Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Я не знаю.

— Я хочу от тебя только одного, — добавила она. — Ты не должен терять надежды. Вместе мы справимся со всеми трудностями и решим все проблемы. Я смогу вынести все невзгоды, до тех пор пока ты со мной. Обещай мне, Бернд, что ты никогда не сдашься. Никогда.

Наступила длинная пауза.

— Обещай, — повторила она.

Он улыбнулся:

Ты тигрица, — сказал он.

Часть III. Остров (1962 год)

Глава 14

Димка и Валентин катались на чертовом колесе в парке Горького с Ниной и Анной.

После того как Димку вызвали из кемпинга, Нина познакомилась с каким-то инженером и встречалась с ним несколько месяцев, но потом они расстались, и сейчас она была снова свободна. Тем временем Валентин и Анна сошлись: он проводил ночи в квартире девушек почти каждый уик-энд. Валентин пару раз говорил Димке, что спать то с одной женщиной, то с другой — это нормальный этап в жизни мужчин, когда они молоды.

Эх, если бы мне так везло, думал Димка.

В первый теплый уик-энд короткого московского лета Валентин предложил устроить двойное свидание. Димка охотно согласился. Нина была энергичной и умной, она бросала ему вызов, и это нравилось ему. Но самое главное, она была сексуальна. Он часто вспоминал, как увлеченно она целовала его. Ему очень хотелось повторения этого. Он представлял, как напряглись ее соски в холодной воде. Интересно, думал он, помнит ли она тот день, что они провели на озере.

Его проблема состояла в том, что он не умел с такой легкостью, как Валентин, находить подход к девушкам. Валентин говорил всякую всячину, чтобы завлечь девушку в постель. Димка считал недостойным добиваться чего-то от людей хитростью или напором. Он также полагал, что если кто-то говорил «нет», с этим нужно считаться, в то время как Валентин всегда воспринимал «нет» как «может быть, еще нет».

Парк Горького был оазисом в пустыне неистового коммунизмма, местом, где москвичи могли непринужденно веселиться Люди одевались во все лучшее, покупали мороженое и сладости знакомились и целовались в кустах.

Анна притворялась, что ей очень страшно на чертовом колесе а Валентин, подыгрывая ей, обнимал ее за талию и говорил ей что это совершенно безопасно. Нина не испытывала никакого дискомфорта и не выказывала беспокойства, что Димка предпочитал наигранному испугу, но это не давало ему шансов на интим.

Нина отлично выглядела в платье спортивного покроя, с оранжевыми и зелеными полосками. Вид сзади был особенно соблазнительный, подумал Димка, когда они спускались с колеса. Для этого свидания ему удалось достать пару американских джинсов и синюю рубашку в клетку. В обмен он дал два билета в Большой театр на балет «Ромео и Джульетта», от которых отказался Хрущев.

— Что ты делал, с тех пор как мы виделись последний раз? — спросила его Нина, когда они прогуливались по парку и пили теплый апельсиновый сок, купленный в палатке.

— Работал, — ответил он.

— И все?

— Я обычно прихожу на работу за час до Хрущева, чтобы посмотреть, все ли приготовлено для него: нужные ему документы, зарубежные газеты, различные папки. Он часто работает до позднего вечера, и я редко ухожу до него. — Ему хотелось рассказать о работе так, чтобы всем стало ясно, что она интересная. — У меня на что-нибудь еще не остается времени.

— Он и в университете был таким же: работа, работа, работа, — вставил Валентин.

Нине не приходило в голову, что у Димки скучная жизнь.

— Ты правда видишь товарища Хрущева каждый день?

— Почти каждый.

— Где ты живешь?

— В Доме правительства. — Это был многоквартирный дом недалеко от Кремля.

— Здорово.

— С мамой, — добавил он.

— Я бы стала жить с мамой в таком доме.

— Моя сестра тоже жила с нами. Сейчас она на Кубе. Она корреспондент ТАСС.

— Мне бы хотелось побывать на Кубе, — задумчиво сказала Нина.

— Это бедная страна.

— Какое это имеет значение, если там нет зимы. Представь себе: танцевать на пляже в январе.

Димка кивнул. Он восторгался Кубой, но по другому поводу. Революция Кастро показала, что косно-ортодоксальная советская система — не единственно возможная форма коммунизма. У Кастро новые, иные идеи.

— Думаю, Кастро удержится у власти, — заметил он.

— А почему он не должен удержаться?

— Американцы один раз уже попытались сунуться туда. На Плайя-Хирон они потерпели крах, но они попробуют еще раз, с более многочисленной армией — возможно в 1964 году, когда президент Кеннеди пойдет на переизбрание.

— Это ужасно! И ничего нельзя сделать?

— Кастро хочет заключить мир с Кеннеди.

— Ему это удастся?

— Пентагон против этого, и конгрессмены-консерваторы недовольно пыхтят, так что сама идея движется в никуда.

— Мы должны поддержать кубинскую революцию.

— Я согласен, но наши консерваторы тоже недолюбливают Кастро.