Фуэте для полковника - Татьяна Васильевна Бронзова

Глава 22

Следующий день выдался очень жарким. На часах было всего восемь утра, а градусник уже показывал плюс двадцать семь.

– Кошмар! – скорчила гримаску Вика. – Может, ты останешься дома?

– Нет, дорогая, – ответил Серж, поглощая приготовленный Шимановой завтрак.

Она, как всегда, отварила ему яйцо всмятку, поджарила хлеб с сыром, сварила кофе. Блюда, которые она умела готовить, не отличались разнообразием.

– Нужно работать, – с любовью взглянув на будущую жену, продолжал он. – Я хочу сдать книгу уже к октябрю. Времени и так нет. Скоро свадьба. Потом мы с тобой едем в Ниццу. Когда же дело делать?

– Когда вернёмся из Ниццы, – ответила Вика, целуя профессора и усаживаясь к нему на колени. – Очень не хочется, чтобы ты сегодня уходил от меня. Не понимаю, как твои мозги могут работать в такую жару?

– Могут, дорогая, – снимая её с колен, ответил Серж. – Мало того, хотят. Ты даже не представляешь, как это увлекательно.

Леруа готовил к выпуску книгу, посвящённую экзистенциализму, получившему развитие во французской литературе во время Второй мировой войны. Вот уже несколько дней каждое утро он уходил в Национальную библиотеку и там работал над трудами немецкого философа Мартина Хайдеггера, оказавшего большое влияние на самых ярких представителей этого течения во Франции – Жана Поля Сартра и Альбера Камю.

– Как только соберу нужный материал, – целуя перед уходом невесту, сказал Серж, – сяду за машинку, и работа пойдёт быстро. Книга почти полностью уже вот здесь, – указал он на свой лоб. – И вот здесь, – покрутил он перед ней папкой, в которой лежали исписанные им листы.

– Ты такой у меня умный! – восхищённо поцеловала она его в ответ. – Ладно, иди. Работай!

– Буду в пять, – крикнул он, спускаясь по лестнице.

– Жду, – ответила Вика и захлопнула за ним дверь.

Вика не читала ни Камю, ни Сартра. И вообще не знала, что это за слово такое «экзистенциализм». Даже выговорить-то его сложно.

– В переводе с древнелатинского языка «экзистенция» – это «существование», – как-то попытался объяснить ей суть этого понятия Серж. – Отсюда и название этого течения. Постигая себя, как экзистенцию, человек обретает свободу, которая есть выбор самого себя, своей сущности, накладывающей на него ответственность за всё происходящее в мире. Понимаешь?

– Плохо, – отрицательно покачав головой, ответила Вика. – Давай я сначала хоть что-нибудь прочту, а потом поговорим.

Серж дал ей для начала повесть Камю «Падение».

– Читай. Написана два года назад. Кстати, в прошлом году Камю получил Нобелевскую премию по литературе.

– За эту повесть?

– Нет. В целом за вклад в культуру.

– А он ещё жив?

– Конечно, жив. Седьмого ноября ему исполнится всего сорок пять лет.

– Ты с ним знаком?

– Мы хорошие друзья. Видишь надпись на книге?

Вика прочитала: «Моему другу Сержу от автора».

– Мы обязательно пригласим его ко мне на спектакль, – загорелась она встречей с нобелевским лауреатом. – Я уверена, что искусство Бежара ему понравится, и я тоже произведу должное впечатление!

Книжка была на французском языке, но не только это представляло для Вики некоторую трудность в чтении. Предсвадебное радостное настроение девушки не соответствовало тому, что она читала, и Вика отложила её на потом, продвинувшись всего на несколько страниц. Так книжка и лежала на тумбочке около кровати с закладкой там, где она её положила два дня назад.

Проводив жениха, Вика взглянула на часы. Всего половина девятого. Она вернулась в постель. Включив вентилятор и накрывшись лёгкой простынкой, девушка повернулась на правый бок и, сладко зевнув, провалилась в сон.

Её разбудила назойливая трель звонка домофона. Часы показывали девять! Кто же это мог быть? Шлёпая босыми ногами по полу, она подошла к дверям и сняла трубку.

– Кто? – спросила девушка.

– Из свадебного салона, – раздался женский голос.

– Но платье мне должны доставить завтра в одиннадцать, – удивилась Вика.

– А оно уже сегодня готово, – радостно сообщил женский голос. – Вы не хотите принять его сегодня?

– Что вы! Извините, пожалуйста, – ответила Вика и, нажав на кнопку, открыла входную дверь подъезда.

Около лестницы входящих встретил консьерж.

– Простите, вы куда?

– В восьмую квартиру, – ответила женщина и указала на следующего за ней немолодого мужчину плотного телосложения, который держал перед собой белый футляр с эмблемой свадебного салона. – Доставляем платье.

– А, – обрадовался страж подъезда. – К мадемуазель Виктории? Так вам на четвёртый этаж.

– Спасибо, – вежливо ответила женщина, поднимаясь по лестнице.

Мужчина молча шёл следом за ней.

Когда через некоторое время курьеры уходили, консьерж вышел из своей квартирки и увидел, что мужчина опять несет тот же футляр.

– Неужели платье не подошло? – удивился он.

– Мадемуазель попросила укоротить. Говорит, длинновато. Так что завтра опять вас побеспокоим.

– Приходите, – провожал их консьерж. – У мадемуазель Вики платье на свадьбе должно быть самым лучшим в Париже!

– Так и будет, – сухо ответила женщина, торопясь к выходу.

Мужчина, не проронив ни слова, молча вышел из подъезда вслед за ней.

* * *

Серж вернулся домой около пяти вечера, как и договаривался с Викой. В квартире было тихо.

«Наверно, отправилась за покупками или гуляет где-нибудь с Элен», – подумал он. Профессор знал, что Вика обязательно должна вот-вот вернуться и они пойдут ужинать. Недалеко от дома, в Латинском квартале, была узкая улочка, на которой располагались многочисленные греческие ресторанчики. Виктория любила в них бывать. Там много молодежи, всегда играла музыка и вкусно готовили. Он сел на диван, взял в руки журнал мод, которых с появлением Вики в его квартире появилось теперь огромное количество, и стал просматривать страницу за страницей от нечего делать.

Время шло, а девушка не возвращалась. «Странно», – решил Серж и набрал номер консьержа.

– Скажите, Пьер, в котором часу мадемуазель ушла из дома? – спросил он.

– Мадемуазель сегодня никуда не выходила, – удивился консьерж.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

«Господи, какой же я дурак, – подумал профессор, кладя трубку. – Она дома. Просто не слышит, что я вернулся».

– Вика! – крикнул он. – Вика, ты где?

Квартира ответила ему полной тишиной. Серж заглянул в библиотеку, в спальню, прошёл в ванную комнату и в оцепенении застыл на пороге. Там прямо на полу лежала Вика. Она была в той самой шелковой пижаме, в которой утром провожала его на работу. Тело её было как-то неестественно изогнуто, глаза закрыты, а правая рука была закинута за голову, как будто она хотела кого-то невидимого над собой ударить.

– Вика, что с тобой? – бросился он к ней, приподнял девушку за плечи и начал трясти. Голова её безжизненно повисла. – Что же это такое? – истерично закричал Серж, продолжая трясти девушку, как будто это могло привести её