Наблюдения, или Любые приказы госпожи - Джейн Харрис

— Здесь никого нет, мэм, — доложила я. — Никаких причин для страха.

Она смотрела на меня широко раскрытыми, остекленелыми глазами.

— Ты уверена, Бесси?

— Вам просто приснился сон, мэм.

Миссус глубоко вздохнула и протяжно выдохнула.

— Но видишь ли, Бесси, я не спала.

Я как раз отвела взгляд, собираясь поставить свечу на ночной столик, но услышав это мигом повернулась к ней. Она подошла к кровати и села на край. На стеганом покрывале лежала книга. Она взяла ее и показала мне.

— Я читала. Луна нынче очень яркая, хотя и на ущербе — ты заметила? — и я раздвинула портьеры, чтобы было посветлее. Мне не спалось, понимаешь? Я читала час или около того. А потом, переворачивая очередную страницу, я вдруг явственно почувствовала, что за мной кто-то наблюдает, пристально так следит. Неприятное ощущение. Просто жуткое. Я подняла глаза…

Она посмотрела в угол комнаты, где стоял шкаф. Я бросила взгляд туда же. Там ничего и никого не было, как раньше. Но меня все равно прошибла дрожь.

— Я подняла глаза… а там она!

Миссус сидела совершенно неподвижно, устремив взор в угол комнаты, словно она по-прежнему видела там что-то страшное. В лунном свете ее лицо казалось сложенным из одних черных теней. Черные провалы глаз и приоткрытого рта, черные точки ноздрей, черные впадины щек.

— Кто, мэм? — спросила я. — Кто там был?

Она повернулась ко мне.

— Ты только не сердись, Бесси, — говорит. — Но я видела ее так же ясно, как вижу тебя сейчас. Там стояла Нора Хьюс. В точности как живая.

Комната поплыла у меня перед глазами. Я бессильно опустилась на старый обтянутый гобеленом табурет, случившийся рядом. Через несколько секунд ко мне вернулся дар речи. Я постаралась взять веселый, беспечный тон.

— Уверена, вам просто привиделось, мэм. Но что… что она делала?

— Сначала ничего. Просто стояла и смотрела на меня.

— Она казалась сердитой?

— Нет… не сердитой. Скорее печальной. Ужасно печальной.

— А фонарь? Она держала его вот так? — Я подняла руку, приняв угрожающую позу, в какой Нора стояла надо мной прошлой ночью.

Миссус нахмурилась.

— Фонарь? У нее не было фонаря.

Я немного смешалась, поскольку ожидала, что ее сон в точности совпадет с моим.

— Вы уверены?

— Полностью уверена. Потому что она сделала вот так. — Миссус перестала приглаживать волосы и умоляющим жестом простерла руки. Она на несколько секунд замерла в такой позе, потом уронила руки на колени. — И никакого фонаря у нее не было, понимаешь? Я отчетливо помню.

Все, решительно все не так, как я предполагала.

— Ну а… она была в ночной одежде? — наконец спросила я.

— Нет. В ситцевом клетчатом платье. Кажется, том самом, которое было на ней… когда она умерла.

Свеча замигала и зашипела. Миссус повернула голову и уставилась на трепещущий язычок пламени.

— А к кровати она подходила? — спросила я.

Миссус покачала головой.

— Нет. Она просто протянула ко мне руки, как я показала. А потом… наверное, я закрыла лицо ладонями, потому что когда я снова туда посмотрела, она уже исчезла.

— Тогда-то вы и закричали?

— Разве я кричала? — Миссус схватилась за горло, ее пальцы дрожали. — Я очень испугалась, конечно, но мне кажется, я онемела от ужаса. У меня сдавило горло, понимаешь? Я задыхалась. Ты же видела меня в коридоре. Я не могла слова вымолвить.

— Но я слышала крик. Такой громкий, аж стены затряслись. По-вашему, почему я прибежала?

— Не знаю. Может, кричала Нора. Может, она звала тебя. — Миссус улыбнулась. Ее глаза лихорадочно блестели. Такое выражение лица у нее я уже видела, оно говорило о прежнем горячечном возбуждении.

— Думаю, это вы кричали, мэм, просто вы не помните, потому что крепко спали. Вы кричали во сне.

Миссус порывисто встала и раздраженно зыркнула на меня.

— Но я же сказала, я не спала!

— Мэм… — Я тоже поднялась на ноги. — Посмотрите вокруг. Здесь никого нет. Здесь никого не было. Вы наверняка спали. Всем нам подчас снятся такие сны. Мне самой снился прошлой ночью.

Миссус в великом волнении расхаживала взад-вперед по комнате, но при последних моих словах остановилась и круто повернулась ко мне.

— Вот как? И что же произошло прошлой ночью?

— Да ничего, мэм. Мне привиделся сон, вот и все. С вами то же самое. Должно быть, вы задремали за чтением.

— Нет, — упорствовала она. — Я не спала.

Все без толку, никакие здравые доводы на нее не действовали. Я почувствовала, как силы покидают меня.

— Посещайте, — сказала я. — У нас головы забиты чушью про призрака. Именно чушью, мэм, иначе не назвать. Нам мерещатся разные вещи, потому что… — Я закусила губу и задержала дыхание, но поняла, что уже не в силах удержать рвущиеся наружу слова. Они посыпались из меня, точно пуговицы из перевернутой жестянки. — Это все я, мэм. А никакое не привидение. Это я шумела на чердаке, я положила перчатки на вашу кровать, я начистила ваши башмачки и все остальное тоже я подстраивала. Даже надпись на окне. Это я написала, я. Встала на цыпочки и написала. Вы меня слышите? Никакого призрака никогда не было. А значит, и сейчас призрак к вам не являлся.

Стоило только начать, и дальше все пошло само собой. Слова изливались потоком, а вместо них в душе разливалось облегчение. Арабеллу словно паралик хватил, она застыла на месте с приоткрытым ртом, уронив руки вдоль тела. Только пальцы шевелились, тихонько сгибались и разгибались, будто морское животное, которое я однажды видела в бухточке между скал.

— Поверьте мне, — говорила я. — Сама не знаю, зачем я это делала, мэм. Просто я думала, вы меня больше не любите, и я хотела… ну, вашего внимания. И ведь у меня все хорошо получалось, в конце концов даже мне самой стало страшно. Но призрака не существует, мэм. Призрак — это я. Теперь можете меня уволить, коли вам угодно. Только не держите на меня зла. Я ни за что на свете не причинила бы вам вреда, и я никогда не прощу себе того, что натворила. Но с этим пора покончить.

Миссус медленно-медленно подняла руку и взялась двумя пальцами за нос, точно собираясь нырнуть в воду. С минуту она стояла так. Размышляя, хмурясь, не сводя с меня мрачного пытливого взгляда. Трудно сказать, о чем она думала. Потом она внезапно отпустила свой нос и громко рассмеялась.

— Понимаю, что у тебя на уме. На секунду я почти тебе поверила. Ты очень славная и смышленая девушка, но я боюсь, твоя маленькая уловка — хотя и весьма изобретательная — не удалась.

— Мэм, я…

Она вскинула ладонь, останавливая меня.

— Бесси, я верю своим глазам. Она была в комнате! Стояла вон там, я видела ее так же отчетливо, как вижу тебя сейчас. Ты говоришь, это все твоих рук дела — надпись на окне, перчатки на кровати и прочее. Но не хочешь же ты сказать, что ты выкопала Нору из могилы, нарядилась в снятое с нее платье и тихонько прокралась сюда?

— Нет, мэм, я…

— Конечно нет. Потому что ты такого не делала. Это была Нора, не ты. И во всех прочих случаях это была Нора.

Миссус смотрела на меня теплым снисходительным взглядом, и мне страшно хотелось отвесить ей оплеуху.

— Я признательна, что ты пытаешься оградить меня от волнений, Бесси. Но тебе нет необходимости плести небылицы. Я больше не боюсь.

— Не., не боитесь?

— Нет. До меня наконец дошло. Никаких причин для страха нет. Все дело в выражении ее лица. Я только сейчас сообразила, хотя должна была сразу понять. Она не желает нам зла. Иначе и быть не может — ведь Нора мухи не обидит. А ну-ка, Бесси, погляди.

Она развернула меня лицом к зеркалу, и мы обе в нем отразились. Я увидела миссус, ее приглаженные волосы, спокойные округлые очертания щек и подбородка, она выглядела умиротворенной и безмятежной. Потом я посмотрела на себя: бескровное лицо, искривленные губы, тревожно горящие глаза, растрепанные волосы.

— Видишь? — спросила миссус. — Это ты у нас не в себе, Бесси.

Ну да, она верно говорила. Весь мой вид свидетельствовал о смертельном ужасе.

В следующий миг я сдавленно ахнула, заметив в зеркале отражение темной фигуры, возникшей в дверном проеме. Миссус отпустила мою руку и резко повернулась кругом.

— Да что же ты делаешь! — отрывисто воскликнула она. — Крадешься по дому, будто вор! Ты нас напугал.

Господин Джеймс (ибо это оказался он) приспустил шарф, закрывавший нижнюю часть лица, и раздраженно уставился на нас. Потом обвел взглядом комнату, словно проверяя, не притаился ли где еще кто-нибудь. Удостоверившись, что мы там одни, он вроде немного смягчился. В ходе дальнейшего разговора хозяин ни на миг не сводил глаз с миссус, даже когда обращался ко мне.