Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

на превосходном немецком, акцент все равно угадывался, как и то, что извинения были не вполне искренними. — На «Копарелли» сломался масляный насос, и судно встало. Мы постараемся доставить ваш груз как можно раньше.

— Что же мне сказать «Анджелуцци э Бьянко»?

— Я уже пообещал им сообщить новую дату поставки сразу же, как только сам выясню, — ответил Папагопулос. — Предоставьте все мне. Я буду держать вас в курсе.

— Хорошо. До свидания.

«Странно», — подумал Педлер, вешая трубку.

Он выглянул из окна. Рабочие уже разъехались: на служебной парковке стояли только его «Мерседес» и «Фольксваген» секретарши. Пора домой. Он надел пальто. Уран был застрахован: даже если его потеряют, деньги не пропадут.

Педлер выключил свет, помог секретарше надеть пальто, сел в машину и поехал к жене.

Суза Эшфорд так и не сомкнула глаз.

И снова жизнь Ната в опасности, и снова лишь она может его предупредить — но на этот раз некого вовлекать в свои схемы обманом.

Придется делать все в одиночку.

Идея проста: пойти в радиорубку, избавиться от Александра и послать сообщение на «Копарелли».

Нет, я ни за что не смогу… Кругом враги. Я хочу спать… Заснуть навсегда… Это невозможно… Нет, я не смогу…

Натаниэль, любимый мой…

В четыре часа утра она надела джинсы, свитер, сапоги и штормовку и прихватила с собой бутылку водки, заблаговременно взятую из столовой «от бессонницы».

Теперь нужно узнать местоположение «Карлы».

Она поднялась на мостик, к старпому.

— Что, не спится?

— Ожидание действует на нервы. — Ослепительная дежурная улыбка. «Вы пристегнули ремень, сэр? Всего лишь небольшая турбулентность, ничего страшного». — А где мы сейчас?

Старпом показал ей точку на карте и примерное рассчитанное положение «Копарелли».

— А какие координаты? — спросила она.

Он продиктовал ей цифры, показал курс и назвал скорость «Карлы». Суза повторила координаты вслух и еще пару раз про себя, стараясь запомнить их намертво.

— Потрясающе, — весело сказала она. — Какие вы тут все талантливые! Как думаете, доберемся до «Копарелли» вовремя?

— Конечно, — заверил он. — А потом — трах-тарарах!

Она выглянула наружу: царила кромешная тьма — ни звезд, ни навигационных огней. Погода ухудшалась.

— Вы дрожите, — заметил старпом. — Вам холодно?

— Да, — сказала Суза, хотя погода тут была ни при чем. — А когда встает полковник Ростов?

— Просил разбудить его в пять.

— Пожалуй, надо и мне вздремнуть хоть немножко.

Суза спустилась в радиорубку. Александр был на месте.

— Вам тоже не спится? — спросила она.

— Неа. Я отправил сменщика в каюту.

Она оглядела радиостанцию.

— А что, «Стромберг» больше не передает?

— Вещание прервалось. Или они нашли маяк, или затопили судно — скорее всего, последний вариант.

Суза присела, вытащила бутылку водки и протянула радисту.

— Глотните.

— Вам холодно?

— Немножко.

— У вас рука дрожит. — Он сделал большой глоток и вернул ей бутылку. — А-а-ах, хорошо!

Суза тоже глотнула для храбрости. Крепкая русская водка обожгла горло, но желанный эффект был достигнут. Теперь надо ждать, пока Александр повернется к ней спиной.

— Ну и как у вас там, в Англии, жизнь? — спросил он, поддерживая разговор. — Правда, что бедные голодают, а богатые жиреют?

— Ну, не то чтобы многие голодают, — ответила Суза. Да повернись же ты! Я не могу так, в лицо… — Но вообще неравенство, конечно, есть.

— И для богатых и бедных разные законы?

— Есть такая поговорка: «Закон одинаково запрещает богатым и бедным красть хлеб и спать под мостом».

Александр засмеялся.

— В Советском Союзе все равны, но у некоторых есть привилегии. Вы теперь будете жить у нас?

— Не знаю. — Суза снова передала ему бутылку.

— В России у вас такой одежды не будет, — сказал он, сделав большой глоток.

Все, больше медлить нельзя. Суза поднялась и взяла бутылку, ее штормовка была распахнута. Стоя перед радистом, она сделала глоток, запрокинув голову, зная, что он будет глазеть на ее торчащую грудь. Позволив ему хорошенько насмотреться, она взяла бутылку за горлышко и что есть силы обрушила ему на голову.

Раздался тошнотворный стук. Радист изумленно уставился на нее.

«Что ж такое, — подумала она в панике, — почему ты не вырубился? Что делать-то?»

Помедлив, Суза стиснула зубы и ударила снова.

Александр закрыл глаза и обмяк в кресле. Она схватила его за ноги и дернула на себя. Падая на пол, он ударился головой. Суза вздрогнула, но успокоила себя: пусть подольше полежит в отключке.

Она подтащила его к шкафу, тяжело дыша от натуги и страха. Достав из кармана кусок бечевки, подобранный на корме, связала ему ноги, затем перевернула и связала руки за спиной.

Теперь нужно засунуть Александра в шкаф. Суза покосилась на дверь. Господи, только бы никто не вошел!.. Сперва она подняла ноги и положила внутрь, затем попыталась поднять туловище, но тяжелое тело выскользнуло из рук. Тогда она зашла со спины, взялась за подмышки и усадила его, прислонив к себе — так оказалось удобнее. Обхватив его грудь руками, Суза медленно, по сантиметру потащила мужчину вбок. Пришлось влезать туда вместе с ним, укладывать, а потом высвобождаться из-под него.

Наконец он уместился в шкафу целиком, упираясь спиной и ногами в стенки. Суза проверила путы: пока еще крепкие. Но ведь он может закричать! Она огляделась в поисках кляпа — ничего подходящего. Уйти из комнаты на поиски нельзя: Александр мог очнуться. Единственное, что пришло в голову, — колготки.

Понадобилась целая вечность: снять сапоги, джинсы, колготки, снова надеть джинсы, натянуть сапоги… Она скомкала нейлоновый комочек и всунула между