилиана была следующей: только он сам в благодарность за правильное поведение мог даровать царский титул московским владыкам. На это указывают оправдания Герберштейна в главе «Титулатура»: «Но пусть никто не верит тому, будто Максимилиан или его внуки сделали его (Василия III) царем в обиду польским королям… Да послужит сказанное в защиту моего господина, который в продолжение всей своей жизни был верным и искренним другом короля Сигизмунда». Эта польско-австрийская «дружба» ярко проявилась в 1587 году во время неудачного австрийского вторжения в Польшу – так называемой Первой войны за польское наследство. Завершилась же «дружба» в 1772 году разделом Польши между Австрией, Россией и Пруссией. (Порой дипломатам приходится ждать сотни лет, прежде чем взойдут посеянные ими зерна).

3. Предложение, от которого они не смогут отказаться