Фуэте для полковника - Татьяна Васильевна Бронзова

– Я тоже. Я тоже давно люблю вас, – взволнованно произнесла Вика, радуясь тому, что так быстро выудила из него признание. Она подошла к нему совсем близко и, глядя ему в глаза, произнесла: – Тем более оставаться мне наедине с вами в одной квартире нельзя. Если мы любим друг друга, мы не можем ручаться за свои действия…

– Так будьте моей женой! – воскликнул Леруа и, уже не владея собой, обнял её.

– Я согласна, – тут же проворковала Вика и одарила будущего супруга долгим и страстным поцелуем. В эту ночь они не расставались. Она добилась своего. Причём так просто. Так быстро.

К вечеру следующего дня, вернувшись после лекций, Леруа преподнёс ей кольцо с крупным бриллиантом в честь помолвки, а в ближайшее воскресенье собрался представить свою невесту родителям. Те были счастливы.

– Неужели мы дождёмся внуков! – радостно обсуждали они между собой услышанную от единственного сына новость.

То, что девушка была русской, их устраивало. То, что ей только исполнился двадцать один год, тоже было неплохо, вот только её профессия немного смущала. Балерина?! Артисток в их семье ещё не было. Будет ли она верной и преданной женой их сыну? В светской хронике они часто читали о разных скандалах, связанных с разводами в актёрской среде.

Сам профессор был счастлив несказанно. Он любил и был любим. Балет он теперь предпочитал всем другим искусствам, не пропускал ни одного спектакля с участием Виктории и в конце представления, восторженно глядя на свою невесту, неистово кричал «Браво!», стараясь перекричать поклонников Мориса Бежара.

Свадьбу назначили на десятое августа.

* * *

Леночка примчалась к подруге сразу, узнав о предстоящем замужестве.

– Как быстро у вас всё произошло! – удивилась она. – Ведь вы знакомы совсем недолго.

– А чего тянуть? Представляешь! Уже совсем скоро я стану мадам Леруа и превращусь в настоящую француженку.

– Ты и сейчас выглядишь настоящей парижанкой, – заверила её Леночка. – Дмитрий мне сказал, что у тебя и акцента почти нет.

– Да, меня в труппе Бежара сначала все приняли за бельгийку.

– А я по-прежнему довольно плохо говорю по-французски, – тяжело вздохнула Леночка.

– Неправда. Я слышала, как ты бойко рассыпала Бежару комплименты по поводу «Орфея». Так что не наговаривай на себя! И, кроме того, Серж сказал, что у тебя тоже практически нет акцента. Я уверена, это потому, что у нас с тобой слух абсолютный.

– Твой Серж меня на уроках хвалит. А то, что он в тебя влюблён, я, между прочим, давно поняла. После вашей первой встречи профессор только о тебе и говорил! Все уши мне прожужжал о том, какая ты красивая, умная, смелая! Я сразу подумала: это любовь с первого взгляда!

– Ну, я-то влюбилась в него не сразу. Пожалуй, он произвёл на меня сильное впечатление в аэропорту, когда так проворно и мастерски выхватил у меня сумочку, – рассмеялась в ответ Виктория. – Я тут же поняла, что воры меня возбуждают!

– Я думаю, тебя возбуждают не воры, а экстремальная ситуация, – поправила её Савельева. – Я заметила, что, когда Дмитрий спасал меня в аэропорту, у меня тоже возникло к нему не простое чувство влюблённости, а нечто большее.

– Ты готова была ему отдаться? Да? – воскликнула Вика. – Тебе захотелось немедленной близости?

– Ну что ты говоришь! – зарделась Леночка. – Хотя ты права, – тут же сдалась она и добавила доверительно: – Мне очень захотелось близости, и когда я узнала, что он везёт меня не к себе домой, я даже расстроилась.

– Ах ты тихоня, – засмеялась Виктория в ответ, ласково обнимая подругу. – Ну и каковы твои отношения с графом на сегодняшний день?

– Пока исключительно дружеские.

– Вы даже не целовались?

– Нет.

– Но нет никаких сомнений в том, что он влюблён! Странно, почему он так тянет?

– Вероятно, он ещё не готов к серьёзным отношениям.

– Ты хочешь сказать, что он боится?

– Наверно, он думает, что если мы перейдем к поцелуям, то не за горами встанет вопрос о свадьбе!

– И он прав, – сказала Вика. – С такими девушками, как ты, не гуляют. На таких девушках женятся!

* * *

Подготовка к свадьбе Леруа и Шимановой шла полным ходом. Обдумывали украшение зала, составляли меню и список приглашённых. Члены семьи Леруа были прихожанами русской православной церкви Александра Невского, и, естественно, родители мечтали, чтобы сын с будущей женой венчались там. Но неожиданно для них это оказалось невозможным.

– Я не могу венчаться. Ведь я не крещёная! – сказала им Вика.

– Но как же жить в браке, не освящённом церковью? – волновалась мать Сержа.

– Обещаю, что после того, как мы распишемся в мэрии, я пройду обряд крещения, и тогда мы обвенчаемся, – успокаивала она религиозных родителей жениха. – И у нас с Сержем получится две свадьбы!

– А может, ты, деточка, всё-таки сейчас примешь крещение и мы обойдёмся одной свадьбой? – спросила её будущая свекровь.

– Нет. Сейчас не успею. Батюшка сказал, что сначала должен меня подготовить, а это не происходит так быстро. Ведь я совсем тёмная в вопросах веры. Так что мы обречены! У нас будет две свадьбы!

– Но в таком случае зачем торопиться? Сначала примешь крещение, а потом поженитесь. Свадьбу можно сыграть сразу после Рождества, например. Или весной, – продолжала гнуть свою линию будущая свекровь.

– Нет-нет! Что вы? Мы не можем ждать! – испугалась Вика. – Мы должны срочно узаконить наши отношения.

«Она беременна! – осенило мать. – Какое счастье!» Больше она не задавала никаких вопросов и радостно включилась в подготовку к бракосочетанию. А Вике даже в голову не приходила мысль о рождении ребёнка в ближайшие годы. Во всяком случае, ещё лет пять она собиралась заниматься только своей карьерой и наслаждаться жизнью. Ей просто скорее хотелось замуж! Стать мадам Леруа. Профессоршей. Хозяйкой в доме! А то даже консьерж косился раньше в её сторону, а как только узнал о свадьбе, сразу стал подобострастно здороваться и предлагать донести сумки с продуктами до квартиры, чего раньше никогда не делал.

– Давайте их сюда, – каждый раз выхватывал он теперь из её рук пакеты. – Вы такая хрупкая! А лифта у нас нет.

– Не беспокойтесь, – пыталась остудить его порыв Вика. – Они лёгкие.

Вика покупала только то, что могло понадобиться ей с Сержем на завтрак. Она не умела готовить и не собиралась учиться. В этой стране всегда можно было вкусно поесть в каком-нибудь кафе или заказать еду из ресторана. Зачем же стоять у плиты? Она создана для сцены, а не для кухни!

– Ничего-ничего, – всё же забирал у неё пакеты любезный теперь консьерж. – Они кажутся лёгкими до второго